Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 61 из 63

Глава 53

Артём

Предложение я не планировал в романтическом смысле. Вообще. Никакого кольца в десерте, никакой музыки, никакого “давай начнём сначала” на фоне заката. Для нашей истории это было бы даже оскорбительно. Мы слишком многое прошли в грязи, страхе, боли и правде, чтобы украшать финальный шаг чужими сценариями.

Решение пришло тихо и окончательно в тот вечер, когда Тимур уснул раньше обычного после своей муковой войны, а Марина сидела в гостиной на полу, сортируя его рисунки. Я вышел из кабинета, остановился в дверях и просто смотрел на неё. На то, как она осторожно разглаживает листы, складывает в стопку ракеты, динозавров, наш дом с кривым солнцем и обязательной машиной в углу. На то, как её волосы падают на щёку, как она привычно заправляет их за ухо. На ту усталую мягкость, которая появилась в ней только здесь, рядом с нами. И вдруг понял: я не хочу больше жить в формулировке “мы и так всё понимаем”. Да, понимаем. Но есть вещи, которые мужчине всё-таки нужно назвать прямо.

— Марина, — сказал я.

Она подняла голову.

— Что?

— Иди сюда.

— Очень авторитетный тон.

— Не спорь. Иди.

Она усмехнулась, но подошла. Села рядом на диван. Я некоторое время молчал, собирая слова не потому, что не знал, что чувствую, а потому, что хотел сказать без лишнего пафоса. Так, чтобы это было про нас, а не про кино.

— Я не собираюсь устраивать из этого представление, — начал я. — И не буду говорить, что всё будет идеально, потому что не верю в идеальные истории. Особенно после нашей.

Марина смотрела не отводя глаз. Уже серьёзно.

— Но я точно знаю одно, — продолжил я. — Я не хочу больше жить так, будто у нас с тобой возможна какая-то полумера. Не хочу быть просто мужчиной, который живёт с вами, любит вас и надеется, что однажды все как-нибудь само оформится в смысл. Для меня это уже смысл. Ты. Тимур. Этот дом, в котором наконец есть жизнь. И я хочу назвать это как взрослый человек, а не как трус, которому достаточно факта.

Её губы едва заметно дрогнули.

— Артём…

— Подожди. Я договорю, пока сам себе не помешал. Я люблю тебя. Да, всё ещё. Да, по-новому. Жёстче, спокойнее, глубже, чем раньше. Я люблю сына. И я хочу, чтобы вы были моей семьёй не только по факту, а по выбору, который я озвучиваю прямо. Выходи за меня замуж.

Тишина после этих слов была такой полной, что я слышал, как тикают часы в кухне.

Марина не вскочила, не заплакала, не прикрыла рот ладонью, как положено приличным героиням. Она просто смотрела на меня так, словно внутри у неё одновременно рушились и собирались целые материки.

— Ты… — начала она и осеклась. Потом выдохнула. — Ты же понимаешь, что это самый безумный и самый логичный вопрос из всех возможных?

— Да.

— И что я сейчас не знаю, смеяться мне или бояться?

— Тоже да.

Она опустила глаза на свои руки, потом снова подняла на меня.

— Я не хочу красивую свадьбу.

— Отлично. Я тоже.

— Я не хочу обещаний “всё теперь будет правильно”.

— И не надо.

— Я не умею быть лёгкой женой.

— Мне и не нужна лёгкая. Мне нужна ты.

После этого она всё-таки закрыла глаза. На секунду. Потом открыла — уже с той влажной ясностью, которую я видел у неё только в самые честные моменты.

— Тогда да, — сказала Марина тихо. — Да, Артём. Я выйду за тебя замуж. Не потому, что так надо после всего. А потому, что больше не хочу жить, делая вид, будто ты не мой дом тоже.

У меня внутри что-то тяжело и спокойно встало на место. Не взорвалось счастьем. Не сорвалось в эйфорию. Просто заняло наконец правильную позицию. Я притянул её к себе, поцеловал в висок, в щёку, потом в губы — медленно, глубоко, с той благодарностью, которую словами уже не уместить.

И именно в этот момент сверху донеслось сонное:

— А вы чего там долго молчите?

Мы отпрянули друг от друга и одновременно рассмеялись.

— У нас семейная традиция, — сказал я в потолок.

— Странная традиция, — донеслось сверху. — Но ладно.

Вот так и надо. Без фанфар. С ребёнком, который вовремя комментирует судьбоносные решения.

---