Страница 79 из 110
Глава 40. Слишком хорошо
Двор гудел ровным, деловым гулом — тем самым, что Лиора уже научилась узнавать издалека и мгновенно отличать от гула тревожного: скрип телег, спокойные оклики грузчиков, стук молотков на крыше склада номер четыре, где ремонт наконец продвигался быстрее, чем в первые дни после пожара.
Лиора стояла на крыльце с горячим чаем. Сделала два глотка подряд, обожгла язык и всё равно улыбнулась: впервые чашка не успела остыть между двумя чужими бедами.
— Списки за неделю, госпожа, — сказала Мина, подходя с папкой под мышкой. — Всё сошлось. Второй раз подряд без единой поправки.
— Отлично, — сказала Лиора, машинально протягивая руку за папкой — и тут же, поймав себя на этом жесте, остановилась. — Знаете что, Мина. Не показывайте мне их сегодня.
Мина удивлённо моргнула.
— Госпожа?
— Утвердите сами, — сказала Лиора. — Вы уже полторы недели, по сути, ведёте канцелярию не хуже меня — иногда лучше, потому что видите детали, до которых у меня просто не доходят руки. Если найдёте что-то, требующее моего решения, — тогда покажете. Если нет — просто зафиксируйте и подшейте.
Мина прижала папку крепче.
— А что именно считать требующим вашего решения?
Лиора уже собиралась ответить «всё важное» и вовремя прикусила язык.
— Новый долг, изменение цены, увольнение, нарушение печати, остановка больше чем на половину смены. Всё остальное решаете вы в пределах утверждённого расхода. Если сомневаетесь — отмечаете красной нитью и приносите вечером, а не бегаете за мной по двору.
— А если вы сами придёте и попросите папку?
— Не отдавайте до вечера.
Мина улыбнулась.
— Вот это полномочие мне особенно нравится.
Она ушла. Через десять минут Лиора обнаружила себя у двери канцелярии. Постояла, услышала шелест страниц и повернула к складам, пока Мина не успела заметить нарушение нового порядка.
* * *
Томас, встреченный чуть позже у складского ряда, отреагировал на похожее предложение с той же смесью удивления и сдержанной гордости, что и Мина.
— Хотите сказать, — уточнил он, — что я теперь сам решаю, когда закрывать склад на пересчёт, без вашего одобрения на каждый раз?
— Я хочу сказать, что вы решаете это уже две недели фактически, — сказала Лиора. — Я просто наконец перестаю делать вид, что мне нужно это подтверждать. У вас лучше, чем у меня, получается видеть, где на самом деле проблема, а не там, где она выглядит проблемой на бумаге.
— Тогда склад пять закрываю завтра после полудня, — сказал Томас. — Там расходятся остатки каната.
Лиора машинально вдохнула для возражения: завтра ожидали телеги Вейлера, площадка могла понадобиться.
— На сколько?
— На два часа. Телеги пойдут через шестой. Я уже спросил Орса.
— Хорошо.
Ответ дался подозрительно трудно. Томас это заметил, но великодушно не улыбнулся.
Томас кивнул и сразу спросил, кто подпишет простой после закрытия. Получив ответ, ушёл. Только у дальнего угла склада он расправил плечи и чуть не столкнулся с грузчиком, который нёс доски.
Орс воспринял аналогичное предложение по охране и логистике проще всех — пожал плечами с видом человека, для которого это было очевидно уже давно.
— Я и так половину решений принимаю сам, госпожа, просто прихожу к вам потом рассказать, — сказал он не без юмора. — Теперь буду приходить реже. Не обижайтесь.
— Не обижусь. Но если телега застрянет в воротах, приходите часто и подробно.
— Если телега застрянет, я сначала вытащу телегу. Потом приду подробно.
— Справедливо.
— И ещё я переставлю ночной пост от конюшни к внешней стене. От лошадей он всё равно видит только лошадей, а у стены нашли след.
— После согласования с военными.
— Уже. Роэль подписал вчера.
Орс вынул из-за пазухи сложенный лист. Лиора прочла подпись, проверила дату и вернула бумагу. Выходило, что собственное согласие здесь требовалось только её привычке.
* * *
К обеду она поймала себя на том, что не помнит, когда в последний раз проходила по двору настолько неторопливо, не сверяясь мысленно со списком неотложных дел на каждом шагу.
Гераль, встреченный у канцелярии, поздоровался с обычной безукоризненной вежливостью — доложил о текущих делах коротко, по существу, без единого намёка на прежнее сопротивление или скрытое раздражение. Она отметила это про себя, как отмечала теперь любую его реакцию, — не с прежней острой настороженностью, а с ровным, почти будничным вниманием человека, который давно перестал ждать от подозреваемого немедленного разоблачения и научился просто наблюдать.
— Двор в хорошей форме, госпожа, — сказал он. — Впервые за долгое время мне почти нечего добавить к отчёту.
— Хорошо, Гераль, — сказала она. — Именно этого я и хотела.
Лиора едва не ответила, что двор пришёл в хорошую форму вопреки его управлению. Вместо этого отпила чай. Он уже остыл.
* * *
Дарен нашёл её в конюшнях, где она разговаривала с Орсом о новой партии лошадей, обещанной со следующим караваном, — подошёл с той особой, сдержанной серьёзностью, что она уже безошибочно отличала от его обычной деловой собранности.
— Мне нужно на несколько часов отлучиться, — сказал он. — Объезд дальних постов — рутина, которую я откладывал слишком долго ради более срочных дел.
— Всё в порядке? — спросила она, уловив в его тоне что-то, чему не сразу смогла подобрать название.
— Прямой угрозы нет, — сказал он. — Но человек из «Трёх вязов» выехал до рассвета под именем, которого нет в городском податном списке, а Тарс исчез с обычного маршрута. Кольм проверяет кузницу. Я хочу, чтобы до моего возвращения ворота не меняли порядок ни по чьей устной просьбе, даже по военной.
— Включая вашу? — уточнила она.
— Особенно мою. Если я вдруг пришлю гонца с приказом открыть склад или пропустить груз, Орс сверяет знак дня и требует письменную копию. Сегодняшний знак — сломанная спица. Я внесу его в постовой журнал на выезде.
Орс, стоявший у головы гнедой кобылы, повторил знак и попросил назвать порядок полностью.
— Гонец называет «сломанная спица», — сказал Дарен. — Вы сверяете с закрытой строкой журнала. После этого всё равно требуете бумагу с моей печатью. Знак подтверждает, что гонец слышал приказ; он не заменяет приказ.
— А если знак неверный?
— Закрываете ворота и посылаете двоих ко мне разными дорогами.
— А если верный, но бумага вызывает сомнение?
— То же самое.