Страница 9 из 55
– К сожалению, доча, моя фантазия ограничивается только зеленой поляной, поросшей травой.
– Ну так совсем неинтересно!
– Что теперь поделаешь. Нет у меня фантазий! – Мария отложила тарелку в сторону, немного подумала и спросила. – Как его зовут?
– У него странное имя. Домов… Дима.
– А что тут странного? Хорошее имя.
– Не знаю. Не нравится.
– И из какого он дома?
– Ой, мамочка, я не знаю. Он мне не сказал. Сегодня вечером у него спрошу, он обещал придти. Если, конечно, его папа отпустит. Он у него строгий. Заставляет его читать!
– Значит, я тоже строгая?
– Ты же меня не заставляешь!
– Ну ладно. – Мария подмигнула дочери. – Ты познакомишь меня со своим новым другом?
– А как же, обязательно. – Виктория посмотрела в мамины большие, красивые глаза и призналась. – Только одно мне не понравилось в нем. От него жутко пахло тухлой рыбы. Ведь это ничего, мам?
– Наверное, нет. Он просто рыбачил с мальчишками – и все! – разумно заключила Мария.
– Он говорит, что этот отвратительный запах у него с рождения. И никакое мыло не помогает!
– Ты моя, наивная деточка. Он просто не хотел тебе признаваться в том, что рыбачил. Поэтому он придумал эту нелепую и глупую байку. Все-все новорожденные младенцы пахнут чудесно. Когда ты родилась, я не могла насладиться твоей сладко-молочной кожей. И все еще не могу. В будущем ты меня поймешь, когда будешь держать в руках собственное дитя.
– В далеком будущем! – добавила Вики и прижалась к груди матери, купаясь в ее материнской ласке и заботе.
Виктория сидела на качели, ждала отца с работы и прихода ее нового друга. Но ни того, ни другого не было на горизонте, отчего она впала в легкое отчаяние. Минуты стали для нее – вечностью. И чтобы хоть как-то скоротать время, Виктория решила почитать книгу на свежем воздухе и снова погрузилась в другую вселенную, где беспризорник Том Соейр влюбился в прекрасную девочку.
Прошло минут десять, когда на их улицу завернула «Тайота», за рулем которой сидел Константин. Он посигналил, три раза. Виктория вздрогнула, оторвалась от книги, посмотрела в сторону приближающей машины, улыбнулась и стала махать ручкой, положив книгу на качели.
Ее самый-самый любимый папочка приехал!
– Привет, доча! – сказал он, выйдя из машины. – Соскучилась по папе?
– Ты просто не представляешь как сильно!
– Насколько сильно?
Вика развела в стороны руки настолько, насколько могла. Потом засмеялась, нежно – со всей детской любовью – поцеловала папу в губы и прижалась своим личиком к его грубой щетинистой щеке.
– Этого мне не хватало целый день.
– Правда?
– Правда.
К ним незаметно подошла Мария.
– И чем вы тут занимаетесь? А?
– Привет, дорогая! – Мария и Константин поцеловались. – Как дела?
– Все хорошо. Ужин приготовила. У тебя как? Ты сегодня поздно?
– Все как обычно. Работа кипит полным ходом!
– Папа, а я сегодня познакомилась с мальчиком! – похвасталась Виктория.
– А не рано ли с мальчиками знакомиться? Я же начну сильно-сильно ревновать!
– Не зачем ревновать! Я всегда буду любить тебя сильнее, чем других мальчиков.
– Приятно слышать. А если честно, то я рад, что у тебя появился новый друг!
Константин посмотрел сначала на нее, а потом на жену и ухмыльнулся.
– Что за взгляд? – спросила Мария.
– Вы ни за что не догадаетесь, что я вам купил!
– Ты нам приготовил подарки? – поинтересовалась Виктория и захлопала от радости в ладоши.
– Дорогой, у нас и так мало денег, а ты тратишься!
– Что за мужчина тогда, если не балует своих дам подарками! – красноречиво сказал он, открыл вместительный багажник, достал оттуда что-то большое, завернутое в подарочную упаковку и протянул это дочери. – Держи! Надеюсь понравиться. Долго выбирал!
– Такой большой… мне и не удержать! – вскрикнула Вика, нетерпеливо разрывая шелестящую бумагу, в которую был упакован большой серо-белый плюшевый мишка. – Спасибо, папочка! Мне он очень нравится! Теперь я буду с ним спать каждую ночь. Он будет моим защитником от тех монстров, которые прячутся в шкафу.
– Не за что, моя хорошая! – Константин закрыл багажник. Посмотрел на жену и сказал. – А теперь твоя очередь, мама!
Константин подошел к Марии, обнял ее за талию и достал из кармана черных штанов маленькую бархатную коробку, увитую золотистыми надписями.
– О, милый, не надо было так тратиться!
Она открыла приятную на ощупь коробку и увидела там золотую цепочку с кулончиком. Внутри кулона была вставлена свадебная фотография с их юными и счастливыми лицами.
– Какая красота… спасибо.
Константин помог Марии надеть кулон. По ее щекам сверкнули слезы.
– Красивый кулон, – оценила Виктория. – Мне нравится.
– Мне тоже он понравился.
Константин взял за руку Марию и Викторию, и они пошли в дом. В их дом.
Домовой сидел на ветке дуба и наблюдал за этой трогательной сценой. Он пообещал себе, что эту прекрасную семью он не будет пугать по ночам, вопреки наказу своего отца.
Вдоволь наевшись, Виктория картинно взялась за живот и сказала, что ей необходимо сходить на улицу и подышать свежим воздухом. Родители обменялись взглядами и отпустили Викторию погулять. Но только при одном условии, что дальше дуба она не уйдет. Виктория, удовлетворенная таким условием, согласилась и вприпрыжку побежала на улицу, мгновенно забыв о тяжести в животе.
Выйдя во двор, она почувствовала долгожданную вечернюю прохладу. Улицу окутал волшебный запах цветущих цветов и русских бань, извергающих из труб облачка черного дыма, восседающего поверх домов. Солнце не спеша опускалось за линию горизонта. На золотистом небе появились красно-бардовые линии. На фоне вечернего неба мельтешили целые рои мошкары и кровожадного комарья. Птицы неустанно продолжали щебетать.
Вдруг Виктория вспомнила, что положила на качели книгу. Теперь книги не было. Осмотрев периметр поляны, она разочаровано вздохнула, села на качели и задумалась, куда же она ее подевала.
Сверху кто-то тихо кашлянул. Она посмотрела наверх и увидела Домового. Он сидел на толстой ветке дуба и как бы читал книгу, перелистывая страницы, якобы, не замечая Викторию.
– Что ты там делаешь?! – спросила она.
– Вика! Ты наконец-то пришла, я уже замучился тебя ждать! – сказал Домовой и слез с дерева, держа в одной руке книгу. – Прости я взял твою книгу, чтобы скоротать времечко.
Домовой протянул книгу Виктории.