Страница 42 из 73
Плюс грядущая революция в соседнем королевстве, что способна помочь Домену укрепить свои позиции на востоке и включить все Коршуновы горы, богатые рудами и прочими кристаллами в свою зону влияния, да и закрепить их как свои официальные территории. Если где-то и есть в этих горах чужие микрокоролевства гномов, фей и кого ещё угодно, пусть остаются в виде анклавов и вливаются в наш торгово-политический альянс. Даже гоблины, если им на это мозгов хватит. И пусть я ничего в целом не решаю, но я успел достаточно много узнать о Совете Домена и людях, что в него входят. Эти, я уверен, так и поступят.
На третьи сутки гремлинские земли закончились и внизу потянулась нейтральная полоса земли. Это стало понятно по смене архитектуры и облику крыш поселений. Гоблинские становища лепились к холмам безо всякого порядка. Единственное, что меня смущало, — орки.
Они тоже здесь есть и хозяйничают, устанавливая свою власть… Это плохо, это мешает планам Домена. С другой стороны, они к нам в последнее время относятся нейтрально-дружелюбно, так что будет меньше стычек.
Ладно, это не мои проблемы. Пусть Совет решает и дипломатические делегации отправляет. Главное, чтобы не меня… Ну его. Устал я от орков…
Короткий привал к концу четвёртых суток мы устроили уже в предгорьях. Аттид разломил хлеб пополам и протянул половину пленнице. Та помедлила, но взяла. Сам змей жевал и поглядывал на меня, явно желая что-то сказать.
— Расскажи про твой дом. Хочу понимать, к кому лечу, — внезапно произнёс он, видимо, переживая за своё будущее.
— К людям… К эльфам, гномам. В моём отряде нет ограничений по расе. Гремлин тоже есть… — произнёс я и заметил, как дёрнулась голова Вирзы. — По сравнению со мной, они нормальные и адекватные. По сравнению с обычными авантюристами Домена… Ну, не очень. Ты хорошо впишешься, если подумать. У нас каждый по-своему уникален, и таких, как ты, пока ещё нет.
— Ха… Таких, как я, во всём мире… не то чтобы много. Я удивлюсь, если увижу ещё одного такого же.
— В этом мире никогда нельзя ни в чём быть на сто процентов уверенным, это я уже уяснил, — ответил я, разделяя трапезу, и большую часть вечера рассказывал о том, как и чем живут люди из моего отряда, какие у них интересы и за что можно получить от Герды кулаком по хребтине и почему её удар лучше не испытывать на себе даже полукровке божественному.
Коршуновы горы мы преодолевали весь следующий день, и это было то ещё испытание… Высокий шквалистый ветер, снег. Местность безжизненная, укрытий мало. Выдыхались мы быстро. Не зря я Выносливость прокачал, ох не зря…
Вирзу только я нёс: Аттид спустя два часа борьбы с горным ветром едва крыльями махал. А впереди был ещё огромный кусок дороги…
Паузу взяли, только когда перевалили через самые высокие горы и заметили внизу хижины у перевала. Одна правее, другая левее. В той, что справа, — дым и люди вокруг. Я убедился, что это стража, и не стал их тревожить, решив занять пустующий домик.
— Твои? — кивнул Аттид на удаляющийся дом.
— Наши. Граница рядом, дальше уже свои земли.
— Ага… А что там про гнома ты говорил, напомни. А то про Вулкара ты сказал, и я вот вспомнил, кто это такой. Как бы лишнего не ляпнуть.
— Что, ссышь?
— Мальца страшно… Я до таких высот, что он занял, и не мечтал никогда добраться…
— Главное — про рост не упоминай и от настоек гномьих не отказывайся. В остальном всё будет хорошо. Он у нас добряк и душка, — сказал я.
Ночевать не стали. Просто передохнули, перекусили и, заметив, что ветер стих, отправились в путь, чтобы поскорее спуститься с гор. А дальше — полёт по ставшему родным Домену, мимо трактов, лесов, городов, полей… Красота…
Когда впереди, наконец, поднялись знакомые стены замка «Мемории» и наше поместье в его тени, я почувствовал, как улыбка против воли растянулась на лице. Интересно, что скажут соратники из-за моего отсутствия? Надеюсь, их тут никто без меня не обижал. Месяц с хвостиком меня не было… Я даже весточку не мог отправить…
— Приземляемся! — скомандовал я и заложил вираж.
Первой нас встретила Малышка. Она вылетела из-за хозяйственных построек с лаем на всю округу. Следом высыпал выводок щенков и остальные варги.
Посадка вышла торжественной: я приземлился в самую гущу хвостов и мокрых носов. Вирза сошла с моих рук на землю и наблюдала, как грозного похитителя, раскидавшего её гвардию, вот-вот до смерти залижут в десяток языков.
— Это и есть твоя стая? На варгов похожа… — уронила она на первичном.
— Сейчас натравлю их на тебя. Посмотрим, как быстро ты научилась бегать, — пригрозил я и поднялся с букетом щенков в руках.
На радостный лай не могли не стянуться и другие обитатели поместья. Гоблины загалдели со всех сторон, побросав инструменты. Из летней кухни выглянула Лиза и выронила полотенце, а от кузни уже шагал Брячедум, вытирая ручищи о фартук. Ми и Ля спикировали откуда-то с крыши, повисли у меня перед носом и начали злобно шикать на меня за то, что я так надолго уходил, а потом наперегонки рванули обыскивать карманы в поисках сокровищ. Явно соскучились… И я, если честно, тоже.
Маша пробилась ко мне сквозь этот бедлам, лавируя между щенками. Обняла так, что хрустнули укреплённые Эфиром рёбра, отстранилась, оглядела с ног до головы и стукнула кулаком в грудь от всей души.
— Прибить тебя мало!
— Да я и так со всех ног летел!
Алиса выбралась на белый свет и тут же заявила:
— Целым он вернулся исключительно благодаря мне. Можете не благодарить. Но пирог с утиной печенью я рассчитываю получить уже к этому ужину в качестве благодарности.
На меня обрушился град дружеских хлопков и объятий, но через пару секунд мне показалось, что они слишком стараются.
Нет, не показалось… Меня действительно колотили Герда, Вася, и даже Мэд к ним присоединился.
— Ну всё-всё, хватит с него… — успокоил соскучившихся кабанов и кабанесс мой отец.
— Да он стоит, лыбится. Ему даже не больно, блин! — разозлилась Герда. — Дайте-ка я всерьёз ему разочек съезжу…
— Как по камню бью… — удивлённо произнёс Вася.
Отец отогнал их и медленно пожал мне руку, после чего глянул на двух гостей.
— С возвращением, сын.
— Привет, бать. Я тут не один… У нас пополнение своего рода и… гостья.
— С антимагическим ошейником… Ага. Ну, понятно… Сейчас все спустятся, и расскажешь тогда.