Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 6 из 90

Огромный секач выскочил из предлеска перед нами и остановился, чтобы оценить, кто перед ним. Моё копьё с широким наконечником, пущенное от испуга со всей доступной мне силой, вонзилось ему в загривок, пробило тело целиком и вошло в землю так глубоко, что несмотря на массу, он хрюкнул и пригвождённый, забившись на нём, издох всего за минуту.

Граф Косентайна пока кабан умирал, переводил потрясённый взгляд с меня на животное, и когда тот перестал дёргаться, потрясённо сказал.

— Говорите, охотник из вас никакой, сеньор Иньиго?

— Я просто испугался, сеньор Хуан, — честно признался я.

Вскоре из леса появились остальные охотники, затем загонщики, и все потрясённо посмотрели на пригвождённого кабана к земле, отлично представляя себе, какой силы должна обладать рука, которая запустила это копьё.

— Прикажу на ужин приготовить его, — граф наконец пришёл в себя и сделал жест, — на сегодня, пожалуй, хватит, возвращаемся!

Но все и так были потрясены увиденным, так что дальше продолжать охоту и не было желания, но зато, когда мы поехали с ним рядом обратно к замку, он задумчиво спросил.

— А что мне делать с Луисом де Виларгутом, сеньор Иньиго? Мы друзья детства.

Я ему улыбнулся, поняв, что он готов заключить со мной договор.

— Сеньор Луис сказал же, что он обратился в королевский суд, чтобы расторгнуть завещание барона Бенжамина де Виларгута, — ответил я, — вот пусть этим и занимается. Хотя как по мне, Его высочество Хуан лично подтвердил на свадьбе барона, что его наследником станет внук, а не сын, так что могу только пожелать ему удачи в этом нелёгком деле.

— А это правда, что сеньора Паула продавала себя за деньги? — остро посмотрел на меня граф Косентайна.

— Она не шлюха, сеньор Хуан, если вы об этом, — твёрдо ответил я, — если хотите мнения постороннего человека, то поговорите с сеньором Арсенио Алькальде, в Аликанте, она была его постоянной любовницей до того, как познакомилась со мной.

— Любовница, — граф задумчиво покивал головой, — это меняет дело.

— С кем я могу обсудить договор? — продолжил он, после минуты раздумий.

— Мы оба человека дела, сеньор Хуан, так что можем пока ждём ужина, накидать все нужные пункты.

Он со мной согласился и когда мы приехали в замок и переоделись, то заперлись в его покоях и к взаимному удовлетворению составили договор, который нужно было только заверить у королевского нотариуса.

— Завтра с утра пошлю за ним в город, — довольный граф, поднял на меня взгляд, — а уже в обед вы можете продолжить свой путь по королевскому делу в Сарагосу, сеньор Иньиго.

Видя мой вопросительный взгляд, он добавил.

— Конечно Хаиме, поедет с вами и сеньорой Паулой.

— Благодарю вас, сеньор Хуан, за понимание, — я склонил голову, — и конечно же, я расскажу об этом случае Его высочеству, намекнув, что, если, где и есть настоящее гостеприимство, так это только у вас в графстве.

Мужчина тепло мне улыбнулся.

— Благодарю Бога за то, что привёл вас ко мне, сеньор Иньиго, вы и правда очень необычный человек.

— Попрошу Его высочество, чтобы преступников со всего королевства привлекли к постройке этой дороги, — ответил я ему, — им польза — работа на чистом воздухе и еда за мой счёт, а ему свободные тюрьмы и компенсация затрат.

Граф Косентайна вздохнул.

— Буду ждать, когда построят дорогу и сразу приеду к вам в гости, сеньор Иньиго.

— Просто Иньиго, — предложил я, — для меня будет честью, если вы будете называть меня просто по имени.

— Зовите меня тогда тоже, просто Хуаном, — улыбнулся он, — для меня это тоже будет большой честью!

Полностью довольные заключённой сделкой, мы расстались, и я пошёл в комнату, где томилась прекрасная принцесса, ну или маялась от безделья Паула, это уже как будут потом петь трубадуры, рассказывая об этой истории.

— Завтра мы уезжаем дорогая, — сказал я, входя к ней.

Девушка расстроенно на меня посмотрела.

— У вас не получилось? Вы не смогли уговорить графа отдать мне Хайме?

— Что за неверие в меня Паула? — изумился я, притворно схватившись за сердце, — твои слова больно ранят меня.

Баронесса удивлённо покачала головой.

— Вы всё же смогли⁈ Но как⁈

— Завтра в обед ты забираешь Хайме и едешь к себе, — ответил я вместо ответа на её вопросы, — а я продолжу свой путь в Сарагосу. Но у меня к тебе будет большая просьба, избавься от всех, кто сейчас тебе противостоит. Я не хочу больше узнавать, что твоего подопечного ещё раз похитили.

Паула круглыми глазами посмотрела на меня.

— Его отец? Мать? Тётя? — тихо сказала она.

— Убей их всех, — приказал я, — а бедного сироту окружи заботой и вниманием, а также не забывай мои наставления по его воспитанию.

Девушка встала с кровати, пошла ко мне и опустилась на колени, взяв мою руку и прижав её к своей щеке, на её глазах показались слёзы.

— Спасибо Иньиго, спасибо вам! — она подняла на меня взгляд.

— Мы ведь с тобой друзья, дорогая, — я наклонился и поцеловал её в лоб, — а друзьям нужно помогать! Так ведь?

Она быстро закивала и стала целовать мои руки, благодаря за помощь.

— Всё, хватит! — рассердился я, — каких дурных привычек ты набралась в этом баронстве, вставай уже! Я хочу видеть свою прежнюю Паулу.

Она сквозь слёзы стала улыбаться и поднявшись на ноги, обняла меня прижав к себе.

— Вы разрешите мне ещё раз выйти замуж Иньиго? — тихо спросила она, — я хочу быть вам надёжной опорой в качестве доброго соседа.

— А уже есть кто-то на примете? — удивился я, на что Паула разомкнула объятья и её взгляд на секунду стал холодным и жестоким.

— Разберусь сначала с родственниками, — сказала она, — потом приглашу вас на свадьбу. Только прошу вас, Иньиго, постарайтесь в этот раз приехать.

— Не обещаю! — ответил я, на что девушка тут же возмутилась и стала щекотать меня, требуя дать ей слово.

В таком виде нас и застал Бернард, зайдя в комнату. Паула тут же покраснела и отошла от меня.

— Я рад, что между вами снова всё хорошо, — улыбнулся нам обоим швейцарец, — мы завтра уезжаем? Ко мне подошли слуги и спросили, какие припасы приготовить к отъезду.

— Да, завтра в обед Бернард, как раз хотел тебе сказать об этом, — кивнул я.

— Сеньор Хайме едет с нами в Сарагосу? — осторожно поинтересовался он.

Я отрицательно покачал головой.