Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 133 из 142

82

Отдел дактилоскопии занимал одно из самых больших помещений в Суссекс-хаусе. На первом этаже, неподалеку от киберотдела, тихо бурлила деятельность; в воздухе витал едва уловимый запах типографской краски.

Дерри Блейн, один из ведущих дактилоскопистов, чье рабочее место располагалось в относительном центре лабиринта столов и оборудования, вывел на экран лучший отпечаток, добытый Джо Тиндаллом с зеркала в «фольксвагене». Грейс с Тиндаллом маячили за спиной эксперта и тоже смотрели на монитор.

Блейн, лысеющий мужчина в очках, походил на доброго дядюшку, а спокойная манера держаться внушала доверие. Он защелкал по клавиатуре, и на экране возник полный набор из десяти отпечатков. Новый щелчок, и у Грейса екнуло сердце. Отпечатки сменились фотографией того самого мужчины, водителя «гольфа». Спутника Джейни Стреттон из «Карма-бара».

— Есть совпадение, – сообщил Блейн. – Я пробил через национальную базу. Вашего парня взяли на карандаш после драки в брайтонском ночном клубе «Эскейп». Составили протокол и отпустили. Зовут Мик Лювич, албанец, без постоянного места жительства.

— Что еще? – спросил Грейс.

— Смотри, какая штука. – Блейн снова застучал по клавиатуре. – В национальной криминалистической базе данных есть отметка, что им интересуется Интерпол.

Грейс воодушевился.

— Я ввел в международный поиск полный комплект его отпечатков – все десять, по-другому нельзя, – и меня вывели вот на этого красавчика.

Блейн нажал еще пару клавиш, и на экране возникла сделанная по пояс фотография невероятно тучного мужчины с непропорционально маленькой на фоне грузного тела головой и седыми, уложенными гелем волосами, стянутыми в поросячий хвостик.

— Знакомьтесь, Карл Веннер. Также известен под именем Джонас Смит. Очень любопытный тип. Служил в армии США. Карьеру начинал пилотом вертолета во Вьетнаме. За боевое ранение награжден «Пурпурным сердцем». Из-за проблем со здоровьем перешел из пилотов в радисты. Получил высокий пост в комитете по военным системам связи. А потом разразился скандал. Ну, вы помните – военного оператора и двух фотографов обвинили в съемках пыток и казней вьетконговцев для последующего распространения.

— Они снимали реальные убийства? – уточнил Грейс.

— Именно. Однако Веннер сумел выкрутиться и даже сохранить свой пост. Был переведен в разведывательное подразделение в Германию. А потом случилась Босния, и его отправили туда. Вскоре история с Вьетнамом повторилась. Веннер попал под трибунал, его обвинили в съемках казней военнопленных и распространении записей на международном рынке любителей снаффа.

— Серьезно?

— Серьезнее некуда. Веннер – конченый подонок. Такую мразь еще поискать. Хороший адвокат его отмазал, но осадочек остался, с военной карьерой пришлось проститься. Потом его имя всплывает в связи с международной сетью, занятой распространением детской порнографии и базирующейся в Атланте. Но есть один нюанс – детей не только насиловали на камеру, но и убивали. Среди жертв преобладали ребятишки из Азии, Индии, хотя белые тоже попадались.

— Умеешь ты, Рой, собирать сливки! – с присущим ему черным юмором резюмировал Тиндалл.

— А то. Приходи как-нибудь ко мне на ужин.

— Жду приглашения.

— Ну и что с ним стало? – обратился Грейс к Блейну.

— Веннер скрылся. Исчез с радаров ФБР. А потом.. три года назад, объявился в Турции. Далее – Афины, Париж. Там он наладил миленькую сеть по производству снафф-фильмов. В итоге французская полиция нагрянула в квартиру в Шестнадцатом округе Парижа, изъяла кучу оборудования и задержала подельников Веннера, хором утверждавших, что банду возглавляет именно он. С тех пор о нем ни слуху ни духу.

— А как Веннер связан с Лювичем?

— У Интерпола есть представитель в Лондоне, детектив-сержант Барри Фарьер. Я дам тебе его номер.

— Спасибо, Дерри, отличная работа! И в столь короткие сроки!

Из-за пробок Грейс добрался до Главного управления на двадцать минут позже, чем планировал. Впрочем, Тиндалл едва ли доехал быстрее. На все про все у Блейна было минут пятнадцать.

Поднявшись в свой кабинет, Грейс первым делом связался с группой наружного наблюдения, следившей за «гольфом», – водитель не появлялся. Он уже собирался звонить сержанту Фарьеру, но тут мобильный ожил. На том конце раздался пронзительный, возбужденный голос Гарри Фрейма.

— Какие новости? – спросил ясновидящего Грейс.

— Не знаю, насколько это поможет, но я видел часы.

— Часы? В смысле, наручные?

— Именно! – Фрейм буквально захлебывался от восторга. – Наручные часы! Это очень важно. Часы приведут тебя к чему-то существенному в деле, которое ты расследуешь.

— А если поточнее? – озадаченно нахмурился Грейс.

— Извини.. добавить мне нечего. Повторюсь, я не знаю, насколько это поможет.

— Марку не назовешь?

— Нет. Но вроде дорогие.

— Дорогие?

— Да.

— Мужские или женские?

— Мужские. И по-моему, далеко не в единственном экземпляре.

Грейс задумчиво покачал головой. Пока никаких ассоциаций не возникало.

— Хорошо, Гарри, спасибо. Если еще что-нибудь появится, дай знать.

— Непременно!

Повесив трубку, Грейс набрал номер лондонского филиала Интерпола. Две долгие минуты пришлось висеть на линии и слушать бесконечные «Зеленые рукава» в ожидании, когда Фарьер закончит разговор. Наконец на том конце раздался резкий акцент кокни:

— Детектив-сержант Фарьер, чем могу помочь?

Грейс представился и объяснил суть дела. Фарьер сразу засуетился.

— Целая толпа детективов из Греции, Турции, Швейцарии и Парижа будут счастливы побеседовать с мистером Лювичем.

— Мне известно, где сейчас находится его машина, – сообщил Грейс. – Что у вас есть на Карла Веннера?

— Ничего. Три года не объявлялся. Хотя мимо такого жиртреста не пройдешь.

В дверь постучали. На пороге возник Норман Поттинг с листком бумаги. Грейс показал, что занят. Поттинг привалился к косяку.

— Меня интересует любая информация по Веннеру, – тараторил Фарьер. – Его послужной список длиннее, чем моя рука. Отметился по всей Европе.

— Какова вероятность, что он сейчас в Англии?

— Если Лювич здесь, то очень высокая.

— Расскажите о Лювиче.