Страница 40 из 110
Вечером, на привычной уже встрече у поста, Лиора рассказала Дарену не только про реформу, но и про короткую вспышку Гераля перед всей канцелярией.
— Впервые он не сдержался, — сказала она. — Тридцать лет вежливости — и одна фраза, за которой было слышно что-то совсем другое.
— Люди срываются, когда теряют привычные полномочия, — сказал Дарен. — Это не доказательство вины. Запишите точные слова и свидетелей; остальное не додумывайте.
— Есть ещё кое-что, — добавила она. — Один из счетоводов, Дренн, уволился сегодня сам — быстро, не дожидаясь даже расчёта. Работал безупречно весь месяц. Само по себе — ничего. Но после Свена я больше не верю в поспешные уходы без причины.
Дарен кивнул, делая короткую пометку в собственном списке — том самом, что рос с каждым днём почти так же быстро, как её собственный.
— Проверю, куда он направился, — сказал он. — Если, конечно, он вообще потрудился куда-то направиться, а не просто исчез, как ваш кладовщик.
— Было бы удобно, если бы хоть раз подозреваемый остался на месте и признался, — сказала Лиора.
— Было бы, — согласился Дарен. — Но тогда у нас с вами было бы меньше поводов встречаться каждый вечер.
Лиора открыла рот, но лёгкого ответа не нашлось. Дарен опустил глаза к списку. Карандаш продавил бумагу рядом с именем Дренна и сломался.
— Сегодня у всех проблемы с письменными принадлежностями, — сказала Лиора.
— Значит, хотя бы это не заговор.
Она отдала ему запасной карандаш. Разговор вернулся к Дренну, но оставленная Дареном кружка с уткой всё ещё стояла у неё в канцелярии.
Кружку обнаружила Мина, когда принесла первую вечернюю сверку.
— Новая служебная посуда?
— Генеральская.
— Значит, записать на ответственное хранение?
Лиора подняла голову. Мина держалась серьёзно ровно до тех пор, пока Осгар за её спиной не фыркнул.
— Запишите лучше расхождение, — сказала Лиора. — На первой странице две подписи поставил один человек.
Шутка кончилась, работа осталась. Мина зачеркнула строку, позвала дежурного и начала заново — уже без помощи Лиоры.