Страница 8 из 82
Глава 3
Ну наконец-то!
Я заволновался, но показываться не спешил, хоть и не почуял вражды в голосе. Нулевой Мир сейчас таков, что слова, даже заверенные Небом, могут ничего не значить.
— Мы не обидим, незнакомец, — зверица улыбнулась, убрав руку с роскошной груди.
— Быть может, даже приголубим, — подхватили первушки и рассмеялись.
— Лида, Заряна, где ваша скромность?
— Простите, госпожа, наша скромность в той кучке, — одна из первушек с хохотом показала на стопку одежды.
Зверица была блондинкой, светлые мокрые волосы лежали на её голых плечах в соблазняющем беспорядке. Первушки же обе, как на подбор, были брюнетками… Жгучими брюнетками, судя по задорным взглядам. У одной в зрачках огонь сладострастия, у другой ветер легкомыслия.
Я прикусил нижнюю губу. Куда я попал⁈
— Ну, раз так, то и скрываться смысла нет! — раздался чей-то насмешливый голос. Грубый, мужской.
Девушки испуганно обернулись. Послышался всплеск воды, и из камышей, со стороны отмели, по которой можно было дойти до берега, появились двое. Здоровенные звери, один в кольчуге, с мечом за спиной, а другой одет полегче, в дублёную кожу, но тоже в боевом облачении, с копьём наперевес. Там, где они шли, им было едва ли по щиколотку.
Девушки сразу же с визгами вскочили, прыгнули к одеждам и сгрудились на бережке ближе ко мне, прикрывая свою наготу. Я уставился на их спины и ноги, покрытые слоем золотистого песка… Ну, тоже хороший вид, на самом деле.
Незваные звери вышли на сушу, остановились, и копейщик, воткнув оружие в песок, сразу схватился за пояс, стал расстёгивать.
Чтобы не упустить момент, пока все на взводе, я глянул меру зверей. Оба второй ступени… Крепкий середнячок всего Нулевого мира.
Моего любопытства никто не почуял, оба воина были слишком возбуждены.
— Кто вы⁈ — грозно крикнула зверица, выступив вперёд и прикрывая собой испуганных служанок, — Как вы смеете?
— А мы чего? Мы ничего! — мечник положил клинок рядом, потом щёлкнул застёжками, и кольчуга тут же со звоном упала, будто ссыпалась на песок, — Мы ж без злого умысла.
— Мы с миром, — подхватил второй, — Я бы даже сказал, с лаской! С любовью!
Оба захохотали.
— Я младшая послушница Небесного Зиккурата! Воины, уйдите отсюда, это земли Настоятеля! Непосвящённым нельзя здесь находиться! Небо прогневать хотите⁈
Звери переглянулись, на их лицах блуждала похотливая улыбка.
— Значит, как охранять вас, ангельских потаскушек, так мы нужны, да? А как нам самим насладиться хотя б кусочком зиккуратовой красоты, так «здесь нельзя находиться»⁈ А не пошла бы ты, шлюха жреческая!
— Да как ты смеешь! И вправду Небо прогневать хочешь⁈ — зверица наивно пыталась урезонить незваных гостей, но они её будто бы не слышали.
— Знаешь, мы давно приметили, что вы сюда ходите…
— Несправедливо это, видит Небо, несправедливо! — мечник коснулся лба двумя пальцами. Потом развёл руками, покрутил головой, — Видишь, Небо не гневается? Никаких кар небесных, ни молний, ни грома. А мы живы и даже полны сил.
— А что это значит, Голрик? — спросил второй зверь.
— Что?
— А значит, нашему Небу любо, что здесь происходит. Значит, оно не против.
— Ещё бы ему не было любо, — копейщик расхохотался, — Такая красота, да в храме чахнет⁈
Они, быстро стянув остатки облачения и оставшись нагишом, стали приближаться. Невооружённым глазом было заметно, что они сильно возбуждены, и отступать, пока не получат своё, уже не намерены.
Девушки испуганно сошли уже в воду и растерянно толпились, оглядываясь на камыши. Я быстро понял, что девчонки эти совсем не воительницы.
— Ух, Стропила, как меня заводят их визги!
— Дай мне эту сисястую первым, а? Я сейчас лопну, как хочу её. Охренеть, какие дойки!
— Да бери, Стропила, я больше по худеньким. Но тогда я вон тех обеих!
— Лады, зверь.
— Как вы смеете⁈ — снова завизжала зверица.
Она, отбросив одежду, выскочила на островок и схватила лежащий неподалёку лук. Вытянула из валяющегося рядом колчана стрелу, та зацепилась за что-то, и стрелы рассыпались по песку. Вылетела из рук и та стрела, которую она схватила, и упала в паре шагов. Зверица в панике плюхнулась на колени и поползла к стреле, пытаясь дотянуться.
Видимо, от страха у неё мозги совсем перестали работать — вокруг куча рассыпанных стрел, а ей надо именно эту… Ту, на которую уже наступила босая нога довольного и улыбающегося зверя.
Первая ступень зверя на самом деле совсем слабая, дар там просыпается редко, и разница со второй ступенью разительна. Добавь к этому ещё мужскую силу, какой-нибудь дар, и боевое мастерство — и вот получается, что звери второй ступени намного сильнее первой.
Так что неудивительно, что зверица испуганно застыла, вскинув голову и тщетно пытаясь выдернуть стрелу из-под ноги грубияна. А он навис над ней, схватив за волосы, и стал выпячивать своё возбуждённое естество, чтобы та получше рассмотрела:
— Смотри, как я хочу тебя! А знаешь, мы начнём с тобой совсем с других игр… Только попробуй покажи мне зубы, и твоих служанок ждёт страшная смерть. Да и твоё милое личико пострадает…
— Настоятель будет в гневе, когда узнает!
Зверь расхохотался и повернулся:
— Стропила, ты слышал? Она думает, что Настоятель узнает!
— Ну и дура! — копейщик, которого звали Стропилой, тоже рассмеялся. Служанки, которые забрели уже по пояс в воду, и от которых меня отделяла уже лишь пара шагов, кричали и плакали, и звали госпожу к себе.
— Госпожа Фрида! Госпожа Фрида!
Да уж… Можно подумать, тут безопаснее.
Зверица, видимо, осознала, что в живых их оставлять тут никто не собирается, поэтому схватила другую ближайшую стрелу и попыталась воткнуть в ногу зверю. Лук она так и не выпустила из второй руки, будто надеялась, что ей дадут им воспользоваться.
Зверь, конечно, даже не дал себя коснуться. Перехватил руку со стрелой за запястье, вздёрнул зверицу вверх, схватил за ягодицы, чтобы приподнять повыше. И впился губами в грудь, которая его так давно манила.
Блондинка оказалась не промах — едва зверь оторвался от сладкого, чтобы счастливо рассмеяться, как ему в подбородок воткнулось колено.