Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 10 из 146

Личное убеждение Павла VI

Рим, ноябрь 1963 года. В июне папу Иоанна XXIII, не проявившего за пять лет понтификата ни малейшего интереса к археологическим раскопкам, начатым его предшественником, сменил новый папа — Павел VI. Будучи еще субститутом Пия XII, монсеньором Монтини, Павел VI стал свидетелем начала работ, и теперь откровения профессоров Гуардуччи и Корренти его сильно взволновали. Он приказал продолжить исследование и все тщательно проверить: фрагменты земли, кусочки материи и т. д. Можно ли было надеяться, что на сей раз цель будет достигнута?

В январе 1964 года Павел VI предоставил профессору Корренти право провести самый последний и самый сложный эксперимент: сравнить найденные кости с черепом Петра, который хранился в реликварии Латеранского собора Святого Иоанна Крестителя. Там с 1370 года под соборным киворием внутри серебряного, инкрустированного бриллиантами бюста хранились «главы» Петра и Павла. Однако это изучение было затруднено тем, что реликварии в 1790 году были разграблены французскими завоевателями, оставившими после себя лишь небольшую горсть останков, не представлявших для них никакой ценности: фрагменты костей, позвонки и челюсти с неполным набором зубов.

Мнения историков разделились, некоторые из них были настроены скептически. Первые документы, удостоверявшие пребывание глав Петра и Павла в Латеранской базилике, были датированы XI веком. Кто же укрыл в VII веке головы двух апостолов внутри городских стен? Папа Гонорий I? Известно, что он перенес туда главы наиболее почитаемых святых того времени: Агнессы, Эфемии и Панкраса, поэтому вполне логично предположить, что он сделал то же самое с головами Петра и Павла. Однако ни один письменный источник это не подтверждал. А может быть, так поступил в 846 году во время нашествия сарацинов папа Лев IV?

В действительности никто не мог точно сказать, когда черепа как наиболее ценная часть мощей мученика были отделены от остального костного скелета. По мнению отца Киршбаума, череп Петра изначально мог быть погребен вместе с его скелетом на ватиканском кладбище, а позже отделен от него после перенесения оного в III веке в катакомбы. Однако это была всего лишь одна из многочисленных гипотез. Какой историк в подобных условиях мог бы взять на себя смелость подтвердить, что останки черепа Петра были подлинными?

Впрочем, рассказ Маргариты Гуардуччи таил в себе некую двусмысленность. «Профессор Корренти работал с этими останками шесть месяцев, — вспоминает она, — после чего составил отчет, который остался засекреченным. После прочтения в 1964 году его реляции для перенесения всех мощей в ларцы, находившиеся в Латеранской базилике и соборе Святого Петра, была организована целая церемония». Мадмуазель Гуардуччи говорит, что «получила позволение» сообщить публике о том, что упомянутый отчет «не нарушил собой сделанные ранее выводы». В этом витиеватом заключении усматривается некое отсутствие уверенности и точности.

Потребовалось еще более года, чтобы данные работы были представлены на рассмотрение всемирно известных ученых: археологов, искусствоведов, антропологов, специалистов по тканям, семиологов… И только 26 июня 1968 года в ходе обычной общей аудиенции Павел VI поделился, наконец, официальной новостью:

«Проведенные с особой тщательностью и терпением новые исследования дали результаты, которые Мы считаем позитивными, и, по мнению компетентных, осмотрительных и надежных людей, мощи Святого Петра были идентифицированы способом, который Нам кажется вполне убедительным…»

Итак, официальное заявление звучало следующим образом: вне всякого сомнения, обнаруженные мощи принадлежат Святому Петру. В тот же день папа обнародовал и свое личное убеждение. Конечно, никакой тайны уже давно не было, поскольку еще 18 февраля 1965 года при публикации книги «Мощи Святого Петра» Маргарита Гуардуччи сделала сенсационное признание и осветила как в средствах массовой информации, так и в научных кругах тысячу и одно противоречие, от самого явного до самого тайного. Однако подобное высказывание папы, как правило, кладет конец всем спорам, по крайней мере, внутри церкви.

Осторожный Павел VI тем не менее ничего не исключал: «В настоящее время исследования, проверка и дискуссии еще не окончены…». Папа не был наивным, он ничего не выдумывал, равно как и ничего не преувеличивал, он понимал, что всегда могут найтись ученые, способные оспорить то или иное доказательство: достоверные, но малозначительные подробности, реальные, но хрупкие совпадения, неоспоримые, но расплывчатые рассуждения…

Неуловимая сдержанность Павла VI была призвана управлять нерациональным зерном веры его прихожан. Ну, разве папа не должен был обеспечивать поклонение святому основателю церкви, и неважно, были для этого определенные основания или нет?

Рим, 27 июня 1968 года. На следующий день после торжественного заявления Павла VI в соборе Святого Петра в 19.30 состоялась необычная церемония, которую возглавил протоиерей собора кардинал Паоло Марелла. Без помпы, пышности, почти тайно помещенные надлежащим образом в коробки из плексигласа мощи были перенесены в мраморный тайник знаменитого «трофея» — маленький памятник, вокруг которого император Константин шестнадцать веков назад выстроил свою грандиозную базилику. Ларец с мощами верховного апостола был оснащен хрустальным ограждением с двумя замками. Сокровище… А разве не бесценное сокровище нашли в итоге римские ученые?

Больше никто и никогда не будет раскапывать место под папским престолом ниже исповедальни собора Святого Петра. Ну разве если только какой-нибудь другой понтифик через несколько столетий захочет, в свою очередь, выяснить что-нибудь еще.