Страница 22 из 115
Илга помогла заплести влажные огненные волосы в простую, тугую косу, уложив её короной вокруг головы. Я посмотрела в зеркало. Оттуда на меня глядела бледная, всё ещё испуганная, но живая девушка. Чужая одежда сидела как влитая, словно принимая меня в этот новый, суровый мир.
— Идёмте, госпожа. Лорд ждёт.
Мы шли по бесконечным коридорам замка. Здесь всё было иным, нежели во владениях Кардена. Никакой позолоты, бархата и кричащей роскоши. Стены из светлого, грубо отёсанного камня, на полу вместо ковров — толстые звериные шкуры, гасящие звук шагов. Вокруг царила тишина. Гулкая, величественная и немного пугающая тишина Севера.
Илга распахнула передо мной тяжёлые двери малого обеденного зала и, поклонившись, отступила.
Лорд Эрог Скайр стоял у камина, опираясь рукой о каминную полку, и смотрел на пляшущее пламя. Услышав шорох моего платья, он медленно обернулся.
У меня перехватило дыхание.
Он был высоким. Даже выше Кардена. Мощь, скрытая под простой тёмной рубашкой и кожаным жилетом, перетянутым ремнями, чувствовалась в каждом движении. Никаких украшений, никаких цепей или перстней — ему не нужны были символы власти, власть была в нём самом. Волосы цвета выгоревшего на морозе льна были небрежно зачёсаны назад и перехвачены кожаным шнурком, но несколько непослушных прядей падали на высокий лоб.
Резкие, словно высеченные из льда черты лица: острые скулы, прямой хищный нос, волевая линия челюсти. Но главное — глаза.
Светлые, почти прозрачные, серо-голубые. Они напоминали воду в горном озере — кристально чистую и смертельно холодную.
Он смотрел на меня так, словно видел насквозь. Не раздевал взглядом, как это делали мужчины на балах, а сканировал. Взвешивал каждый мой вдох, каждый жест, каждую мысль, которую я пыталась скрыть. Оценивал. Изучал.
Я невольно выпрямила спину и вздёрнула подбородок, встречая этот взгляд. Эрог скользнул глазами по моей причёске, задержался на бледном лице и медленно опустился к платью. На его тонких губах мелькнула едва заметная, одобрительная тень улыбки.
— Садитесь, — его голос прозвучал низко, раскатисто, как отдалённый сход лавины.
Я подошла к столу. Слуга бесшумно отодвинул массивный дубовый стул. Я опустилась на него, чувствуя, как присутствие лорда давит на меня невидимой, но ощутимой плитой. Его магия — холодная, спокойная, могучая — заполняла собой всё пространство.
Стол был накрыт просто, но добротно. Большое блюдо с дымящимся запечённым мясом, тёмный хлеб с хрустящей корочкой, печёные овощи в масле. Запахи розмарина, тимьяна и дымка ударили в нос, и желудок предательски сжался, напоминая, что я не ела целую вечность.
Лорд сел напротив. Его движения были скупыми, уверенными. Он взял глиняный кувшин и налил в мою кружку густую, тёмную жидкость.
— Пейте, — просто сказал он. — Взвар на северных ягодах и травах. Согреет изнутри лучше любого вина.
Я поднесла кружку к губам. Паром пахнуло хвоей, можжевельником и чем-то пряным. Сделала осторожный глоток. Терпкая горечь сменилась мягким теплом, которое огненной волной прокатилось по пищеводу, согревая саму душу.
Он налил себе, но пить не стал. Обхватил кружку длинными пальцами, на костяшках которых белели старые шрамы, и посмотрел на меня поверх поднимающегося пара.
Молчал. Ждал.
Тишина сгущалась, становясь почти осязаемой. Я сделала ещё глоток, пытаясь унять дрожь в руках.
— Благодарю вас, — мой голос дрогнул, прозвучав тише, чем я хотела. Я откашлялась, заставляя себя смотреть ему в глаза. — За то, что спасли меня. Я... я не знаю, что бы со мной стало, если бы вы не...
— Замёрзли бы, — спокойно, даже буднично перебил он. — Ещё час, может, два. И снег стал бы вашим саваном.
Его прямота не ранила, а отрезвляла. Я сглотнула комок в горле.
— Да. Наверное. Поэтому я в неоплатном долгу перед вами.
— Благодарность — это хорошо, — медленно произнёс он, и его светлые глаза сузились. — Но меня сейчас интересует другое.
Он чуть подался вперёд, и тени от огня легли на его лицо, делая черты ещё резче.
— Как женщина в тонком шёлке оказалась в сердце моих лесов, в тридцати милях от жилья, в лютый мороз? Без плаща, без обуви, без сопровождения? Кто вы?
Вопрос прозвучал мягко, но в нём лязгнула сталь. Он не просил — он требовал правды. И я поняла: лгать этому человеку бесполезно. Он почует ложь, как волк чует кровь.
Я опустила взгляд в кружку, разглядывая своё искажённое отражение в тёмной жидкости.
— Меня зовут Лиссандра. И я использовала артефакт, — выдохнула я. — Портальный. Для перемещения на дальние расстояния.
— Артефакт? — бровь лорда чуть приподнялась. — Стационарный портал?
— Нет. Личный. Я... я сама его доработала. Основа досталась от матери.
— Сами? — теперь в его голосе звучал неподдельный интерес. — Портальная магия нестабильна и сложна. Сделать такой переход в одиночку... Это требует мастерства.
— Я знала о риске, — тихо ответила я. — Но у меня не было выбора.
— Выбор есть всегда, — парировал он, откидываясь на спинку стула. — Значит, вы не заблудившаяся леди. Вы — беглянка. Я правильно понимаю?
Я подняла голову. Его ледяные глаза смотрели прямо в душу, вытаскивая наружу все секреты.
— Да, — призналась я. — Я бежала.
— От кого? От закона?
— От мужа.
Он моргнул. Медленно, лениво.
— Муж, — повторил он без выражения. — Он избивал вас?
— Нет, — я покачала головой, чувствуя, как к горлу подступает горечь. — Он... он никогда не поднимал на меня руку.
— Тогда что заставило женщину шагнуть в неизвестность, рискуя жизнью?
Я сжала кружку так, что побелели пальцы.
— Предательство. Он изменил мне. Жестоко, грязно... прямо у нас в доме. Я просила развод, но он отказал. Сказал, что я его собственность и останусь ею, пока он этого хочет.
Лорд слушал, не перебивая. Его лицо оставалось непроницаемой маской.
— И вы решили, что смерть в сугробе лучше, чем жизнь с неверным мужем? — сухо уточнил он.
— Я решила, что свобода стоит любого риска, — твёрдо ответила я, глядя ему в глаза.
— Смелая женщина, — в его голосе промелькнуло странное выражение, похожее на уважение. — Или отчаявшаяся.
— И то, и другое.
— Имя, — коротко бросил он. — Имя мужа.
Я дернулась.
— Нет. Я не хочу, чтобы вы знали.
— Не хотите или боитесь?
— Оба варианта. Он очень влиятелен. Если он узнает, где я... Он перевернёт мир, но вернёт свою "вещь" обратно.
Эрог Скайр задумчиво постучал пальцами по столешнице.