Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 235 из 237

Глава 114

Замешательство и тишина, наступившие после выстрела, оборвавшего жизнь дона Леонсио де Фонсеки, были недолгими. Алваро, оставив Изауру посреди холла, рванулся к двери гостиной. Этим воспользовался Андре. Резко вскинув несвязанные руки, он локтями одновременно ударил в лицо своих охранников, нагнулся к своим сапогам и, выхватив из-за голенища правого тонкий стилет, одним прыжком оказался рядом с Изаурой. Никто не успел даже пошевелиться, когда уже плечи девушки были охвачены левой рукой бандита, а стилет приставлен к ее беззащитному горлу.

— Все, господа, поговорили — и хватит! Если кто двинется — ей конец! — прорычал Андре, слегка нажимая на рукоять кинжала. По блестящему лезвию пробежала маленькая алая капля. — Делайте, что я скажу, — и она будет жить. Комиссар, велите вашим людям положить ружья. Те, что у двери: один — к стене, другой — за лошадью. Моей. Вы ее привязали с краю. Оружие в кобурах не трогать, мне все видно через двери.

Один из полицейских у стены сделал резкое движение — и вторая алая капелька побежала по лезвию. Девушка в руках мерзавца вскрикнула.

— Всем не шевелиться, — закричал комиссар, — делайте что он велит!

Оседланный конь Андре стоял у крыльца, видный в проеме дверей. Ружья торчали из седельных кобур. Убедившись издали, что все в порядке, Андре начал пятиться к выходу, почти волоча безвольное тело жертвы. Он замер в дверном проеме и, обращаясь к Алваро, прокричал:

— Жаль, что не добил я тогда тебя, Фонтес, но ничего — сейчас отыграюсь!

Он отвел руку, чтоб наверняка перерезать горло несчастной Изауре. Жануария вскрикнула. Рука комиссара метнулась к пистолету, но он понял, что не получится выстрелить, не задев девушку. Рука Андре начала свое роковое движение, как вдруг ноги его подогнулись, левая рука разжалась, и он потерял равновесие. Изаура при этом без сознания упала на крыльцо. За откачнувшимся телом Андре присутствующие увидели маленькую искривленную фигурку садовника Белхиора с таким же маленьким искривленным садовым ножом, достаточно острым, чтобы перерезать бандиту сухожилие на ноге. Вся эта картина представилась наблюдателям выхваченной из темноты вспышкой молнии. Раздался страшный крик Андре, от которого у всех потемнело в глазах, и следующая вспышка молнии высветила Белхиора с торчащим из груди стилетом и Андре, перекинувшегося через седло уносящего его коня.

Никто не успел даже выстрелить вслед негодяю, так как два лежащих тела на крыльце загораживали дорогу. Жануария и Алваро бросились к Изауре. Девушка шевельнулась, отчего дрогнула и лежащая на ее груди рука мертвого Белхиора. Его лицо, обращенное в ночное небо, было полно покоя и счастья.

— Ты спас ее, малыш, спи спокойно! — сказала Жануария, помогая Изауре подняться. — Поцелуй его девочка, он всю жизнь мечтал об этом.

Две слезы Изауры упали на лицо бедного карлика. Алваро подхватил девушку на руки и, покрывая ее окровавленную шею поцелуями, отнес на кушетку.

— Это не опасно? — спросил он Жануарию.

— Нет, просто царапины, — успокоила его негритянка.

— Изаура, любимая, подожди еще немного. Я должен убить этого негодяя.

— Останься, Алваро, он же вооружен!

— Дон Фонтес, не рискуйте, никуда он не денется от нас! — попытался удержать его комиссар.

— Он — мой! — закричал Алваро и бросился к лошадям.