Страница 63 из 81
– Можно сказать и так, – сдержанно отозвалась Ольга. Хотя сама Макса никогда бы так не назвала.
– Охренеть! – Танька все же вытащила сигарету. – Ему сколько, а? Лет восемнадцать?
– Двадцать два.
– Ну, я ж говорила, – вставила Марина, которая когда-то была юристом и имела наметанный глаз. – Кать, это как с медицинской точки зрения?
Катерина, к которой они все время от времени бегали на прием (свой гинеколог – это просто подарок судьбы!), охотно поделилась своим профессиональным мнением:
– С медицинской точки зрения – самое оно.
Они уже столпились вокруг Ольги, как в детстве от нетерпения дергая то за рукав, то за лацкан жакета.
– Эй, девки, потише! – взмолилась она. – Это же Версаче!
Татьяна тотчас переключилась:
– Настоящий? Не подделка? Пашка, поди, привез? Дай хоть рассмотрю.
– А то ты на мне никогда не видела, – ревниво отозвалась Света. – Тань, ты хоть здесь не веди себя, как дикая. Перед мальчишками неудобно, как ты материшься.
– Ой, а они, можно подумать, слов таких не знают. Чего выделываться-то? Сорок лет друг друга знаем. – Она вспомнила о Максе. – Так он кто такой, ну давай, рассказывай!
– Он сын Людки-китайки.
Пауза была такой насыщенной, что любой режиссер позавидовал бы. Ольга с завистью к себе самой подумала, что на сцене ей никогда не удавалось вызвать такого потрясения. Как она и думала, Таня очнулась первой.
– Ну, ты даешь, мать, – протянула она укоризненно. – Не, ну был бы просто пацан, так ради бога! Правда, Свет?
– А что такого? – Светлана пожала плечами. – Он же совершеннолетний. А Оля не замужем. Если их все устраивает, тебе-то какое дело?
Тихий голос Марины вмешался в спор, заставив других прислушаться:
– Да тут ведь вообще дело не в том, чей он сын… В любом случае у него была бы мать, которая вряд ли пришла бы в восторг.
Света блеснула зубами, которые у нее всегда были лучше всех в школе. До сих пор было видно, что свои. Или уже так удачно подделали?
– Мы с вами, девочки, уже не в той возрастной категории, которая приветствуется матерями, – заметила она.
– Да ну вас всех! – фыркнула Женька. – Положа руку на сердце я тебе завидую, Оль. И остальные тоже, только выделываются, дурочки. Чего скрывать-то? Хоть неделю бы с таким мальчиком оторваться… Только у нас духу не хватит. У меня, по крайней мере…
Оля улыбнулась ей. И стало жаль, что Женька уже не та кудрявая хулиганка, которая могла забраться на крышу школы, чтобы подслушать, что про них говорят на родительском собрании, и подставить в журнал целую россыпь пятерок. Летом бабушкой стала, с ума сойти!
– Главное, заразу от него не подцепи, – предупредила Катя.
– Ой, уж это она, поди, и без тебя знает! А чего делать будешь, когда он тебя бросит ради какой-нибудь шлюшки малолетней?
– Ну и что, Тань? – Света тоже достала сигарету – допекли такими разговорами. – Оля-то что потеряет?
Остальные подхватили:
– Зато хоть удовольствие по полной получит, а не как с нашими старичками – по большим праздникам, если хорошенько раскочегарить.
– Вон мой старше почти на десять лет, и что хорошего? Я, дура, этому радовалась еще, когда замуж выходила.
Татьяна стояла на своем. Знакомо округлила глаза, дымом – всем в лицо:
– Ага, он все время будет на тебя, как на старую дуру, смотреть!
– А это уж как ты сама о себе думать будешь, так и он тебя будет воспринимать, – заметила Светлана. Затянулась и бросила сигарету, заметно стало, что отвыкла уже.
Женька протяжно вздохнула:
– Можно подумать, ты, Таня, отказалась бы, если б такой мальчик в тебя влюбился!
– Ну, только не говори мне, что это он тебя в постель потащил!
– Я больше вообще ничего говорить не собираюсь, – заверила Ольга. – Это – мое, понимаете? Я вам сказала, кто он такой, только потому, что Люда все равно всех оповестит.
Света кивнула:
– Я уже знала. Это же она и настояла на этой встрече, с Олей хотела повидаться. У вас до мордобоя не дошло?
– А он чего сюда приперся? – опять встряла Таня. – Соскучился, что ли?
– Не поверишь. Соскучился.
У нее благодарно дрогнуло сердце: одно его появление подняло ее в глазах одноклассников на вершину хит-парада. Желанная женщина, да еще желанная молодым и красивым. Преступно молодым и неправдоподобно красивым. Самой до сих пор кажется нереальным, где уж им с ходу поверить?
– А за душой-то у него что-нибудь есть? – поинтересовалась молчавшая до сих пор Лена.
В школе она всем давала в буфете в долг, но собирала потом всю мелочь до копейки. Сейчас у нее уже была своя фирма, ставившая стальные двери. Ольге тоже она поставила – со скидкой. По этому случаю и виделись в последний раз. А когда-то они были просто неразлучны…
Таня хмыкнула, пустив дым:
– Да она и сама не бедная! Вон в голубой норке пришла! А я в пуховике китайском… Ты ему, надеюсь, хоть не платишь?
– Тань, ты в своем уме? – одернула ее Светлана. – Он же не из борделя!
Вздохнув, та пробормотала:
– А все равно это извращение какое-то, скажи, а? Мужик должен быть старше. Всегда так считалось, вспомните!
– Да ты, оказывается, консерватор, – попробовала пошутить Ольга.
– Да при чем тут! Просто нянчиться с сосунком…
Ей тотчас возразили:
– Ты со своим Мишей, можно подумать, не нянчишься! Он у тебя на кухню только пожрать и заходит.
– Ну, правильно! А что ему там делать? Мужик он или нет? Еще у плиты стоять не хватало.
– Конечно. Мужицкое дело на диване лежать!
«Опять эти дурацкие многовековые споры, которые никогда не приводят к истине, – подумала Ольга с тоской. – Зачем делать какие-то общие выводы, устанавливать правила? Все равно найдутся двое, которым захочется нарушить их все разом. Мы – эти двое. Но мы можем себе позволить это, лишь когда дело касается человеческих правил. Однако есть и закон Божий…»