Страница 15 из 26
Глава 12
Этим утром я встала с трудом. Всю ночь гадала, как там Азмагулов со своей знойной красоткой, прислушивалась к разным звукам за стенами, представляла их вдвоем. Едва не сошла с ума, удалось забыться только под утро. И не удивительно, что во время сборов меня начало подташнивать. Это от недосыпа, уговариваю себя, но рука все-таки тянется к тесту. Я привыкла носить с собой тесты, ведь я так мечтала зачать, что скупила, пожалуй, все аптеки в городе, не оставив им ни единого теста.
Инструкции к ним я выучила наизусть, поэтому спокойно делаю тест, а потом приступаю к умыванию. Чищу зубы, наношу легкий макияж, укладываю волосы. Я застегиваю на себе блузку в тот момент, когда в номер стучат.
Подхожу к двери и открываю, заметив на пороге мужа.
– Доброе утро, – он толкает мне в руки два стакана кофе и проходит без приглашения. – Собираешься на работу?
– Ты что-то хотел? – натянуто спрашиваю, закрывая дверь. – Мне пора ехать, сегодня много дел.
– Я не займу тебя надолго. Хотел поговорить о нас. Или в твоем плотном графике нет времени на личную жизнь? Ты же теперь президент.
Делаю глубокий вдох. Ставлю кофе на стол и упираю руки в бока.
– Я слушаю тебя.
– Я хочу, чтобы ты вернулась домой, – Рома произносит с улыбкой. – Мне так не хватает тебя. Я чувствую себя брошенным. Сколько еще ты будешь избегать меня?
– Быть может твоя любовница скрасит твое одиночество, ты не предлагал ей?
– Прекрати, у нас с Юлей ничего нет. Вчера мы приняли решение расстаться.
– Что так? – делаю вид, что мне интересно.
– Я могу быть с тобой откровенным? – обращается ко мне по-дружески, и меня от этого коробит. Он предал меня и изменил, а сейчас претендует на откровенность. Меня снова тошнит. – Она слишком пустая и глупая. В какой-то момент я понял, что с ней меня не ждет ничего кроме секса. Прости. Собственно, я пересмотрел свои взгляды на жизнь и решил сосредоточиться на семье.
– И ты ждешь, что я встречу тебя с распростертыми объятиями? – с сарказмом произношу, и Рома искренне недоумевает.
– Разве ты позволишь мимолетной ссоре разрушить наше счастье? Ты вспомни, как хорошо нам было вдвоем. Как мы проводили совместные вечера, как мечтали о ребенке.
Да, когда-то мы действительно жили душа в душу, пока я не зашла в квартиру среди бела дня и не застала их… Тупая боль скручивает внутренности, и тошнота подступает к горлу. Я бросаюсь в ванную и сгибаюсь над унитазом. Рома протягивает мне салфетки, стоя надо мной.
– Ты что-то съела вчера за ужином?
Поворачивается к полочке раковины и застывает на месте.
– Фаина…
Я уже чувствую неладное, выпрямляюсь и замечаю тест, на котором будто ярко синим маркером нарисованы две полоски.
Хватаю тест подношу поближе, пытаясь понять, это какая-то ошибка или…
– Ты беременна… – Рома выдыхает, и я всхлипываю, зажав рот рукой.
Он поднимает меня на руки и кружит. Я настолько счастлива, что не протестую и позволяю мужу себя обнимать.
– Детка, я так счастлив! Я так счастлив! Безумно! Неужели тот доктор ошиблась, и ты все-таки беременна?
Последние его слова как ушат ледяной воды окатывают с головы до ног. Я выбираюсь из его объятий и мрачнею.
В день нашей ссоры в больнице доктор ясно дала понять, что я не беременна. Она сказала, что мы с Ромой несовместимы и вероятность зачать у нас один процент из ста. Я ушла из больницы не беременной, но после того случая я спала лишь с одним мужчиной, и та ночь как страшный сон отдается внутри дичайшим чувством вины. Азмагулов отец моего ребенка. Он и только он в этом сомнения нет.
– Господи, я не могу поверить в это счастье! – Рома светится. Я никогда раньше не видела его таким. На его глаза наворачиваются слезы. – Детка, у нас будет бэбик. Маленький крошечный бэбик!
Я делаю глубокий вдох.
Рома вдруг встает на колени и обнимает меня.
– Прости. Прости, что изменил тебе. Я был дураком, я готов признать это и пойти на семейную терапию, только пожалуйста позволь мне загладить свою вину.
– Ром…
– Нет, послушай. Я готов вымаливать у тебя прощение, дать тебе время, готов поклясться, что мы с Юлей окончательно расстались! Ты одна у меня, Фаина. И только ты женщина моей мечты.
Я прикрываю глаза.
Да, Рома изменил мне, но ведь и я пошла налево и переспала с другим мужчиной. Имею ли я право сейчас воротить от него нос, если и сама не лучше? И другой вопрос: а нужен ли этот ребенок Азмагулову? Нужна ли я, замужняя женщина, которая, по сути, в его пожизненном рабстве, пока не выплачу долги? Все так сложно, а Рома тут со мной – знакомый и родной.
Я опускаю руки на плечи мужа, смотрящего на меня глазами кота из Шрека.
– Дай мне время подумать.
– Конечно! – встает, мимолетно целует меня и едва не танцует от счастья. – Столько, сколько понадобится!
Он снова целует меня в щеку.
– Как только будешь готова вернуться домой, скажи, я заберу тебя. И если пойдешь на прием к врачу, пожалуйста, возьми меня с собой, я так хочу увидеть его…
Уходит, оставив меня одну. Я оцепенело смотрю на закрывшуюся за мужем дверь и какое-то время стою в оцепенении. А потом беру сумочку, телефон и покидаю номер, понимая, что уже опоздала в офис. Новость о ребенке совершенно выбила меня из колеи.