Страница 21 из 80
— Ну ты и мразь.. – Паша сжал кулаки и двинулся вперед. Пиявка легко придержал его.
— Не нужно нервов. Сейчас решим все.
— Ой, тут еще много чего.. Бомжа подожгли, жестко, – присвистнул Артур, откладывая нож на верстак и обхватывая телефон обеими руками. Паша видел, что глаза у товарища (бывшего теперь?) разгорелись, а лицо стало еще более чужим. Как резиновая маска, которую можно на «алике» заказать. Наденешь такую и вроде издали сойдешь за человека, а вблизи – фальшивка дешевая.
И вообще, Артур что, предал его во второй раз? Или в какой там уже.. Он ведь согласился на предложение гопников.
По спине Паши пробежал холодок. Что дальше-то? Больше он Пиявке с Шулей не нужен, и что же теперь? И что там за видео с криками и каким-то пацаном? И бомжом?
И что будет теперь с ним?..
— Не, ну так-то можно коллаб замутить.. – Артур не успел договорить. Пиявка взмахнул трубой, и удар пришелся прямо по темени. Ноги у него тут же подкосились, как ватные, Артур стал заваливаться набок. Пиявка размахнулся и ударил сбоку – челюсть уехала в сторону, а глаза скосились к переносице. Как в замедленной съемке, Паша увидел летящий осколок зуба: Артур только недавно был у стоматолога, и ему поставили пломбу.
Телефон хлопнулся на пол. Шуля воскликнул:
— Твою мать.. Хотя и так стекло менять надо было.
— Ты снимай давай! – скомандовал Пиявка.
Паша стоял, сам не замечая, что зажимает рот обеими руками. Чтоб не заорать. Чтоб не блевануть, потому что, хотя ел он давно, что-то ядовито-кислое стало подниматься из недр желудка в глотку.
Еще один удар проломил лоб Артура, как скорлупу ореха. Кровь брызнула Пиявке в лицо. Паша как будто и сам почувствовал ее жар и вкус.
Артур перевернул шезлонг и завалил штатив. Камера упала на пол с верстака.
Конец трубы смял переносицу. Пиявка махнул еще раз и еще, перемалывая потрескивавшие кости в кашу. Кровь брызгала в разные стороны.
— Ого, это шо, мозг, че ли? – восхитился Шуля. – Зы-ы-ырьте!
Из трещины в черепе поползла желтовато-коричневая губчатая каша, смешанная с кусками вишневого «киселя». Скрюченные пальцы Артура скребли ногтями земляной пол. Артур хрипел, ноги его конвульсивно дергались, на шортах спереди расплывалось пятно.
Из глазницы, словно объектив камеры, выдавился глаз – в красных прожилках, с лохмотьями зрительного нерва.
«Почти как в мультиках», – подумал Паша, едва сдерживая истерический смех.
А Пиявка глянул на него, подмигнул, размазал кистью по лицу кровь и пот и продолжил бить. Причем с такой силой, что прицепленная на пояс связка ключей не выдержала и упала на пол.
Шлеп, шлеп, шлеп. И еще. И еще раз. Голова превратилась в мясную лепешку, а он продолжал орудовать трубой. Как мама, бывало, расплющивала кусок мяса для отбивной.
— Ну что ж, сам же сказал, что нам не друг, – вздохнул Пиявка, поднимая связку ключей. – А если не друг – тогда враг, выходит. А с ними только так. – Он приобнял Пашу, который от ужаса едва дышал.
— Ты че, расстроился, что ли? – Шуля хлопнул его по плечу. – Он же твоего пса вальнул. Еще и видос выложил, сучара. С такими ублюдками только так.
Паша молча кивнул. Артур ведь сейчас готов был сотрудничать с этими психами. Паша отчетливо представил, что это он сейчас лежит на полу, с проломленной головой. И что его вот так найдет мама..
Пиявка отбросил в сторону трубу, положил связку ключей на верстак и обтер лицо какой-то тряпкой.
— Ну.. так я пойду? – выдавил Паша.
— Куда это? – поднял брови Пиявка. – Никуда ты не пойдешь.
— В-в смысле?
— Так ты нам нужен еще.
Паша сглотнул кисловатую слюну. Какой же он идиот, что доверился им. Да ведь они его застали врасплох! Он просто не в себе был. Как бы подло ни поступил Артур, выходит, что Паша еще хуже сделал.
— З-зачем?
— Мы этим монтажом-шмонтажом и прочим не владеем, – сказал Шуля, взяв с полки гвоздомет. – Надо загрузить все как надо на ваш канал.
— На наш канал, – поправил Пиявка и, взяв со стола охотничий нож, улыбнулся одними только губами. – Поможешь?