Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 153 из 173

100

29 мая, среда

В субботу они прекрасно порыбачили, море было почти совсем спокойным. По пути они встретили стайку рыб, и Бруно выудил тонну макрели, а потом поймал отличного окуня, несколько крупных кефалей и камбалу. Они отнесли часть улова домой, и Бруно с удовольствием помог почистить и разделать рыбу, которую они в воскресенье приготовили на гриле. Казалось, сын полностью в своей стихии; он выглядел таким счастливым, каким Рой и Клио его еще никогда не видели. Хамфри тоже достались объедки, которые он проглотил; похоже, пес оклемался. Ветеринар выдал им направление на курс миотерапии в Центре Галена, и он начал проходить лечение.

К облегчению Роя и Клио, врач, проведя обследование, пришла к выводу, что пес не агрессивен, а на Ноя рычал из-за боли в мышцах. Это также объясняло, почему порою он не хотел выходить на прогулку и постоянно лизал лапы. Лечение еще не закончилось, но они обрадовались первым признакам улучшения и новостям о том, что еще несколько сеансов помогут ему поправиться. Рой почувствовал облегчение оттого, что дурное настроение Хамфри и нехарактерные для него приступы агрессии не имели к Бруно никакого отношения. Он никогда всерьез не думал об этом, хотя Клио считала, что в странном поведении Хамфри, возможно, виновен старший сын.

Но теперь, когда в 18:00 состоялось совещание по операции «Каноэ», Рой Грейс подрастерял свой оптимизм из-за скорости, с которой продвигалось расследование. У них по-прежнему не было никаких зацепок относительно убийц Стьюи Старра, и, как предупреждал его Норман Поттинг (будто Рой и без того не догадывался), Кассиан Пью будет придираться к нему больше обычного.

Внезапно дверь распахнулась, и в комнату, сияя, ввалился Поттинг с чем-то в вытянутой руке. Прежде чем Грейс успел упрекнуть его за то, что он не постучал, сержант выпалил:

— Шеф, это прорыв!

— Ну-ка, рассказывай.

— Взгляните! – Сержант с ликованием швырнул на стол маленькую черную флешку.

— Что там? – нахмурился Грейс.

— Взгляните! – торжествующе повторил Поттинг.

Грейс вставил флешку, щелкнул по появившемуся на экране изображению и увидел кнопку запуска видео. Он нажал на нее, и на экране тут же появились холмы, покрытые пышной зеленью, снятые с высоты птичьего полета. Звука не было, земля проплывала перед глазами и выглядела очень четко.

«Интересно, это с беспилотника?» – подумал он.

Вскоре Грейс увидел жилой комплекс, а рядом с ним скопление промышленных зданий. Пейзаж быстро сменился – показалась городская окраина. Ему всегда требовалось некоторое время, чтобы разобраться, что именно изображено на аэроснимках, ведь обычно все выглядело таким далеким и странным. Но когда внизу возникла большая церковь или собор, все стало понятнее.

— Узнаете? – громко спросил Поттинг, заметно волнуясь.

— Чичестер?

— Да! Посмотрите на дату и время в правом верхнем углу!

Там значилось: «Среда, 8 мая, 15:24».

Грейс оживился. За день до того, как сиделка обнаружила тело Стьюи Старра. День, когда, по мнению патологоанатома, Стьюи погиб. Все сходится.

— Смотрите дальше, шеф!

По мере того как камера перемещалась по городу, на экране появлялось все больше объектов. Затем картинка внезапно застыла. Определенный участок внизу изображения увеличился, а потом видео пошло дальше.

— Компьютерно-технические эксперты весь день над ним колдовали, – заметил Поттинг.

Теперь Грейс видел гараж, а напротив – жилой комплекс. Когда изображение приблизилось еще больше, он разглядел здание, наверняка дом Старров. Чуть дальше по улице стоял автомобиль, и после того, как камера увеличила изображение, Грейс различил марку: «Мерседес» темного цвета – то ли С-, то ли Е-класса, сложно сказать.

Две фигуры в толстовках внезапно выбежали из дома и бросились к машине. Они украдкой огляделись по сторонам, затем запрыгнули в «мерседес» и на полной скорости уехали.

— Норман, охренеть! Как вам это удалось?

— На аэродроме мы ничего не выяснили, но тут как-то раз я проходил мимо парка в Чичестере и увидел людей с беспилотниками. Я подошел к ним, поговорил и поинтересовался, запускал ли кто-нибудь из них дроны восьмого мая. Они ответили, что нет, но обещали поговорить с другими операторами-любителями. Один из них связался со мной сегодня и предоставил это видео. Просто повезло, шеф.

— Отличная работа, Норман.

Камера удалялась от дома в направлении, противоположном тому, куда уехала машина, и плыла через весь город, кружа над гаванью и морем. Грейс остановил видео и включил нужный отрывок заново.

— Местный автодилер подтвердил, что эта модель относится к современному E-классу, – доложил Поттинг. – Я попросил команду, работающую с системой распознавания номеров, проверить все камеры в районе Чичестера за час до и после пятнадцати двадцати четырех. Удача нам улыбнулась, машин в это время было мало. Камеры зафиксировали только пять автомобилей этой модели, и только две из них оказались темного цвета. И вот что действительно придется вам по душе, шеф: согласно нашей информации, один из них принадлежит человеку, которого подозревают в торговле наркотиками и ношении оружия. Зовут Конор Дрюитт.

— Знакомое имя, – улыбнулся Грейс. – Поймал его как-то во время облавы на наркоторговцев.

— Ну да, но он все еще в деле и все такой же гад. Имел удовольствие с ним общаться около десяти лет назад, когда он укусил меня за нос, и в итоге я еще и вывихнул большой палец, когда повалил его на землю. У нас есть его адрес. С вашего разрешения, шеф, я бы хотел попросить наших ребят нанести ему визит завтра с утра пораньше вместе с районной полицией.

— Жаль прерывать его сон, – усмехнулся Грейс. – Взять машину, которая уже засветилась в базе, и припарковать ее на той же улице, где стоит дом убитого.. Часто думаю, как нам повезло, что не все преступники – гиганты мысли.

— Гиганты мысли?! Долго же вас не было.

— Полгода в лондонской полиции – невольно начнешь говорить, как они. Но сейчас я дома.

— Этот Дрюитт прям кандидат на премию Дарвина, – заметил Поттинг.

— Чего? – нахмурился Грейс.

— Это такая шуточная награда, ее ежегодно присуждают человеку, который по глупости внес наибольший вклад в теорию естественного отбора Дарвина. В основном – посмертно, за то, что кто-то вычеркнул себя из генофонда.

— Неплохо, – улыбнулся Грейс. – Есть предположения, кто с ним был?