Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 78 из 153

48

По бетонному полу в крапинку они гуськом проследовали друг за другом: впереди Клио, за ней Грейс, созерцающий пряди ее светлых волос, покачивающиеся над воротником зеленого халата, и последним шел Джо Тиндалл, натягивающий на ходу перчатки, – мимо смотрового окна герметизированного инфекционного бокса в главный секционный зал.

Основную обстановку этого помещения составляли два стальных стола – один приваренный к полу, а другой на колесиках, – синий гидравлический подъемник и ряд холодильников с дверьми во всю высоту зала. Стены здесь были облицованы серым кафелем, и по всему периметру секционной тянулся дренажный водосток. На одной стене было установлено несколько раковин из нержавейки, под ними лежал скрученный спиралью желтый шланг. У другой стены стоял широкий рабочий стол с металлической разделочной доской и застекленным шкафчиком, наполненным инструментами и несколькими упаковками батареек «Дюрасел». Рядом со шкафчиком лежала таблица, в графы которой заносились имена поступающих на вскрытие покойников и вес их органов: мозга, легких, сердца, печени, почек и селезенки. Последним в списке, составленном синим химическим карандашом, значился некий Эдриан Пенни.

Заметив интерес Грейса, Клио жизнерадостно сообщила:

— Мотоциклист, вчера вскрытие делали. Обгонял грузовик и не заметил торчавший из борта стальной брус. Бедолаге голову как ножом срезало.

— Как, черт побери, ты до сих пор еще не свихнулась? – поразился Рой.

— А с чего ты взял, что я не свихнулась? – усмехнулась девушка.

— Нет, серьезно, я вообще не представляю, как можно здесь работать, постоянно среди покойников.

— Зло причиняют не мертвые, а живые, Рой.

— Согласен.

Грейсу хотелось бы выяснить, как Клио относится к призракам, однако время для расспросов представлялось неподходящим.

В зале ощущался холод. Холодильники размеренно гудели, над головой пощелкивала одна из флуоресцентных ламп, – очевидно, барахлил дроссель.

— Ты хотел бы начать с кого-то конкретного?

— Да без разницы, надо их всех посмотреть.

Мори подошла к двери холодильной камеры с номером 4 и распахнула ее. Изнутри хлынула волна ледяного воздуха. Рой содрогнулся, однако отнюдь не из-за холода, а потому что увидел прикрытые полиэтиленом человеческие останки, проступающие из-под белой пленки на каждом из четырех поддонов, выехавших оттуда на роликах.

Переместив подъемник к холодильнику, Клио подняла его платформу, вытянула на нее верхний поддон и закрыла дверь. Затем отдернула покрывало, под которым оказалось тело толстого белого мужчины с прямыми волосами. Туловище и восковое лицо были покрыты синяками и рваными ранами, широко раскрытые глаза даже в своей стеклянной неподвижности выражали потрясение. Подобно грызуну, пребывающему в спячке, на густых лобковых волосах беспомощно лежал сморщенный и обмякший половой член. Грейс взглянул на желтоватую бирку, привязанную к большому пальцу ноги: «Роберт Хулигэн».

Затем полицейский осмотрел кисти молодого мужчины. Крупные и грубые, с черной грязью под ногтями.

— Их одежда вся здесь?

— Да.

— Хорошо. – Грейс попросил Тиндалла взять образцы грязи.

Судмедэксперт выбрал в шкафчике острый инструмент и попросил у Клио пакетик для образцов, в который затем аккуратно соскреб грязь из-под каждого ногтя. По окончании процедуры он запечатал пакет и снабдил его ярлыком.

Кисти следующего мужчины, Люка Гиринга, были сильно покалечены в катастрофе, однако его обкусанные до мяса ногти оказались практически чистыми, не считая крови под ними. На руках Джоша Уокера грязи не обнаружилось тоже. Зато у Питера Уоринга таковая имелась, так что Тиндалл вновь сделал соскобы и запечатал пакетик.

После этого Рой и Джо тщательно изучили одежду погибших. Грязь обнаружилась на обуви всех четверых, а также кое-где на одежде Роберта Хулигэна и Питера Уоринга. Тиндалл по отдельности упаковал испачканные вещи.

— Поедешь прямо сейчас с ними в лабораторию? – поинтересовался у него Рой.

— Вообще-то, я домой собирался. Было бы неплохо оказаться в родных стенах до окончания выходных и пожить своей жизнью – или хотя бы потешить себя иллюзией таковой.

— Мне очень не хочется разочаровывать тебя, Джо, но крайне необходимо, чтобы ты занялся этими вещами немедленно.

— Ну, здорово! Ты хочешь, чтобы я похерил билеты на концерт рок-группы «Ю Ту» сегодня вечером, каждый по пятьдесят гребаных фунтов, между прочим, продинамил свидание и достал из офисного шкафа свой спальный мешок?

— Билеты на концерт рок-группы – так она и впрямь молоденькая, да?

— Молоденькая и еще, чтоб ты знал, Рой, очень вспыльчивая! Она вообще девушка с запросами!

— Послушай, Джо, возможно, от этого зависит жизнь человека.

Все больше распаляясь, Тиндалл заявил:

— Я требую, чтобы ты возместил мне стоимость билетов из своего кармана!

— Джо, это вообще не мое дело.

— Ах вот как! А кто же тогда его ведет?

— Гленн Брэнсон.

— Ну и где его самого черти носят?

— Он сейчас в Солихалле, на чьем-то дне рождения.

— Час от часу не легче!

В раздевалке Тиндалл буквально сорвал с себя защитную одежду и швырнул ее в мусорку.

— Желаю тебе приятно провести вечер, Рой, если совесть позволит! В следующий раз обламывай выходные кому-нибудь другому!

— Я приеду в Суссекс-хаус, чтобы составить тебе компанию.

— Можешь не утруждаться!

Тиндалл удалился, на прощание хлопнув дверью. Через несколько секунд снаружи донесся яростный рев двигателя. И только тогда Грейс увидел, что эксперт в гневе забыл черный мусорный мешок, в который сложил запечатанные вещдоки. Первой мыслью Роя было броситься за Джо и догнать его, но затем он решил, что отвезет вещи попозже сам, а заодно и попытается успокоить покорителя юных сердец. Вообще-то, Грейс вполне понимал судмедэксперта: на его месте он тоже вышел бы из себя.

Рой вернулся в приемную, взял еще одну печенюшку и допил остатки чая, совсем остывшего. Затем подобрал мешок с вещами и в сопровождении Клио направился к выходу. И уже на пороге обернулся к ней:

— Ты во сколько сегодня заканчиваешь?

— Да где-то через час, если повезет и сегодня больше никто не умрет.

Грейс не сводил глаз с молодой женщины, удивляясь, как же она неописуемо красива, а потом взглянул на ее руки, и сердце у него екнуло: он не увидел никаких колец. Хотя Клио, разумеется, могла просто снимать их на работе.

— Я.. – промямлил он. – Я.. Хотел спросить.. ну.. Нет ли.. То есть есть ли.. Есть ли у тебя какие-то планы на этот вечер?

Глаза у нее так и вспыхнули.