Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 25 из 67

— Ну, случайная жена, ну ты даёшь! — ругается. — Как тебя угораздило?! Ты же убиться могла!

Ни секунды не думая, Лев прыгает ко мне в яму.

Земля осыпается ещё сильнее.

— В который раз убеждаюсь, что вы с Анастасией одного возраста. — Ловко ступает между трубами, осматривает меня, ощупывает.

— Ничего не сломала? Нет резкой боли? Глову не ударила? — Приподнимает, вертит, лапает.

Киваю, отдергивая его руки и подтверждая, что я в порядке.

— Тебя мама с папой не учили под ноги смотреть и ходить вперёд физиономией, а не тем красивым местом, на котором ты сидишь?

У нас ЧП, а я вспыхиваю от излишнего внимания к моей пятой точке. Нет, пусть к Ирине своей чешет, я лучше в яме умру, не надо мне его помощи.

И моё мягкое место его совсем не касается. Разглядывал он его, что ли, не пойму? Опа, опа, Америка-Европа…

— А вы ямы свои закапывать не пробовали? Или огораживать красными лентами? Я, между прочим, практически травму на производстве получила, так что пеняйте на себя.

Лев останавливается и, взяв меня за плечи, заглядывает в глаза.

— Травму она получила, а зачем в кусты мои полезла?

— Я искала выход!

— Куда? В Китай? Через ядро земли?

— Ой, какой вы остроумный, Лев Валерьянович, — щурюсь, раздражаясь. К Ирине, все время к Ирине, она теперь мама у нас! — Ловушек накопали, как для крупного рогатого скота, а виновата Ева!

Он громко вздыхает, набирая воздуха, и продолжает меня крутить и стряхивать землю, в итоге трогает во всех местах сразу. Опять…

— Да сколько можно-то? Это что за первая медицинская помощь?

— Я ищу повреждения.

— Вы мне, Лев Валерьянович, лучше про расчёт расскажите. Как будет досрочная оплата производиться?

— Может, из ямы вылезем?

— Нет, здесь легче выяснить, что к чему. И так как я снова Ева, прошу оплатить мне неустойку.

— Не Ева ты, а Ира.

— Лёвушка, всё в порядке? — заглядывает к нам «послиха» доброй воли.

— Она теперь Ева, а ты по-прежнему Ира.

Я смотрю на него. Хоть в яме и темновато, но глаза видно, поэтому я очень-очень долго на него смотрю. Прям слишком долго, чересчур. Она Ева, а я Ира? А бабушка, надеюсь, не Оксана? Потому что я уже запуталась. Я хочу помочь ему и спасти, пока всё это не перетекло в натуральную шизофрению, поэтому говорю следующее:

— У Настеньки в школе должен быть детский психолог, это не бог весть что, но на первое время вам хватит. Эту проблему с подменой личностей и тягой менять женщинам имена надо как-то решать.

— Лёвушка, ну зачем же ты сам полез? Господи, я так волнуюсь.

— Я сейчас, минуточку, — довольно нежно отвечает он и точно не так резко, как мне.

Вот это да. Она, значит, их бросила, а все пререкательства мне достаются.

Мы переходим на шёпот.

— Я знаю, почему ты на ней женился: она зануда, а ты с отклонениями, небольшими такими, но всё-таки нарушениями.

Лев меня поворачивает и начинает подсаживать, выталкивая наверх.

— Нет, — зло сопротивляюсь, — так не пойдёт, я не хочу вылезать первой, так ты увидишь мои тру… моё бельё, — оборачиваюсь. — Я стесняюсь, в общем.

— Я на ней женился, — тычет пальцем наверх, — потому что, — шипит, подталкивая меня силой под то самое место, о котором я беспокоюсь, — потому что она не спорила со мной, не то что ты, мама Ева. Регулярно, постоянно, круглосуточно. У тебя просто талант.

Лев сильный и крепкий мужик, поэтому практически выбрасывает меня наверх, я тут же поправляю куртку, юбку.

— Ой, Лёвушка, ты в порядке? — Подаёт ему руку бывшая жена.

— Я нормально, всё хорошо, — спокойно отвечает и смотрит на неё как будто с паузой.

Кабздец… Мужики мало того что козлы, так ещё и идиоты. Любит он её, до сих пор любит. Я одёргиваю свой грязно-рваный наряд. Выгляжу ужасно.

Из дома на общий шухер спешат Оксана и бабуля, послушница помогает ей ковылять.

— Ирина, Ирина, мы так встревожены! Как твоя жена, сынок? — интересуется издалека мама Льва.

— Не волнуйтесь, всё уже позади. Ирина случайно упала в яму. Знакомтесь, это моя коллега Ева, — представляет свою бывшую жену.

Мы с Настей переглядываемся, девочка скрещивает руки на груди и закатывает глаза. У нас с ней сейчас мозги вскипят. Потираю ушибленную коленку. Цирк продолжается. Я, значит, теперь она, она теперь — коллега. И, видимо, Ира «добрая воля» его тоже любит, потому что согласилась на это.

* * *

— И сколько нынче стоит занять чужое место? — нежным и очень ласковым голосом интересуется бывшая Льва и улыбается Оксане, которая, очевидно, моментально начинает ей симпатизировать.

Вот те раз. Как это у неё вышло? Я врага в лице Окси за полминуты нажила, а эта со всех сторон положительная активистка ей моментом понравилась. Надо же.

Лев, Настя, бабушка и Окси общей делегацией идут к дому, а Ирина-«послиха»-Ильина решает со мной пообщаться. Поставить, как говорится, мозги на место и заодно пометить территорию.

— Я ваше место не занимала, оно было пустым, когда ваш бывший муж нанял меня на работу.

— Ева, я уверена, что вы замечательный человек, милая девушка и, конечно же, вы не хотите разрушать семью. У нас со Львом случилась любовь с первого взгляда, он очень красиво ухаживал, мы даже не ссорились. А потом мне нужно было уехать на время. Сейчас я нацелена исключительно на семью, и моя миссия приостановлена. Я осознаю, что он по доброте душевной не хочет расстраивать мать и поэтому придумал всю эту историю. Нанял вас. И в связи с этим вы должны понимать, что, как только бабушка с Оксаной покинут дом, вас здесь, конечно же, больше не должно быть. Мы заплатим вам, и я, как и мой муж, очень благодарны вам за помощь в сохранении здоровья и спокойствия нашей матери.

У меня аж шарики за ролики заходят. Притормаживаю и, скривившись, глубоко-глубоко задумываюсь. Прям чувствую, как в голове всё работает. Вот это она закрутила. Какая же она… Ласковая.

Они со Львом умеют мазать масло на булку. И немудрено, что они поженились. Только вот Лев своими изящными уловками завораживает, а «послиха» раздражает.

— Я уйду, когда мой босс решит, что моя работа закончена.

— Не поймите меня неправильно, Евангелина, но моё временное отсутствие было результатом очень важной работы. Меня звал долг. И то, что мой муж поначалу не принял мою позицию, не меняет того факта, что он по-прежнему мой муж. И дочь, конечно же, тоже моя. Я люблю Настеньку. Я родила её, и теперь мы будем жить вместе.

— Бывший муж…

— Это нелепая формальность.