Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 27 из 80

Джабба завыл и завалился вперед, стол издал хруст под такой массой. Жирдяй не мог отбросить топор в сторону – вилка прошила кисть насквозь и пригвоздила ее к топорищу.

Ножка стола с треском отвалилась. Тело Макса опередило разум – он подхватил ножку и принялся с размаху бить по складчатому затылку, крича:

— Получай, получай, тварь!

Не остановился он, даже когда брызги крови полетели ему в лицо.

Он бил, словно выпуская наружу злость и отчаяние, накопившиеся за последнее время.

В конце концов Макс сел на пол, привалившись спиной к дверце шкафчика. Закрыл глаза, тяжело дыша. Затылок Джаббы выглядел как клюквенный кисель. Макс подумал, что теперь-то у него есть время перевести дух. И что он, возможно, убил толстяка.

Что-то прошелестело сверху..

«Голова? Ожила голова матери?»

..Упало на плечо Максу, и он выдал очередной невнятный звук. До сегодняшнего дня он и представить не мог, что такие есть в его арсенале.

Полотенце. Это оказалось лишь полотенцем. Он отбросил его в сторону. Поднялся на ноги, опираясь на ножку стола. Зря он все-таки пошел в этот чертов дом, ох как зря.

Он перешагнул через Джаббу, готовый в любой момент опять начать его молотить, но тот особых признаков жизни не подавал.

Забрать рюкзак и валить отсюда. Забрать – и валить.

Макс вышел на порог, и солнце ослепило его. А в следующий момент он услышал:

— Лежать сука, лежать! Палку бросил, падла! Ты че, не понял?! Палку бросай!

— Да вы не так поняли, я..

— Заткнись, тварь! Мордой в землю, быстро!

Макс вдруг осознал, как он выглядит. С кровью на лице, которую он позабыл стереть. Может быть, с кровью на одежде. С окровавленной ножкой стула.

Он откинул «оружие» и неуверенно поднял руки перед собой. Сейчас неясные фигуры обрели плотность и превратились в оперативников. Один был постарше, с глубоко посаженными черными глазами. Второй – юнец с розовыми щеками, пухлый, как пирожок.

Они подлетели к нему, стали ощупывать и охлопывать, заломив руки так, что он согнулся буквой С, глядя в траву под собой. Холодные браслеты сомкнулись на запястьях.

— Д-да.. вы чего.. – Макс стал вдруг заикаться. – Это ж не я.. Он убил мать и собаку. А потом напал на меня. Джабба этот!

— Джабба? Это ты потом следователю расскажешь.

— Мы.. я сейчас не могу, мне надо на собеседование, по работе.

— Сейчас довезем куда надо, и будешь там собеседоваться. Пакуй его, Чалышев.

Скованные наручниками руки Макса дернули вверх, еще сильнее выворачивая из суставов. И потащили к машине. Краем глаза он увидел ошарашенных медиков, где-то сбоку мелькнул Маркиз.

После Макса закинули в «стакан». Дверь отрезала свет с гулким хлопком. Он в отчаянии стал бить ладонью по стенке.