Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 27 из 115

— Мы можем провести обряд благословения уже завтра, на рассвете, — тихо добавил Эрог. — В Храме Льда. Тихо, скромно, только для богов и закона. И тогда никто, слышите, никто не посмеет вас тронуть.

Я посмотрела на Императора. Тот лишь кивнул, подтверждая слова лорда.

Спасение. Это было спасение. Эрог снова подставил плечо, закрыл собой от бури.

— Я согласна, — выдохнула я. — Спасибо. Я... я не знаю, как вас благодарить.

Эрог не ответил сразу. Он коротко взглянул на Императора. Тот едва заметно повел бровью. Правитель снова перевел тяжелый взгляд на меня, задержался на талии.

Меня кольнуло непонятное чувство тревоги, но я тут же отогнала его.

— Просто позвольте мне позаботиться о вас, — ответил Эрог.

Мы вышли из кабинета. Я шла, не чувствуя пола под ногами. Завтра. Уже завтра я стану леди Скайр, и Карден ничего не сможет сделать.

Мы вернулись в бальный зал, но не спустились к танцующим, а прошли на верхний ярус, в одну из закрытых лож для почетных гостей. Отсюда был виден весь зал, но нас скрывал полог невидимости и тяжелые бархатные портьеры.

— Оставайтесь здесь, — сказал Эрог, усаживая меня в кресло. — Здесь безопасно. Вас никто не увидит. Мне нужно уладить последние формальности с распорядителем и подготовить карету к отъезду. Я вернусь через десять минут, и мы поедем домой.

— Я буду ждать, — кивнула я.

Он сжал мою руку на прощание и вышел.

Я осталась одна. Внизу гремела музыка, кружились пары. Я всматривалась в толпу, пытаясь найти черную макушку Кардена, но пестрота нарядов рябила в глазах.

Тишина ложи начала давить. Воздух здесь был спертым, сладким от благовоний. Мне вдруг стало душно. Невыносимо душно.

Я встала и подошла к дальней стене ложи. Там, за плотной шторой, угадывалась дверь. Я отодвинула ткань.

Балкон.

Маленький, каменный, скрытый в тени колонны.

Я толкнула дверь и шагнула в морозную ночь.

Холодный воздух обжег легкие, прочищая мысли. Я оперлась о ледяные перила и закрыла глаза. Свобода. Она была так близко.

Вдруг дверь балкона скрипнула.

Я инстинктивно отпрянула в глубокую тень за массивную колонну, надеясь, что это просто сквозняк или кто-то из слуг.

На балкон вошла женщина.

Алое платье полыхнуло в темноте, как открытая рана. Высокая прическа, идеальный профиль.

Зара.

Она не стала подходить к перилам или любоваться видами ночного города. Она остановилась в центре, медленно оглядывая пространство, словно хищник, который точно знает, где прячется жертва.

Её взгляд скользнул по колонне, за которой я стояла. Губы растянулись в торжествующей улыбке.

— Не прячься, — бросила она лениво. — Я знаю, что ты здесь.

22

ЗАРА

Северный ветер ударил в лицо, стоило мне приоткрыть тяжелую дверь. Холод здесь ощущался по другому. Злым, кусачим. Он ненавидел всё теплое. Особенно нас, южан.

Я поплотнее запахнула меховую накидку поверх алого шелка. Идиотская страна. Идиотский климат.

Я шагнула на балкон, оставляя за спиной гул императорского приема. Взгляд скользнул по ледяным перилам, по темным углам, где плясали тени от магических фонарей.

Я знала о её присутствии здесь. Я заметила, как мелькнул подол этого безвкусного бледно-голубого платья, так не идущего к её огненным волосам. Мышка нашла себе нору.

Наивная.

Воспоминания накрыли меня, пока я медленно шла по каменным плитам.

Всё рухнуло в ту самую ночь, в особняке Вейрона.

Я знала правила. Для него я была лишь способом сбросить излишки магии, клапаном, когда зверь требовал выхода. Я старательно играла роль боевой подруги, «своего парня», которому тоже нужно просто разрядиться без обязательств. Я убедила его, что мне всё это подходит, хотя в мыслях уже примеряла кольцо леди Драг. Я верила, что моя поддержка и сила в итоге приведут меня к браку.

Но в ту ночь всё изменилось.

Он дал мне отставку. Вышвырнул из своей жизни ради серой мышки, способной выносить наследника. Приказал отправляться на Северную заставу, чтобы я не мозолила глаза его драгоценной жене. А потом она исчезла. Сбежала.

Он выглядел как зверь, попавший в капкан. Сначала решил, что её похитили. Его магия ревела, круша мебель, требуя крови похитителей. Но потом, включил холодный разум ищейки.

Я видела, как он это сделал. Он поднял руки, и фиолетовое марево «поискового спектра» — сложнейшей, запрещенной магии — залило балкон и комнату. Он восстановил магический след последнего часа.

Воздух задрожал, показывая призрачные силуэты. Вот мы с ним. Стоим у перил. Я на коленях перед ним. А вот... у двери... Тонкая, дрожащая фигурка. След её ауры вспыхнул ярко-зеленым. Она стояла там, смотрела, видела всё. И потом сбежала.

Карден застыл, глядя на этот призрачный след. Я видела, как краска отлила от его лица, делая его серым. — Она сбежала... — прохрипел он, и в его голосе было столько боли, что мне стало не по себе. — От меня.

Она исчезла и я решила, что, боги встали на мою сторону, но начался ад.

Карден обезумел. Он перевернул столицу вверх дном. Он не спал, не ел, искал её след с одержимостью маньяка. Меня же , как и обещал отправил в новое место, с повышением.

Неделя на Северной заставе стала для меня пыткой. Я сходила с ума. Меня ломало, выкручивало наизнанку от желания увидеть его, коснуться, вдохнуть его запах. Я не могла без него. Эта проклятая ссылка, всё это было ничто по сравнению с жаждой быть рядом. Я любила его до боли, до безумия, и допустила ошибку, сорвалась. Бросила всё, наплевала на приказы, на устав, на здравый смысл и помчалась в столицу, загоняя лошадей.

Я прошла в его замок как хозяйка. Охрана на воротах расступилась, едва завидев мой экипаж — они знали меня, помнили, кто я для их Лорда, и не посмели задать ни единого вопроса. Старый дворецкий попытался что-то пролепетать о том, что «Лорд не принимает», но я лишь одарила его взглядом, от которого вянут цветы, и прошла мимо.

Слуги в коридорах жались к стенам, пряча испуганные взгляды. В замке царила атмосфера склепа. Тяжелая, давящая тишина, нарушаемая лишь моими шагами. Я шла по коридорам, стуча каблуками, ведомая только одним — животной потребностью увидеть его.

Я распахнула двери его кабинета без стука.

В нос ударил спертый запах застоявшегося воздуха, старой бумаги, остывшего кофе. Шторы были задернуты, не пропуская дневной свет. Повсюду — на столе, на полу, на креслах — валялись карты, отчеты, смятые листы с магическими схемами поиска.