Страница 50 из 83
Глава 25
Забегаю в дом и сразу «прячусь» от неловкости на кухне. Марк, судя по всему, ушел переодеваться в ту же комнату, где ночевал ранее. Ну а Даня только вошел и, могу поспорить, снова снимает что-то на свой дурацкий телефон.
– Ого, – выдохнул он вдруг, но в этот раз я не услышала в голосе ни капли сарказма.
Настолько стало любопытно, что я медленно и почти незаметно выглядываю из кухни. Айфон, до этого застывший в руке вместе с хозяином на пороге, медленно поплыл по гостиной, фиксируя каждую деталь: камин из камня, уютные кресла с наброшенными на них вязаными пледами, полки с милыми безделушками и мягкий свет от массивной лампы, создающий уютную атмосферу.
– Ребя-я-ят, вы это видите? И нет, это не прикол, а всё тот же дом. Это же «rustic style»!
Он тут же начал кружить по гостиной, выбирая удачные ракурсы, будто приглашен для профессиональной фотосессии, а не в качестве помощника Марка.
– Хм, а что это за фактура дерева? Эй, дамочка, это кресло – антиквариат или ты сама его так состарила? Подписчикам будет любопытно узнать!
Да какого черта он вообще комментирует мою работу?! Какая разница, откуда взялось кресло и как я его преобразила! Прячусь за стенкой и игнорирую вопрос, пока внутри клокочут эмоции. Так и хочется выставить наглого стримыша вон, но договор в тумбочке диктует свои правила.
Положение спасает Марк, когда спускается по лестнице:
– Сонь, покормишь нас? Я жутко голодный.
Как будто я посмею отказать… новым хозяевам. Не могу свыкнуться с этой мыслью, но Марк для «Солнечной долины» лучше, чем Игорь. И неплохо бы рассказать Дорошину о вчерашнем звонке Волкова. Но это позже, а сейчас… – Да, садитесь за стол, всё уже давно готово.
Марк садится первым, уверенно держит спину. Я же присаживаюсь лишь на край стула, чувствуя себя на собственной кухне прислугой, которой милостиво разрешили пообедать с «элитой». Даня же падает на стул с таким кислым видом, словно его пригласили на гастрономический эксперимент в джунглях.
– Это что? – тычет вилкой, брезгливо ковыряя нежный кусок говядины. – И нафига столько подливы, это же сплошной холестерин! Не, тёть, мне сложно угодить, я такое есть точно не буду.
Кривится, будто я ему навоза насыпала. Марк уже открывает рот, но опережаю его:
– Если не нравится, пойди поищи в машине брата протеиновые батончики. Можешь погрызть их на крыльце в компании куриц.
Марк, подавив вздох (явно не разочарования), взял вилку и принялся за еду. Застонал, едва мясо попало ему в рот, а мы со стримышем уставились на него. И если мой мозг стал рисовать слишком жаркие образы, то у Дани возникли мысли приземленные:
– Что, правда так вкусно? Да ладно, брат, ты же тот еще гурман, ходишь только по ресторанам с идеальной репутацией.
Марк лишь что-то промычал в ответ, и стримыш решился. Поднес вилку к губам с таким выражением, будто там не мясо, а таракан. Сначала понюхал, затем откусил и замер. Спешно пережевал и потянулся за вторым куском, забыв про свой драгоценный телефон.
– И как? – Марк выгнул бровь.
– Ну… – замялся Даня. – Сойдет для сельской местности. Типа крафтовый продукт и всё такое.
Я едва не расхохоталась, видя, как через пять минут малой уже макал корку хлеба в густой соус и жевал так, что челюсть стучала. Его блогерский пафос испарился, уступив место первобытному голоду. Даня ел жадно, забыв «покормить» подписчиков новой «продой» из жизни в глуши.
Краем глаза улавливаю взгляд Марка поверх чашки. В его глазах пляшут чертенята – он будто намекает мне, что его заносчивый брат потерпел сокрушительное поражение от моих кулинарных способностей.
– Спасибо, Соня, – произнес он громко и уперся требовательным взглядом в Даню.
Но тот то ли не понял, то ли снова забылся: схватил телефон и стал в нем что-то клацать.
– Не за что, – пожимаю плечами с деланным равнодушием.
Я и не ждала от стримыша никакой благодарности. Он поел – и этого хватит. А то строил тут из себя веганскую невинность, а в итоге вылизал тарелку так, что уже и мыть её не нужно. Пока я ела, Марк тактично молчал, но едва я отставила пустую тарелку, он сразу заговорил:
– Даниил.
Строгость в его голосе ощущалась как холодная сталь. Стримышу пришлось убрать айфон и взглянуть на брата.
– Уже вечер, и сегодня мы отдыхаем, но завтра куча дел, поэтому подъем в семь утра. Если ты собираешься вникать в дела, тебе придется стать ответственным и собранным. Чтобы телефона я и близко не видел.
– Но, брат, это же крутая реклама! Подписота уже интересуется, где я, они хотят тоже приехать… – Даня насыпал аргументов, но Марк остался непреклонным.
– Хватит валять дурака. Твоя мать отцу всю плешь проела, что младший наследник болтается без дела и даже не видел в глаза офис компании. Так что, малой, не один ты получил тумаков накануне. Хочешь ты того или нет, отец велел вводить тебя в курс дела, так что вперед к светлому будущему.
– Да как будто я просил об этом! – фыркая, как разозленный еж, Даниил вскочил со стула. – Где моя комната?!
– Наверху, вторая слева, – ляпаю спешно: я слегка офигела от их семейных разборок.
– Я ушел, и до завтра меня не беспокоить!
Показательно топая по лестнице, малой поднялся на второй этаж и громко хлопнул дверью. Марк лишь закатил глаза.
– Думаю, бизнес его прямо сейчас мало волнует, – констатирую я, глядя на лестницу.
– Пойди объясни это моей мачехе, – он кривится, будто лимон съел. – Вообще, прости за Даню. Но ни у тебя, ни у меня другого варианта нет. Придется мириться с его прямыми эфирами и прочей ерундой. Понятно, что ничему он учиться не будет. Мне главное, чтобы не мешался под ногами. Кстати, что там Волков? Уже объявлялся?
– Звонил вчера, – киваю с горечью, и Марк сразу хмурит брови.
– Оскорблял? Угрожал? Соня, говори мне о таком сразу, не отмалчивайся до последнего.
– Я собиралась рассказать позже, но ты первым спросил.
Отмахиваюсь от его заботы, как от надоедливой мухи. Слишком она… непривычная.
– Обещал устроить неприятности. Ругался, что я специально продала землю тебе, чем развязала какую-то там войну. В общем, ничего нового. Но, наверное, нам стоит ждать сюрпризов.
– Не волнуйся, – он подмигивает с такой уверенностью, которую больше невозможно игнорировать. – Я не дам ему добраться до тебя. А если задумает пакостить, то первым пожалеет, что полез ко мне.
Грохот на втором этаже спасает меня от ненужных романтических мыслей. Да что там у стримыша происходит?!