Страница 38 из 73
Этот манопримник не сравнится с теми изысканными и простыми, что Зиркс создавал. Тут объёмы от ста тысяч единиц… И кристаллы слишком нежные для сохранения такой мощности, вот находчивые гремлины и придумали, как их постепенно заполнять маной и давать ей циркулировать, распределяя давление. Из минусов: если долбанёт, то долбанёт знатно.
Я перекрыл парочку вентилей, подлил, куда не требовалось, масла, оторвал один медный контакт, убрал заземление и налил воды на распределительную коробку. Тут не совсем электричество… Магический артефакт, что вырабатывает постоянное напряжение. Но в целом принцип работы очень похож, так что подобные штуковины очень не любят влагу.
— По идее, сейчас как бомб… — договорить я не успел.
Рефлекторно присел и слился с тенью, успевая избежать взрывной волны, что вырвалась наружу. Защитный контур сгорел от перенапряжения, сам кристалл начал втягивать ману без ограничений, так ещё и повреждения от микроподрыва получил. Вспышка света выкинула меня из тени, и я отдышался, довольный увиденным.
По кристаллу уже ползли трещины, и совсем скоро он продолжит самоуничтожение, что вызовет новые взрывы и пожар.
— Пора валить… — решил я и, оттащив двух бессознательных стражей за колонну, рванул в сторону катакомб.
Уже добравшись до них, я услышал первый внушительный взрыв, от которого дрожь пробежала по стенам подвала. Причём это не кристалл взорвался, а система предохранителей окончательно вышла из строя в главном узле. И вся крепость теперь знает, что творится какая-то дичь. И если они долго будут искать источник, кристалл может реально взорваться, и тогда пожар им будет обеспечен. Да и не только пламя станет угрозой безопасности. Сейчас же у них есть выбор: либо свалить отсюда, либо полностью отключить системы защиты дворца и устранять неполадки.
«Ты представляешь, защита от пожара и система управления пламенем тоже вышли из строя, и там такой столб пламени с плиты повалил, что до потолка достал!»
— внезапно обрадовала Алиса.
«И что, пожар начался?»
— удивился я пригодившейся слежкой за кухней от Лисоньки.
«Ага! Такой, что прям… Ух! Все бегут. Быстро всё из „Длани“ выбрось: мне нужно спасти королевский завтрак и не только… Сам понимаешь, гуси в наше время на вес золота!»
Не стал спорить и с улыбкой выполнил её просьбу, после чего скрылся в подземелье. И даже самому ничего поджигать или надеяться на раскалявшийся накопитель маны не потребовалось.
За эвакуацией я наблюдал с крыши склада, как за спектаклем с лучшего балкона. Из дворца, как из реки, выбирались его обитатели. Мокрые, орущие… Из ворот и боковых калиток полезли колонны слуг с сундуками. Гвардия носилась с оружием, картинами и статуями. Големы-стражи стали в оцепление, не давая зевакам узнать, что случилось.
Отдельным номером программы шёл казначей. ОН бежал в первых рядах в обнимку с окованным ларцом, в котором хранились богатства королевства. Готов поставить хвост Алисы — это пространственный артефакт.
«Свой хвост поставь, умник…»
— обиделась она.
«У меня нет хвоста»,
— заметил я очевидное.
«Есть, просто ты его не так называешь. Вот ставь его на кон»,
— ответила она и ушла в тень наводить мосты с вытащенным из пламени пожара гусиком.
Короля провезли в закрытом экипаже под тройным конвоем в сторону арсенальной цитадели. А следом из малых ворот выкатилась карета без единого герба, но с внушительной охраной и взяла курс на северный тракт.
Гнаться за ней я не собирался. Маршрут известен, конечная точка тоже, а короткую дорогу к месту встречи мне ещё ночью расписал Мадрок. Так что я спокойно двинулся по крышам к северным воротам, срезал пару кварталов дворами и вышел к столичным свалкам, неподалёку от которых был тракт. Прибыл я с приличным запасом времени. Ещё и свалки — конечная точка городских катакомб.
Обстановка вокруг была впечатляющей… Горы ржавых корпусов вперемешку с битым стеклом, трухлявым деревом, органическими отходами и прочим разным. По всему этому богатству ползали сборщики с крючьями, выковыривая детали на перепродажу.
Целое кладбище механизмов… Ничего у этого народа не пропадает. Подозреваю, лет через сто они и сами горы переплавят и продадут нам же.
Здесь же нашёлся и гардероб для предстоящего выступления. Из кучи тряпья я вытянул горелый балахон до пят с глубоким капюшоном. Дырявый ровно настолько, чтобы в нём не стыдно было грабить королевские кареты. Сборщики на меня даже не обернулись, когда я его надел. Подумаешь, ещё один оборванец копается в хламе.
Сначала я отыскал под третьим терриконом старый водосброс, отмеченный на карте старика. Решётка, за ней темнота и ход вглубь. Место для эвакуации тоже готово.
Убедился, что решётка поддаётся, и только после этого пошёл выбирать сцену для тёплой встречи. Седловина между двумя терриконами подходила идеально: тракт здесь сужается, а сборщики сюда не суются, потому что десятилетиями в это место свозили отходы красилен, и земля до сих пор отливает всеми оттенками химического заката. Я устроился в тени под ржавым остовом какой-то громадины и стал ждать.
Охрану её величества я оценил по достоинству, когда процессия втянулась в седловину. Три десятка верховых на глазастых пони-переростках, боевые големы головным и замыкающим идут, а у самой кареты держалась четвёрка гвардейцев со взведёнными арбалетами. Для тайной перевозки больной старушки более чем серьёзно.
Простите, ничего личного. Просто у нас с вами разные планы на пассажирку.
Тьму я обрушил на седловину разом — всю, что смог выжать, — и добавил к ней грохот разламывающейся земли и падающих в яму механизмов. От такого шума заложило уши даже у меня. Пони с воплями встали на дыбы, строй смялся, кто-то заорал про засаду, кто-то — про нечистую силу, и оба по-своему были правы. Големы, к их чести, среагировали быстрее живых и двинулись на звук, только махины такого веса хороши против армий, а ловить в дыму одинокого наглеца им не по конструкции.
Сквозь клубящуюся черноту я шёл на карету по прямой. Двое гвардейцев у дверцы успели развернуться на шум, за что и получили первыми. Бережно, по разу на брата. Подозреваю, именно они, такие шустрые, и были из числа адептов Лиги.
Ну и чёрт с вами. Если выживете, поздравляю. Будете теми немногими, кто вправе гордиться подобным раскладом после встречи со мной. Правда, вы никогда не узнаете, кто всё это устроил…