Страница 28 из 77
Она встала, потянув меня за здоровую руку. Лампа осталась гореть на кухне — сюда, в комнату, доставал только тёплый жёлтый отсвет да синева зимней ночи из-за окна. У кровати она вдруг застеснялась, замерла, прикрыв ладонью пуговки на блузке, — и я сам стал их расстёгивать, медленно, неловко одной рукой, вторая всё ещё плохо слушалась. Зато не болела.
Под блузкой было бельё — простое, тонкой белой бязи, с узкой полоской ручного кружева по краю, с крючочками на спине вместо всего, к чему я привык. Оно было целомудренное и оттого почему-то волновало сильнее любого другого — как письмо, запечатанное сургучом. Я возился с крючочками, она тихо смеялась над моей однорукой неуклюжестью, помогала, и вино ещё пело в крови, и её кожа в полумраке была как тёплый свет…