Страница 49 из 186
А вот у самого Ардана с родней жены вышло «немного» иначе. Он честно старался, но… некоторые обстоятельства, наверное, невозможно было преодолеть исключительно одним своим желанием. Полукровка матабар, потомок Арора с фамилией Эгобар из Черного Дома оставался для них… Эгобаром из Черного Дома, и с этим, похоже, ничего нельзя было поделать.
— А еще Этилли! — вдруг спохватилась Тесс. — Мы ведь ее впервые увидим! Ей сколько уже? Почти восемь месяцев? Арди, она же нас совсем не знает. Представляешь, у тебя есть сестра, а она тебя ни разу в жизни не видела.
Ардан вздрогнул.
Он невольно отвернулся к окну, за которым уже поднимались из степных трав первые, неказистые дома прошлого века постройки.
Тесс осеклась на полуслове.
Несколько секунд в купе висела тишина, нарушаемся только стуком колес, а затем юноша почувствовал, как его ладони коснулись родные пальцы.
— Эй, Арди-волшебник, — тихо позвала Тесс. — Все будет в порядке. Слышишь?
— Слышу, — отозвался Арди, не отрывая взгляда от окна.
Он накрыл ее ладонь своей и больше так ничего не сказал вплоть до самого прибытия.
Однажды он уже возвращался к семье, в которой родилась незнакомая ему девочка. И Арду потребовалось почти шесть лет чтобы… чтобы…
— «
Мысли завтрашнего дня
», — сам себе напомнил Ардан.
Вокзал Дельпаса встретил их гудками, паром и безудержной суетой перрона. Поезд, лязгнув в последний раз массивными сцепками, замер у платформы. Из вагонов потянулись пассажиры. Помятые, невыспавшиеся, заметно растерявшие за дорогу свой курортный лоск.
Ардан помог Тесс спуститься по ступенькам, подхватил чемоданы и неожиданно для себя оказался в центре занимательного представления.
Господа из первого класса, еще неделю назад с удовольствием обсуждавшие при нем политику и моду, теперь обходили его по широкой дуге. Каждый из них, поравнявшись с Ардом, вдруг обнаруживал что-то необычайно интересное в мысках собственных начищенных ботинок и, с неподдельным усердием, принимался их изучать. Дамы прятали глаза под полями шляп, а мужчины делали вид, что поглощены поиском носильщика. Весь поток старательно, причем молча и весьма торопливо, огибал Ардана.
Особенно постарались те трое дельцов, любителей порассуждать о ценах на сталь. Издали заметив Арда, они дружно, не сговариваясь, развернулись и предпочли выйти к зданию вокзала через дальний конец платформы, сделав крюк шагов в сто.
'…
Но вы не охотник.
Вы Звездный Маг. Вы тратите часы, недели, месяцы на изучение и познание того, что большинство не представляет возможным даже прочесть. Знайте себе цену, Ард. Вы не зверь. И не Матабар, живущий где-то среди заснеженных вершин.
Вы Ард Эгобар.
Офицер Империи.
Однажды вы станете плечом к плечу с другими, чтобы защитить наши земли от крови и ужаса. А знаете, что является лучшей защитой? Если когда вы будете входить в комнату, остальные будут прятать свои глаза среди собственных начищенных, нелепых туфель, зная, что сам факт их нахождения в этом помещении возможен лишь потому, что вам до них нет дела.
…'
Лорд Аверский, да будут милостивы к нему Вечные Ангелы, тоже оказался в числе тех, кто был прав.
— Какие мы, оказывается, страшные, — вполголоса заметила Тесс, провожая их взглядом.
— Они всю ночь провели около окон, — пожал плечами Ардан. — Я их понимаю. Сложно завтракать рядом с человеком, после которого… Да не важно.
— Ты спас им жизни, между прочим.
— Спас. А они теперь будут лет десять рассказывать внукам, как ехали в одном поезде с жутким магом. Вернее — с жутким плащом. Еще и приукрашивать начнут, — вздохнул юноша. — Тесс, Спящие Духи, к десятому году я начну метать молнии из глаз и питаться младенцами! Или, не знаю, я огнем дышу и у меня язык до поля дотянутся.
— Да? Язык до пола? — прищурилась Тесс и чуть прижалась к нему. — Мы же, раз я теперь честная, замужняя женщина, спим в одной комнате, правильно?
Арди почувствовал, как краснеет.
Тесс засмеялась, но продолжать игру не стала, потому как в этот момент сквозь толпу к ним уже пробирался встречающий.
Нил Кралис выглядел в точности так, как полагается выглядеть молодому садовнику из приличного дома. Одетый в простую, но опрятная одежду; с закатанными рукавами, въевшейся в ладони землей и неизменной соломинка в углу рта. Двадцать четырех лет, с открытой улыбка и легкой походкой. Картину портили только глаза. Серые, немного будто мертвые, они взирали на мир с тем особенным, цепким спокойствием, какое не приобретается возделыванием клумб.
Для всех на улице Каменщиков Нил Кралис оставался шутливым, всегда готовым помочь садовником четы Брайн-Эгобар. Вот только для Черного Дома он был оперативником под прикрытием, приставленным к семье Эгобар.
— Ард! Госпожа Эгобар! — Кралис замахал рукой и ловко перехватил у Арда оба чемодана. — С прибытием. Как добрались?
— Чудесно, — не без сарказма ответил Ардан. — Если не считать одной незапланированной остановки.
— Да, я уже слышал, — Кралис понизил голос, на мгновение сменив улыбку с простодушной на немного деловую. — Девятнадцать, серьезно? В одиночку?
— Кралис, — Арди попытался, насколько мог, сделать серьезное выражение лица. — Давай сразу договоримся, чтобы потом не было недопонимания. Я в отпуске. Категорически, бесповоротно, и совсем официально официально. Я не хочу слышать ни про слухи, ни про сводки, ни… Особенно! Про твои письма. Если ты приготовил для меня хоть один конверт, любого цвета, с любыми печатями, можешь прямо сейчас пустить его на растопку.
— Понял, понял, — Кралис вскинул свободную ладонь. — Никаких конвертов. Клянусь всеми розами твоей матушки, Ард, на этот раз руководству от тебя ничего не нужно.
— Вот и славно.
— Хотя один вопрос по моей основной специальности у меня все-таки есть, — Кралис повернулся к Тесс со страдальческим выражением лица. — Госпожа Эгобар, умоляю, повлияйте на свекровь. Она требует пересадить шиповник третий раз за год. Он скоро объявит мне кровную месть, и я, даже, в какой-то степени его пойму.
— Передам ей, что вы держались до последнего, — рассмеялась Тесс.