Страница 62 из 80
От этой маленькой фигурки веяло силой и уверенностью. Уверенностью, какая бывает только у тех, кто еще не столкнулся с реальной жизнью. Кто не знал, что стрелочки, показывающие направление, могут врать.
Но Витя поплелся за ней, преодолевая коридор, усыпанный осколками стекла и заваленный мусором. Они миновали разбитый пожарный ящик. Его дверца болталась на одной петле, а змеиные кольца шланга размотались, ствол свисал вниз, будто готовый ожить. Рядом валялись красные ведерки-конусы, похожие на праздничные шапочки.
Знакомая картина.
Витя вспомнил, как в школе ходил на курсы МЧС. Недолго, но все же. Успел даже подраться с каким-то парнем.. точнее, разбить ему костяшки кулака своим носом. Они там выполняли всякую бестолковую нелепицу: разматывали пожарные шланги, бегали с ними, сматывали обратно. Залезали по приставной лестнице на импровизированное четырехэтажное здание, обшитое черными полиуретановыми панелями. Тогда все это казалось бессмысленным. Теперь же..
Он невольно сжал пальцы в кулак.
Пакеты с каустической содой оттягивали карманы, в ногах чувствовалась усталость. Глаза до сих пор пощипывало, в висках глухо стучало, локоть и плечо нудно ныли. Надо было еще раз проверить все сообщения от Дэна. Может, он как раз подскажет, что делать дальше.
Витя вытащил телефон и разблокировал экран.
Первое, что бросилось в глаза, – стекло.
Трещина шла поперек экрана, раскалывая поверхность на мелкие сегменты.
Хотя, если подумать, удивительно, что телефон вообще еще работал. Что он пережил все, что случилось сегодня.
Открылся чат с Дэном, и последнее сообщение было таким:
«Ты сам сейчас где вообще? Локацию можешь сбросить?»
Странность вопроса ускользнула от Вити. Он не мог понять, что его смутило, и как-то на автомате тыкнул по «скрепочке», а затем нажал кружок «Геопозиция».
Загрузился прямоугольник карты. Малая тем временем вдавила кнопку вызова лифта, и кругляш загорелся.
— Мы должны найти моего брата, – пробубнила Уля.
— Где? – пробормотал Витя, то и дело оглядываясь на коридор. Ему вдруг почудилось, что поверженный санитар шевельнулся, но нет.
— Напишем, и он приедет.
— Слушай.. – Витя вздохнул и присел на корточки, чтоб их лица оказались на одном уровне. – Все эти санитары.. они сошли с ума или что-то такое. Они творят страшные вещи. И мы должны быть готовы дать им отпор.
— Конечно, я знаю, – удивленно приподняла брови малышка. – Только если их будет много, как мы это сделаем? Поэтому надо спрятаться и ждать брата.
— Да. Верно. Но все-таки мы должны быть готовы. Ничего не бойся и никуда не беги, и..
— Я что, пятилетка тебе? – с вызовом спросила Уля, поправляя маску. – Никуда не побегу, естественно.
— Ладно, ты умница. Я на всякий..
Зашумела в конце коридора приближающаяся кабина лифта. Дверцы распахнулись.
Из кабины вышли врачи, и сперва Витя даже обрадовался. Обращение к ним застряло в горле, он поперхнулся и умолк, притянув к себе Улю за плечи. Во рту тут же появился металлический привкус.
Грязноватые халаты, местами рваные, местами и вовсе в пятнах крови. Глаза у всех с одинаковым выражением – точнее, без оного, как у насекомых. Первый был с широкой полоской усов. В руке он держал ножовку, поблескивающую в тусклом свете.
Другой врач оказался таким седым, что ему не требовалась белая шапочка. Еще несколько были в масках, и Витя вспомнил времена пандемии – вроде бы недавние, они уже казались историей.
Ну и позади всех стоял старый знакомый – Стетоскоп. Его экшен-камера по-прежнему сидела на лбу.
— Ну что, дружок, – усмехнулся он в респиратор. – Отбегал ты свое. Сам ведь не захотел по-хорошему..
Витя вдруг почувствовал, что если он промедлит сейчас, то навсегда останется в подвале этой больницы.
— Назад! – дернул он свободной рукой Улю. Санитары (или кто там они были такие) двинулись на него синхронно. Может быть, и раньше двинулись, но время растянулось, и Витя даже успел подумать, что, может, все это было зря и везение у него все-таки закончилось на сегодня, потому что пожарную систему никто не проверял с тех самых времен, когда тот убитый главврач был молодым, а его жена, тогда еще с глазами, была студенточкой.
Он метнулся к пожарному шлангу и как будто снова превратился в тощего подростка. И нужно было делать все очень быстро и споро, но у него тогда шланг валился из рук, запутывался, извивался. Сейчас же он делал все если не как пожарный, то как курсант-отличник, робот даже.
Ему потребовалось несколько секунд, чтоб развернуть шланг и открутить кран.
Первым струя сбила с ног Седовласого. Его аж подбросило в воздух, а потом швырнуло под ноги бегущим «халатам». Витя вцепился в шланг, и тот шипел, со свистом прокачивая воду. И вот струя ударила в лицо Усача, который замахивался, чтоб метнуть скальпель. Тот просвистел над головой Вити.
— Обливалки решил устроить?! – проорал Стетоскоп, гогоча. – Ты жалок!
Витя меж тем лихорадочно соображал, как быть. Уля стояла тут же. Он полез было одной рукой в карман, но шланг сразу же чуть не вырвался. Получи сейчас по носу – и уйдешь в нокаут.
Он решился и сказал:
— Уля! Попробуй удержать его. Только очень крепко держи! Двумя руками. Когда я скажу, дергай эту штучку вниз.
— Поняла.
Он смотрел на ее пальчики и понимал, что, может быть, совершает ошибку.
Другой вариант был еще хуже.
Струя продолжала хлестать, и на полу уже был пятисантиметровый слой воды.
— Я сильная! – сообщила из-под маски Уля и обхватила шланг. Витя передал его ей, отпустил, краем глаза наблюдая за барахтающимися в намокшей одежде врачами и санитарами. Стетоскопа происходящее, казалось, лишь забавляло.
«Что ж, если его камера работает, сейчас будет контент», – подумал Витя, нашаривая перчатки и пакетики с каустической содой.
— Стоп! – скомандовал он Уле.
Струя воды по-прежнему не ослабевала. Она с силой била по стенам, разлетаясь ледяными каплями, заполняя коридор влажным эхом.
Стетоскоп ухмылялся, несмотря на то что промок насквозь. Вода доставала и до него, стекая по халату липкими струйками.
Усач, оскалившись, прыгнул вперед, шлепая по воде, как жаба. Его лицо исказилось от злорадного возбуждения, мышцы на шее натянулись, будто он вот-вот набросится.
Витя не стал ждать. Одним движением перекрыл шланг, рванул из кармана порванный пакет с содой и швырнул его навстречу наступавшим «халатам».
Порошок осел белесыми хлопьями.