Страница 31 из 90
— Спасибо за доверие, синьор Иньиго, поскольку то, что вы нам рассказали, здорово заставит меня переосмыслить нынешние расклады сил и конечно же, мы согласны.
— Правда? — удивился я, — несмотря на то, что я отныне фигура нон грата в Генуи?
— Так мы же и не с вами будем вести дела, синьор Иньиго, — он хитро мне улыбнулся, — кто со стороны венецианцев в этом участвует?
— Синьор Джорджо Лоредан, — кратко ответил я, доставая верительное письмо и протягивая его Бартоломео Дориа, который принял у меня его с поклоном и передал дожу Генуи.
Сломав печати и развернув его, архиепископ пробежался по нему взглядом, и посмотрел снова на меня.
— Синьор Иньиго, заверяю вас, мы полностью в деле и всё организуем с синьором Джорджо сами. Вам не о чём будет беспокоиться.
— Тогда, если вы согласны, — улыбнулся я ему, — обговорим вашу долю в этом небольшом предприятии?
На лицах обоих моих собеседниках впервые за этот разговор появились живые и довольные улыбки.
— Да, это будет самая приятная для нас часть разговора, синьор Иньиго, — согласился со мной архиепископ, — слушаю ваши предложения.
Закончив переговоры с генуэзцами, я отправился в гавань. Конечно, никаких письменных соглашений мы не подписывали, поскольку торговля с османами в то время, когда с ними ведётся война, совсем не то, что нужно указывать в своём резюме, так что всё обговорили на словах, согласовав все пункты нового соглашения. Настроение у меня из-за этого было отличным, хоть эти двое и знатно потрепали мне нервы, заставив долго спорить и приводить различные аргументы против того, что их доля должна быть большой. В ход пошло и то, что могу обратиться к другим своим знакомым для этого, например флорентийцам, а также то, что поскольку город лишился моих заказов, неизвестно кто ещё будет строить у них корабли в таком количестве и приносить деньги в казну Республики. Они сначала отнекивались, но под давлением фактов согласились, и их доля оказалась даже ниже того порога, который я мысленно устанавливал себе для торгов с ними. Так что, заключив эту крайне выгодную для меня сделку, если и правда османы перестанут торговать с венецианцами, я направился к своим кораблям, поскольку в Генуе мне больше нечего было делать.
Завидев меня, засвистели свистки боцманмата, которые опять же на кораблях внедрил я, и я ступил на новенький корабль, носящий гордое имя «Синко Льягас», который немного доработали по сравнению с остальными кораблями, поскольку он сразу планировался, как мой флагман. Так что он нёс меньше пехоты, чем остальные корабли, но зато у него было целых две каюты: одна моя, вторая капитана, пусть небольшое, но роскошество, которое я мог себе позволить.
— Сеньор Иньиго, я и команда приветствуем вас на борту вашего корабля, — низко поклонился мне капитан, встречавший меня первым, а вот позади него я отметил взглядом весьма впечатляющую группу людей, часть из которых я не знал.
— Сеньор Адемар, — мне подсказали имя человека, с которым я встретился сегодня впервые, поскольку он и все команды на новых кораблях были из свежих партий поставок людей с Родоса, — благодарю вас за столь тёплую встречу, уверен за время паломничества мы познакомимся с вами ближе.
— Несомненно, сеньор Иньиго, — поклонился он и отошёл, поскольку навстречу мне сделали пару шагов другие рыцари.
— Сеньор Иньиго, — широко улыбнулся мне сеньор Аймоне, — позвольте представить вам наших друзей, которые попросили у меня разрешения сопровождать нас в паломничество на Святую землю.
— С сеньором Пьером д’Обюссоном, мы знакомы, — я с тёплой улыбкой поклонился одному из магистров ордена госпитальеров, и он тоже мне поклонился, широко улыбаясь, — и как вам хватило смелости, сеньор Пьер, рекомендовать меня Ордену, ведь мы были с вами едва знакомы?
Француз расхохотался и ответил.
— Человека, который знает моих предков, не грех порекомендовать, сеньор Иньиго! Так что я нисколько не удивился, когда увидел ваш вариант договора, в котором вы превзошли все наши ожидания, так что Великий магистр попросил меня лично выразить вам свою благодарность и привести подписанный экземпляр договора между Орденом и вами.
— Можете обрадовать Великого магистра и своих братьев, — улыбнулся я ему, — я, как и обещал, выкупил для себя и Ордена остров Мальта, как запасную базу, и направил туда своего человека, чтобы он занялся постройкой крепости. Так что думаю после нашего возвращения, мы с вами посмотрим, как у него идут там дела.
Рыцарь потрясённо покачал головой.
— С нетерпением буду этого ждать, сеньор Иньиго.
Закончив с ним, я перевёл взгляд на двух незнакомых мне рыцарей, совершенно точно не из каких-то военных Орденов, поскольку на них были короткие кото с их личными гербами, а не крестами, как например на сюрко у госпитальеров.
— А кто эти достойные сеньоры? — поклонился я им, приветствуя.
— Наши друзья из Бургундии, сеньор Иньиго, — ответил мне сеньор Аймоне, — мы познакомились с ними ещё двадцать лет назад, когда они помогали нам отбивать осаду Родоса от осман, а тут как раз сеньор Пьер, когда ездил во Францию, заехал ещё и в Бургундию. Найдя там их скучающими от безделья, он предложил этим очень достойным рыцарям ещё раз поучаствовать в противостоянии с турками.
— Очень достойная цель, сеньоры, — поклонился я им.
— Несомненно, сеньор Иньиго, — ответил мне самый старший из них, на латыни с сильным акцентом.
— Сеньор Иньиго, позвольте вам представить сеньора Жоффруа де Туази и сеньора Валерана де Ваврена. Оба очень опытные моряки и капитаны.
— То, что нам и нужно, — улыбнулся я, обращаясь к ним, — я так понял, вы хотели противостоять туркам сеньоры, а что, если это будут мамлюки?
— Один дьявол, нехристи, сеньор Иньиго, — легко ответил мне второй бургундский рыцарь лет сорока, — так что мне лично без разницы, кого из них нужно будет убивать.
— Тогда я буду рад, если вы все присоединитесь к нашему паломничеству, — я поклонился всем: и французу, и бургундцам, отчётливо понимая, что чем больше рядом со мной будет опытных моряков и командиров, тем мне же будет проще, поскольку сам я в морском деле ничего не понимал.
— И разумеется, — я широко улыбнулся, — ваша доля в этом предприятии будет отдельной, соответствующей вашему статусу.
Настроение у всех добровольцев тут же пошло вверх, довольные улыбки появились на лицах всех рыцарей.