Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 156 из 186

— Щека прикушена изнутри, — сообщил Звездный целитель. Без плаща и погон, но с посохом, на котором самая сложная печать относилась к Синему цвету. — В зубной коронке полость. Капсула. Яд, судя по запаху и цвету десен, на основе вытяжки из Плачущего Вороньего Глаза, Лей-вариации обычного вороньего глаза. Сработал за считанные секунды.

В коридоре повисла тишина. Только вода капала в трубах — в третьем стыке от угла, если верить специалисту по прокладкам из соседней камеры.

Ардан смотрел на аккуратно лежащее тело и думал, что успел насмотреться на смерти всякого сорта. Порой до боли глупые, нередко страшные, иногда до обидного случайные и изредка вполне заслуженные. Но нечто подобное он видел впервые.

— Простые бандиты так не поступают, господин маг, — тихо проговорил Милар. — Я бы предположил, что в деле замешана присяга… просто не наша. Но, возможно, это все из-за Конгресса.

— Дорогая работа, — Урский кивнул на коронку в пальцах лекаря, как раз опускавшего ее в пробирку.

— Насколько? — уточнил Милар.

Александр подумал. Помолчал. Потом ответил так, как отвечал всегда, когда вопрос ему не особо нравился:

— Демон его знает.

Через час тело, коронку и все бумаги забрали наверх. Все это время они втроем с Александром и Миларом сидели в рабочем кабинете казематов, который больше походил на комнату отдыха. Несколько диванчиков, пара шкафов с бесконечными папками и повешенная на противоположную от входа стену картина. На ней несколько оленей мирно жевали травку.

Видимо, заменяла собой окно.

Дверь открылась и на пороге показался Полковник. Он, кажется, немного похудел, но вместе с лишним весом ушли и мышцы, из-за чего лицо левой руки Императора теперь выглядело немного рыхлым и излишне дряблым. Как у старого пса.

— Я даже ничего не хочу спрашивать, — выдохнул он и обвел присутствующих цепким взглядом, ненадолго остановившимся на Арде. Ах, да. Это ведь был первый раз после инцидента на Фатийской границе, когда они виделись с Полковником. — Вам недостаточно разрушений, вы теперь еще и нормально языка не можете доставить?

— Полковник, — Милар, тяжело опираясь на подлокотник, встал на ноги. — Спешу заметить, что это обязанность…

— Да-да, — отмахнулся де-факто глава Черного Дома, — с теми, кто виноват, что их недостаточно тщательно досмотрели, мы разберемся позже. Пока что — работайте дальше. А когда закончите с текущей операцией, то… зайдите ко мне. Оба.

Полковник развернулся и направился обратно на выход, но ненадолго остановился около выхода.

— У меня в последнее время складывается ощущение, что Парламентская комиссия, следящая за нашей работой, не очень позитивно настроена к тому, чтобы мы посетили эту «Розу», так что… если вдруг увидите кого-то знакомого на данном мероприятии, то постарайтесь сделать так, чтобы он или она дожили до допроса.

Полковник, больше ничего не говоря, закрыл дверь и вышел в коридор. Вскоре туда выбралась и их троица. Просто из-за того, что кроме труб в подвале проблема явно имелась еще и с вентиляцией, так как в комнате вскоре стало трудно дышать, а одежда начала прилипать к телу.

Видимо, Метрополия настолько настрадалась от холода за прошлую зиму, что решила всеми силами вцепиться в лето и не отпускать теплую погоду на волю.

— Он ведь знал про капсулу, — сказал Ардан, когда носилки скрылись за поворотом коридора. — Псевдо-Агров. Знал, что у соседа в зубе.

— Вероятней всего, именно так, — согласился Милар.

— И все равно сидит и рассуждает про прокладки.

— Вот именно это, господин маг, меня и не радует, — капитан прислонился к стене и посмотрел на дверь, отделявшую их от последнего языка. — Если бы капсула была у всех троих, можно было бы подозревать иностранных коллег Кинжалов. Но поскольку она только у одного, то… проклятье, все как-то немного странно. Но в чем я точно уверен, что среди бандитов вряд ли найдутся столь преданные делу господа.

— Нарихман? — предположил Урский.

— Сомнительно, — не сразу ответил Милар. — Что-то здесь не так с этим аукционом, парни. И что-то мне подсказывает, что у госпожи Шприц не просто так оказались эти фотографии.

— Работает на кого-то? — все так же односложно спросил Урский.

Милар перевел взгляд на Арда. Тот чуть скривился и уже потянулся посохом почесать затылок, но вовремя вспомнил про бытовой накопитель в навершии и остановился. Он уже почти избавился от этой привычки, но пока еще не одолел полностью.

— Как бы это странно ни звучало, но я уверен, что госпожа Шприц неподкупна. А шантажировать ее нечем. И некем. Она… одинока и ей… плевать на себя и вообще все, кроме одного-единственного расследования.

— Звучит так, как будто ты ей сочувствуешь, господин маг, — прищурился Милар.

— Не знаю, — Арди машинально повернулся к тому месту, где должно было быть окно, но его там не оказалось. — Может быть. Немного. Наверное, весьма трудно жить в таком мире, как она.

— Даже после того, как она пыталась тебя использовать и рисковала твоей жизнью?

Ардан пожал плечами.

Мысли завтрашнего дня.

* * *

Каталог Халский передал в тот же день, все в той же задней комнате «Эльтира». Выглядела эта вещь до обидного скромно.

Тонкая книжица без обложки, страниц на двадцать. Правда, плотная, кремовая бумага стоила, по прикидке Арда, дороже некоторых книг целиком. Причем набор шрифта явно выдавал типографское качество: ровные литеры, ни единой помарки, с до миллиметра выверенными полями. Такие вещи не печатают в подворотне на ручном станке, как некоторые из образчиков запрещенной Аль’Зафирским пактом литературы, хранившихся в библиотеке Большого. У «Розы» имелась собственная типография. Или, что намного вероятнее, собственный типограф, умеющий держать язык за зубами.

— Читайте смело, — Халский грел ладони о стакан с чаем. — Все равно ничего не поймете… То есть нет, простите. Вы-то как раз поймете, господин в Зеленом плаще.

Ардан открыл книжку-буклет.

«Лот третий. Образец флоры. Требователен к условиям Звездного содержания».

«Лот пятый. Собрание реликвий. Чувствительно к железу».

«Лот седьмой. Гербарий. Сохраняет свойства лишь в покое».

«Лот девятый. Питомец. Нуждается в кормлении».

Он читал аккуратные, обтекаемые эвфемизмы и где-то на пятой строке поймал себя на том, что действительно понимает, о чем идет речь. Возможно, он действительно слишком много времени проводил за той самой, запрещенной литературой…

«

Требователен к условиям Звездного содержания