Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 34 из 64

9

В Хогсмид мы аппарировали в том же порядке. На контрасте деревня казалась тихой, хоть из пабов и доносился шум праздничного веселья. Но по сравнению со стадионом и фанатским лагерем ту была тишь и благодать.

В Трех метлах мы были не единственными зрителями, вернувшимися с чемпионата. Тут и там на посетителях мелькали фанатские шарфы и шляпы, а практически все разговоры в пабе касались противостояния Ирландии и Болгарии. Мы хоть и не без труда, но нашли свободный столик. Вернее сдвинули два вместе, чтобы вся наша компания поместилась.

Импровизированный праздник удался. Гарри, хоть уже и не собирался играть в команде Гриффиндора, горел желанием повторить финт Вронского, который увидел в исполнении Крама. Парвати, пользуясь моим советом, пыталась произвести впечатление на Поттера, но по-моему, увлеченный герой даже не замечал ее маневров. Падма же с молчаливого одобрения отца старалась завести разговор с Блэком. Вот только Сириус недалеко ушел от своего крестника, и тоже не обращал внимания на настырную когтевранку, методично надираясь огневиски. Компанию ему составлял мистер Браун, воспользовавшийся тем, что жена отвлеклась на разговор с миссис Патил.

Я же наблюдала за происходящим, потихоньку попивая сливочное пиво и периодически отбиваясь от Лаванды. Блондинке было очень интересно, как я умудрилась победить в нашем пари, если абсолютно не интересуюсь квиддичем.

— Поттер же разбирается, — пояснила я свою логику.

— А Гарри здесь причем? — Сделала стойку Парвати, которая уже считала героя своим практически мужем и старалась отсечь от него потенциальных конкурентов.

— Он же сказал, что Крам снитч поймает. Я ему и поверила, как профессионалу. Да, и ты его поддержала в этом вопросе, — ответила я индианке, краем глаза поглядывая на приосанившегося Поттера. — А что касается победы ирландцев, так они на момент заключения пари уже вели со счетом 70:10. С таким темпом у болгар не было шансов, даже учитывая их «лучшего в мире ловца».

По домам мы разошлись уже за полночь. Поэтому утром спали практически до обеда. А потом прилетели совы с припозднившимся номером «Пророка». На половину главной страницы горел кричащий заголовок:

«Международный скандал на чемпионате по квиддичу!»

. А ниже фото, где в ночном небе сияет зеленый знак Волдеморта — змея выползающая из черепа.

Весь текст на страницу не поместился, поэтому ниже шли только сноски:

«422 чемпионат мира по квиддичу завершен — Крам поймал снитч!»

— стр. 2.

«Нападение неизвестных в масках Пожирателей смерти на лагерь болельщиков»

— стр.3.

«Темная метка в небе — Тот-Кого-Нельзя-Называть вернулся»? —

стр.4.

«Заклинание «Морсмордре» было сотворено палочкой министра Болгарии!»

— стр. 6.

««Я потеряла все!» — погромы и грабежи на чемпионате по квиддичу»

— стр.8.

— Какой кошмар! — выразила общие эмоции Роза Браун.

— А я еще весь вечер жалела, что мы не остались в лагере болельщиков, — ошарашено произнесла Лаванда, отложив газету.

Новости действительно были ужасными. При нападении Пожирателей смерти пострадал не только магл-смотритель со своей семьей, но и несколько волшебников, пытавшихся помешать нападающим. Помимо этого во время паники произошло несколько потасовок, а воришки, воспользовавшись общей неразберихой обнесли множество палаток.

От испуга маги неслись не разбирая дороги, и в толпе троих чуть не затоптали насмерть. Была масса потерянных детей и взрослых. А завершилось все огромным пожаром в котором чудом никто не пострадал, но выгорела половина лагеря.

Темная метка в небе добавила переполоха. Срочно прибывшие на место авроры никого не нашли кроме эльфийки Крауча с палочкой мистера Обланска. Когда же выяснилось, что «Морсмордре» была запущена палочкой болгарского министра, на месте разразился скандал.

— Я в Мунго, уточню, нужна ли им помощь, — проинформировал всех мистер Браун и, спешно собрав саквояж, шагнул в камин.

— Папа поставляет травы для больницы, — пояснила Лаванда.

Настроение у всех было подавленное. Гулять по деревне или развлекаться никому не хотелось. Я засела в библиотеке Браунов, где мне удачно попалась книга «История турнира Трех волшебников». Читать было интересно, но я проглядывала страницы по диагонали, в поисках информации о том, можно ли отказаться от участия в соревновании, если кубок Огня назвал твое имя.

Вечером совы принесли внеочередной номер «Пророка». Подозреваю, что Скиттер вторые сутки не спит, выдавая одну статью за другой.

«Болгария выражает протест по поводу подозрений в адрес министра Обланска»

— стр.3.

«Паника отменяется! Темную метку в небо запустил сумасшедший эльф»

— стр. 4.

«Аврорат за сутки провел 72 допроса и 17 задержаний»

— стр. 5.

«Иностранные болельщики требуют компенсаций на сумму 3000 000 галеонов. Кто будет платить?»

— стр. 8.

Мистер Браун вернулся поздно вечером, когда мы с Лавандой уже отправились по спальням. А когда мы проснулись его уже не было.

— Пара авроров попала под очень неприятное проклятие, — пояснила Роза отсутствие мужа, — для их лечения требуются редкие ингредиенты, а сейчас не сезон.

После завтрака два солидных филина принесли огромный букет белых роз. Эти светящиеся бутоны я уже знала. Но записку от Люциуса прочитать не успела. Как оказалось, с этим сортом знакома не только я.

— И почему это вам шлет букеты лорд Малфой? — Спросил неожиданно вернувшийся отец Лаванды. — В моем доме незамужние девушки не принимают цветы от взрослых женатых мужчин.

— Как скажете, мистер Браун. Я прямо сейчас покину ваш дом, — немного резко ответила я и развернувшись, отправилась в выделенную мне спальню за рюкзаком.

Так рано я уезжать от Лаванды не планировала, но тон и намек ее отца меня возмутил. Оставаться в гостях больше не хотелось. Тем более, что в спальне я наконец-то прочитала послание Люциуса:

«Спасибо. Ваше предупреждение помогло. Дважды. Нужно поговорить. Не могли бы вы посетить Малфой-мэнор до вашего отъезда в Хогвартс?»

Как я и думала в этом букете не было того смысла, который в нем увидел мистер Браун. Но оправдываться и что-то пояснять я не собиралась. Поэтому закинув в рюкзак немногочисленные пожитки я спустилась вниз с клеткой в руке и букетом наперевес.

— Гермиона, постой. Папа не хотел тебя обидеть, — жалобно пролепетала Лаванда, пытаясь остановить меня.