Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 2 из 19

Глава 2. Сделка с петлей

Солнце над поселением Ржавый Предел палило нещадно, раскаляя гофрированные крыши хаб-блоков до состояния сковороды. На центральной площади, прямо перед бронированными дверями местного участка Адептус Арбитрес, собралась пестрая толпа: чумазые шахтеры, мутанты-чернорабочие в лохмотьях и демобилизованные гвардейцы, пропивающие последние кредиты.

Все они пришли посмотреть на казнь.

В центре площади возвышался неуклюжий кран-погрузчик, на стреле которого болталась толстая петля из синтетического троса. Под петлей, стоя на шатком ящике из-под боеприпасов, возвышался Крокс.

Бывший сержант Астра Милитарум выглядел как загнанный, но крайне опасный хищник. Его лицо пересекал свежий шрам, один глаз заплыл, а изо рта на грязную майку капала кровь. Руки были намертво стянуты за спиной магнитными наручниками. И тем не менее, Крокс скалился. Он обводил толпу безумным, полным презрения взглядом, сплевывая на пыльные сапоги стоявшего рядом Судьи.

— Крокс, также известный как «Мясник из траншей», — монотонно зачитывал Судья Арбитрес в тяжелой черной броне, усиливая голос через вокс-рупор. — Именем Бога-Императора и Лорда Сектора, ты признан виновным в дезертирстве, мародерстве, убийстве трех санкционированных торговцев и краже казенного прометия. Награда в три тысячи тронов уже выплачена гражданину, передавшему тебя в руки правосудия. Твой приговор — смерть через повешение, дабы душа твоя покинула оскверненное тело.

Толпа одобрительно загудела.

В трехстах метрах от площади, на колокольне полуразрушенного храма Экклезиархии, в тени горгульи сидел Кастиэль.

Он лениво жевал кончик незажженной лхо-палочки. На нем была длинная пыльная шинель, скрывающая легкий панцирный доспех, а широкополая шляпа надежно прятала глаза от слепящего багрового солнца. Кастиэль прильнул правым глазом к оптическому прицелу своей модифицированной длинноствольной лаз-винтовки. Перекрестие прицела легло точно на синтетический трос, чуть выше шеи Крокса.

Кастиэль мягко выдохнул, успокаивая сердцебиение. Палец в кожаной перчатке лег на спусковой крючок.

— … Да простит Император твою душу, ибо закон не прощает, — закончил Судья. Он кивнул сервитору-палачу.

Механический раб с гудением пнул ящик из-под боеприпасов.

Крокс рухнул вниз. Трос натянулся с тошнотворным хрустом, бывший сержант захрипел, его ноги судорожно задергались в воздухе. Толпа радостно взревела.

Вспышка.

Резкий, сухой треск разорвал воздух над площадью. Сгусток концентрированной энергии прошил пространство и ударил точно в натянутый трос. Синтетические волокна мгновенно испарились в облачке едкого дыма.

Крокс с грохотом рухнул в пыль, отчаянно кашляя и хватая ртом воздух.

Площадь замерла. Судья схватился за свой шок-маул, но было поздно. В толпу полетели две дымовые гранаты, брошенные Кастиэлем с колокольни. Густой серый дым мгновенно заволок эшафот, началась паника. Люди кричали, Арбитры палили в воздух.

В этом хаосе Крокс, не теряя ни секунды, перекатился к заранее оставленному у коновязи грузовому байку, перекинул через сиденье связанные руки, завел мотор ударом колена и с ревом вырвался с площади, растворяясь в пыльной буре пустошей.

Два часа спустя. Дно высохшего каньона далеко за пределами поселения.

Кастиэль сидел на капоте своего легкого багги, методично раскладывая на броне стопки имперских тронов. Монеты тускло блестели в лучах заходящего солнца.

Рядом, тяжело дыша и растирая багровые следы на шее, расхаживал Крокс. Его магнитные наручники уже валялись на песке — Кастиэль отключил их дешифратором.

— Трон тебя побери, Стрелок! — хрипел Крокс, голос которого сорвался после петли. Он пнул перекати-поле. — Ты стрелял слишком поздно! Я чуть не задохнулся! Еще секунда, и этот кусок пластика сломал бы мне шею!

Кастиэль невозмутимо переложил одну монету из своей стопки в стопку Крокса.

— Но не сломал. Я всегда стреляю вовремя. Полторы тысячи тебе, полторы мне. Как договаривались.

Крокс остановился, тяжело сглотнул, поморщившись от боли в горле, и сгреб свою долю в грязный брезентовый мешок.

— Твои шуточки когда-нибудь доведут нас до сервиторизации, — проворчал он, но в глазах уже загорелся жадный блеск. Три тысячи за одну аферу — это были огромные деньги. — Куда дальше?

Кастиэль спрятал свои деньги во внутренний карман шинели, достал кресало и, наконец, прикурил лхо-палочку. Выпустил струйку сизого дыма.

— В сектор Голгофа. Я слышал, там новый Магистр Арбитрес. И награда за твою уродливую голову там выросла до четырех тысяч.

Крокс замер, обдумывая услышанное. Затем его лицо расплылось в широкой, жутковатой ухмылке, обнажив металлический зуб.

— Четыре тысячи? Звучит как музыка, Стрелок. Главное — не промажь в следующий раз.

Кастиэль ничего не ответил. Он завел мотор багги, и машина рванула вперед, оставляя за собой длинный шлейф пыли, растворяющийся в наступающей тьме Корвалуса Секундус.