Страница 72 из 142
Грейс ухмыльнулся – и второй раз за сегодня испытал нешуточные опасения по поводу своего прикида. Первые сомнения возникли в модном бутике «У Луиджи», куда Брэнсон приволок его в обед. Детектив-сержант сгребал с полок вещи с одержимостью шопоголика в день открытия январской распродажи, регулярно гоняя Грейса в примерочную и обратно.
Для свидания с Клио Брэнсон подобрал ему индивидуальный образ: коричневая замшевая куртка без подкладки от Джаспера Конрана, самая дорогая черная футболка из всех, когда-либо купленных Грейсом, бежевые брюки «Дольче и Габбана», ремень по цене авиалайнера, коричневые мокасины и даже новенькие канареечно-желтые носки – Брэнсон утверждал, что это последний писк моды.
Кроме того, Грейс обзавелся новым гардеробом на все случаи жизни. Покупки потянули на две с половиной тысячи фунтов – неожиданно для человека, никогда не тратившего на шмотки больше сотни.
Впрочем, плевать. За последние пару лет он практически не заглядывал в магазины одежды. Лучше покончить с этим одним махом. А если что-то не понравится, всегда можно вернуть или обменять.
— Для копа? – Грейс озадаченно хмыкнул. – Это такой комплимент?
— Понимай как знаешь.. – тепло улыбнулась Клио.
Грейс как можно небрежнее пожал плечами:
— Нацепил на себя первое, что подвернулось. Вот..
Она с любопытством уставилась на его правое плечо:
— А ценник не снял специально?
Под ее насмешливым взглядом Грейс левой рукой нащупал кусочек картона, болтавшийся на воротнике куртки. Проклятье, недосмотрел!
— Ну конечно специально, – закивал он. – Это такая модель. Новейшее слово в мире моды.. мм.. чтобы все видели – куртка с иголочки.
Клио засмеялась, и Грейс вдруг понял, что смеется вместе с ней. Его нервозность растворилась без следа, на языке вертелось множество тем для разговора. Оторвав бирку, он смял ее в кулаке, бросил в пепельницу и открыл было рот, чтобы завести беседу, однако Клио его опередила.
— Рой, скажи, тема жены для тебя табу? – спросила она, поигрывая бокалом. – Или я чересчур любопытна и сую нос не в свое дело?
Поколебавшись, Грейс полез в карман за сигаретами, хотя фактически завязал. Однако случались моменты, когда закурить хотелось до трясучки. Вот как сейчас.
Официант принес им меню, две внушительные кожаные папки. Грейс не глядя положил свою на стол, Клио последовала его примеру.
— Нет, не чересчур. – Он беспомощно развел руками, гадая, с чего начать. – Я всегда говорю об этом открыто – может, даже слишком. По мне, чем больше народу знает, тем лучше: вдруг в один прекрасный день человек услышит мою историю и что-нибудь вспомнит.
— Как ее звали?
— Сэнди. – Грейс протянул пачку Клио, а когда та покачала головой, вытащил сигарету.
— Слухи не врут? Она действительно исчезла без следа?
— На мое тридцатилетие.
Он помолчал. Вся боль вернулась.
Клио терпеливо ждала, но потом не выдержала:
— На твое тридцатилетие..
— Я ушел на работу. Вечером мы собирались с друзьями в ресторан, чтобы отпраздновать. Утром Сэнди была в прекрасном настроении, мы обсуждали, куда поедем летом в отпуск, – она хотела на итальянские озера. А вечером я приехал – и не застал ее дома.
— Она взяла какие-нибудь вещи?
— Пропали только ее машина и сумочка. – Грейс прикурил от зажигалки «Зиппо», подаренной Сэнди, и сделал солидный глоток скотча.
Говорить на свидании о Сэнди казалось неправильным, однако ему хотелось быть максимально откровенным с Клио – рассказать ей все, вплоть до мельчайших подробностей. Причем не только о Сэнди, но и о себе. Удивительным образом Клио располагала к искренности. Располагала, как никто другой.
— Машина и сумочка? – нахмурилась она. – Их потом нашли?
— Машину обнаружили на временной стоянке аэропорта Гэтвик. Однако Сэнди так и не воспользовалась ни одной из своих кредитных карточек. Последние трансакции датируются днем ее исчезновения: семь фунтов пятьдесят пенсов в аптеке «Бутс» и шестнадцать фунтов сорок два пенса – на заправочной станции «Теско».
— Получается, она взяла только сумочку? Ни одежды, ничего?
— Нет.
— А камеры наблюдения?
— Тогда они еще не висели на каждом углу. Единственную запись мы получили с заправки. Сэнди была одна и выглядела прекрасно. Старик на кассе хорошо ее запомнил, потому что всегда обращает внимание на красоток. Они даже поболтали, и напуганной она ему не показалась.
— Сомневаюсь, что женщина способна вот так, без предупреждения бросить все и сбежать, – протянула Клио. – Если только..
— Если только? – подстегнул Грейс.
Клио взглянула на него в упор:
— Если только ей не надоело жить с домашним тираном. – Она улыбнулась и ласково добавила: – Но ты не производишь впечатления домашнего тирана.
— Думаю, ее родители до сих пор считают, что я убил жену и закопал в подвале.
— Серьезно?
Грейс осушил бокал.
— Почему нет, если другие варианты исчерпаны?
— Они обвинили тебя в открытую?
— Нет, они милейшие люди и никогда бы так не поступили. Однако у них все написано на лице. Они периодически приглашают меня выпить или пообедать – якобы затем, чтобы поддерживать связь, – но по факту им нужна информация, а мне толком нечего сказать. И всякий раз в их глазах читается: «Тебе еще не надоело врать?»
— Какой кошмар, – пробормотала Клио.
Грейс разглядывал браслеты на запястье собеседницы и восхищался ее безупречным вкусом во всем.
— Сэнди – единственный ребенок. С ее исчезновением их жизнь рухнула. Я регулярно наблюдаю подобное на работе. Людям необходимо цепляться за что-то, изливать эмоции. – Он снова затянулся и стряхнул пепел на скомканную бирку. – Ну хватит обо мне. Теперь ты рассказывай. Хочу послушать про другую Клио Мори.
— Другую Клио Мори?
— В которую ты превращаешься, когда выходишь из прозекторской.
— Рановато, – поддразнила она. – Я еще с тобой не закончила, даже близко нет.
Заметив, что Клио тоже допила коктейль, Грейс жестом подозвал официанта и попросил повторить, после чего повернулся к спутнице:
— Извини, твоя очередь отвечать на вопросы.
Она скорчила недовольную гримаску, чем вызвала у него улыбку.
— Хочу понять, почему самая красивая на свете женщина торчит в морге, выполняя самую жуткую на свете работу.