Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 26 из 142

Рядом с ней сидел констебль Ник Николл – длинный как жердь парень лет тридцати, очень добросовестный детектив и невероятно быстрый футбольный нападающий; Грейс всячески уговаривал Ника вступить в полицейскую команду по регби, которую его пригласили возглавить осенью.

Напротив Ника перебирала гору распечаток молодой констебль Эмма-Джейн Бутвуд, очаровательная длинноволосая блондинка с потрясающей фигурой. На первых порах Грейс счел ее пустышкой, однако она проявила себя блестяще, и суперинтендант пророчил ей большое будущее в полиции – если, конечно, Эмма-Джейн не сбежит раньше.

— Значит, так, – объявил Брэнсон. – Моя интуиция сменила курс. Как тебя убедить, что моя новая догадка верна? Тереза Уоллингтон.

— Кто такая? – спросил Грейс.

— Живет в Пис-Хейвене. Обручена. Вчера не явилась на помолвку.

У Грейса по спине пробежал холодок.

— Рассказывай.

— Я разговаривал с ее женихом. Он вполне себе настоящий.

— Ну, не знаю, – протянул Грейс.

Чутье подсказывало, что для выводов еще рано, но и остужать пыл Брэнсона тоже не хотелось. На стене висели фотографии с места преступления, в срочном порядке пересланные по его просьбе. Взгляд задержался на отсеченной кисти, снятой крупным планом, потом перешел на изувеченные фрагменты туловища в черном мешке.

— Поверь мне, Рой.

— Поверить тебе? – переспросил Грейс, по-прежнему глядя на снимки.

— Опять ты за свое! – возмутился Брэнсон.

— Ты о чем? – растерялся Грейс.

— Вечно ты так, приятель. Отвечаешь вопросом на вопрос.

— Да потому что тебя ни фига не поймешь!

— Брехня-а-а!

— Сколько пропавших женщин осталось в списке?

— Со вчерашнего дня ничего не изменилось. Пять, если брать ближайший радиус. Если по стране, то в разы больше.

— По анализам ДНК есть сведения?

— К шести вечера обещали выяснить, проходит ли убитая по нашим базам, – доложила Бутвуд.

Грейс глянул на часы: через пятнадцать минут нужно выдвигаться в морг. Он быстро прикинул в уме. По мнению Фрейзера Теобальда, составленному в скудных полевых условиях, девушку убили меньше суток назад. Человек может уйти в «самоволку» на день. Но на третий друзья, родные и коллеги начинают бить тревогу. Значит, сегодня вполне реально сузить круг потенциальных жертв.

— Слепки следов готовы? – обратился Грейс к констеблю Николлу.

— Готовятся.

— «Готовятся» меня не устраивает, – недовольно откликнулся Грейс. – Я, кажется, сказал на оперативке, чтобы два офицера взяли слепки и обошли обувные магазины в округе на предмет совпадений. Вдруг покупатель найдется, а в идеале – засветится на камере наблюдения. Вряд ли берцами торгуют на каждом углу. Жду отчет к вечерней планерке.

Констебль Николл кивнул и взялся за телефон.

— Она второй день не выходит на связь, – не унимался Брэнсон.

— Кто? – рассеянно спросил Грейс.

— Тереза Уоллингтон. Они с женихом живут вместе, так с чего ей не возвращаться в собственный дом?

— А остальные четыре из списка?

— О них тоже ни слуху ни духу, – нехотя признал Брэнсон.

Хотя Брэнсон и разменял четвертый десяток, но в полиции служил всего шесть лет, вовремя распростившись с карьерой клубного вышибалы.

Грейсу очень нравился Гленн – умный, старательный, с хорошо развитой интуицией. В расследованиях интуиция играет важную роль, однако у нее есть и обратная сторона – полагаясь всецело на чутье, офицеры спешат с выводами, толком не анализируют другие варианты и подгоняют улики под свою версию. Временами Рою приходилось осаживать Брэнсона ради его же блага.

Но сейчас от Гленна требовалась не его интуиция, а нечто совершенно не связанное с работой.

— Прокатишься со мной в морг?

— Блин, приятель, так вот где ты назначаешь свидания, – вытаращил глаза Брэнсон.

Грейс ухмыльнулся: тот даже не догадывался, насколько был близок к истине.