Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 66 из 83

Глава 33

Сердце и без того стучало неровно, а после властного заявления и вовсе сорвалось, как сумасшедшее, с рельсов.

Может, я и хотела бы ответить, но Марк заткнул меня поцелуем, в котором отчетливо отображались все его обещания, включая месть. Я пылала в его руках и всё прокручивала в голове: «Ты моя». Но в ответ не могла выдавить ни слова – Марк пресекал любую попытку, будто боялся, что я возражу ему или даже выставлю вон из комнаты.

Но парадокс в том, что я тоже хотела быть с ним, несмотря на пережитую шесть лет назад боль. Несмотря ни на что. Просто поверить. Доверить ему и себя, и свою душу.

– Тогда ты тоже мой, – еле отлипла от губ Марка и схватилась ладонями за его щеки. – И если какая-то стерва посмеет взглянуть на тебя, я выколю ей глаза!

Марк застыл на секунду, переваривая мои слова, но уже через миг улыбнулся, как змей-искуситель. Пришлось охладить его надменность:

– Но если ты посмеешь мне изменить, то клянусь, козел Степан не пощадит твои яички!

Притворно ахнув и «испугавшись», он резко прикрыл пах ладонями, но заулыбался мне как дурачок. А затем подался прямиком к лицу и нежно зашептал в губы:

– Боюсь, козлу Степану так и не выпадет возможность испробовать мои яйца. Но ты подала мне гениальную идею, – глаза заблестели адским огоньком. – Кочан Волкова ему понравится куда больше.

Снова не успела ничего сказать. Мгновение – и я уже лежу спиной на кровати, подмятая под твердое тело Марка.

– На этот раз пути назад не будет, Солнечная моя. Я не дам тебе сбежать так же, как шесть лет назад.

Вместо ответа я сама потянулась к нему и рванула полы рубашки – пуговицы так и рассыпались по кровати. Какой смысл сбегать или прятать чувства, если рядом с ним мне реально тепло и комфортно? Марк тоже не стал церемониться и сорвал с меня одежду, настолько казался нетерпеливым.

Едва горячие руки коснулись голой кожи, я вмиг забыла обо всём, что тревожило в последнее время, и полностью отдала себя мужчине.

***

Проснуться в объятиях Марка было весьма необычно. Едва открыв глаза, я даже не сразу поняла, где нахожусь, пока не ощутила на талии теплую руку, обжигавшую нежную кожу. Марк всё еще спал, но обнимал меня так крепко, будто даже во сне контролировал ситуацию. Неужели настолько боится, что я сбегу, как в тот раз в отеле? Глупый! Шесть лет назад была другая ситуация, и мы совершили дурную ошибку, но сейчас всё иначе!

Я замерла, боясь спугнуть этот удивительный момент и чувство покоя, которое дарил мне Марк. Шесть лет пустоты, борьбы и страха вдруг растворились минувшей ночью, оставив за собой лишь горький след. Кажется, Марк умело стер все сомнения и отрезал для меня любые пути отступления. Я же, если так подумать, уже полностью в его власти – мне и идти-то некуда…

– Проснулась, Солнечная моя? – сонно пророкотал над ухом с возбуждающей хрипотцой.

От его голоса мурашки побежали по коже. Марк сразу притянул меня ближе, впечатав в своё тело, стал покрывать шею и плечи невесомыми поцелуями. Я невольно замурлыкала, и мысли вылетели из головы, как птички из клетки на волю.

Отстранившись, он приподнялся на локте и глядел на меня с неприкрытой нежностью, от которой перехватило дыхание. Я уже и забыла, когда на меня смотрели вот так в последний раз… Влюбленно!

– Доброе утро, – выпалила я, спрятавшись за ширмой из волос.

Мне было всё еще каплю неловко, но хриплый смех Марка вывел из сомнительного ступора.

– Ты же не думаешь сбежать, правда? – он расслаблен, а я…

– Куда? – спрашиваю со вздохом, и мне так не вовремя вспоминается Волков.

Вот совсем не к месту, но нужно выяснить правду, пока не стало слишком поздно.

– Кстати, насчет Игоря… – начинаю, но затыкаюсь, а Марк напрягается всем телом.

– Давай не будем портить такое хорошее утро, – глухо отозвался он, перебирая меж пальцев мои волосы.

Да, портить это утро – грех, но я должна знать правду, какой бы горькой она ни оказалась.

– Ты правда собираешься построить тут завод? – не то чтобы я реально верила в бредни бывшего, но у меня нехорошее предчувствие после его слов.

Марк замер, а взгляд мигом стал острым, как скальпель. Минуту мы просто пялились друг на друга, после чего Дорошин не выдержал:

– Серьезно? – переспросил так, словно я чушь ляпнула. – Я похож на идиота, готового подставить свои яйца под удар козлу Степану?

Он хоть и отшутился, но вся горечь правды, которую я гнала от себя, вдруг прожгла горло изжогой.

– Тогда этот проект… – не решаюсь озвучить страшную догадку, и за меня это безжалостно делает Марк:

– Да, это то, что всё еще планирует сделать Волков – снести село, загнать реку в трубы и поставить здесь хаб по переработке лития. Логично, что он бесится: незаконный проект должен был вывести их семью на новый уровень, но теперь их старания – коту под хвост.

Во мне за секунду вспыхивает горькое разочарование как в себе, так и в бывшем муже. Ведь это я его выбрала и полюбила. Как? Как я могла быть такой слепой идиоткой?

– Значит, он правда хочет окончательно уничтожить меня… – тихо выпаливаю я, а Марк вздыхает и притягивает меня в свои теплые объятия.

Прячу лицо у него на груди, просто чтобы скрыть собственное бессилие.

– Дело не в тебе, а в удачной местности. Но ничего, скоро ситуация уляжется, и Волков отстанет окончательно. Всё будет хорошо, верь мне.

– Я верю, но вчера он четко дал понять, что нас с тобой ждут неприятности.

– Солнечная, ну я же не сопляк какой-то. У меня тоже есть рычаги и связи, деньги, положение в обществе. Неужели ты думаешь, я не справлюсь с одной нервно тявкающей шавкой?

Конечно, он справится, но ведь косвенно к этим неприятностям его привела я… Марк будто мысли мои читает: спешно опрокидывает на кровать и затмевает собой все сомнения, окончательно вытесняя их из головы.

В итоге из комнаты выползаем аж к обеду. Спускаемся счастливые, держась за руки как подростки, и тут же попадаем в кадр к папарацци в лице Дани.

– Народ, свежие новости! – он театрально принюхивается и заявляет вдруг: – В воздухе пахнет любовью!

– Закрой рот и жуй торт, – осекает его Марк. Только сейчас я замечаю, что гаденыш слопал половину медовика без моего разрешения. – Пока я не выбросил твой телефон из окна.

– Не, ну а что я такого сказал? Только сухие факты и ничего больше.

Подмигивает мне, когда тянет вилку и проглатывает кусочек торта. Блаженно стонет, теперь уже снимая себя как мукбангер. И в следующую секунду поражает до онемения: