Страница 32 из 110
— Значит, дело не только в складах. На посту груз записывают, а между воротами и канцелярией запись исчезает.
— Похоже на то. Но один из трёх номеров в моём журнале вписан рукой человека, которого отстранили за взятки ещё зимой. Он мог продолжать помогать кому-то после увольнения либо оставить заранее подготовленные записи.
— Значит, военную сторону тоже нельзя считать чистой только потому, что у неё отдельная книга.
Дарен подвинул к ней лист. Возле сомнительной строки уже стоял вопросительный знак — неприятную возможность он заметил раньше и всё равно принёс список целиком.
— Я разберусь со своей стороны, — сказал он. — Вы — со своей. Завтра сравним, что у каждого получилось.
— Договорились, — сказала Лиора, складывая список рядом с запиской о партии «семь-двенадцать» и копией накладной «четыре-восемнадцать» — новый лист в папке, которая с каждым днём становилась всё толще и всё меньше напоминала случайный набор совпадений.
У двери кабинета Лиора обнаружила у себя его перчатку. Видимо, машинально прихватила вместе с листами. Возвращаться через весь двор из-за одной перчатки было нелепо; оставлять её у себя — ещё нелепее.
Лиора позвала мальчишку-посыльного и велела отнести генералу. Через минуту окликнула его и добавила:
— Скажи, я взяла случайно.
Мальчишка посмотрел на перчатку, на неё и слишком серьёзно кивнул. Объяснение только всё испортило.
Через четверть часа он вернулся с пустыми руками и сообщил, что генерал велел передать благодарность «за внимательное отношение к казённому обмундированию». Мина за соседним столом закашлялась в рукав.
— Это не казённое обмундирование, — сказала Лиора.
— Я не спрашивал, госпожа.
— Правильно. И не надо.
Она открыла список военных грузов и пять минут честно пыталась вспомнить, на какой строке остановилась. Перчатка оказалась куда опаснее трёх пропавших партий: те хотя бы оставались в колонках.