Страница 62 из 80
– Откровенно говоря, вынужденная мера. Для отчета начальству, – вздохнул дознатчик и, поднимаясь, добавил: – Прошу меня извинить. Всего наилучшего.
– Честь имею, сударь, – проявил Егор вежливость, кивая в ответ. Проводив его взглядом, парень уже почти расслабился, когда от столика, где сидело семейство Ухтомских, раздался громкий, возмущенный возглас графа:
– Что вы себе позволяете, молодой человек?!
Обернувшись, Егор с интересом отметил, как вскочивший на ноги граф нависает над одним из молодых мужчин и с перекошенной от возмущения физиономией пытается отвесить ему пощечину.
– Занятно. А чего это вдруг наш графинчик так завелся? – хмыкнул он про себя. – Предложили жену в бордель продать или дочку на вечеринку с кокаином пригласили?
Между тем, события там продолжали раскручиваться. Вскочивший следом за графом мужчина, ловким движением увернувшись от оплеухи, сильным толчком отправил Ухтомского на соседний столик, зло прорычав в ответ:
– Не вам теперь характер показывать. Желаете считаться честным человеком, извольте платить долги.
– Я же сказал, что все верну. Мне нужно только немного времени, – сидя на полу с растерянным видом, прохрипел граф. – Свободных средств сейчас нет. Но как только закончу дело, все верну.
Со стола он скатился на пол и теперь сидел, даже не делая попытки подняться.
– Конечно, вернете. В противном случае, вы знаете, что будет, – хищно усмехнулся мужчина.
«Судя по всему, графинчик крепко в карты проигрался, и теперь из него должок выбивают, – сделал для себя вывод Егор. – Вмешаться? А оно мне надо? Сам играл, вот пусть сам и разбирается. Главное, чтобы эта парочка баб не зацепила. Тогда будет не отсидеться, – мысленно вздохнул парень. – Хотя странная ситуация. Насколько я помню, подобными делами на людях заниматься не принято. Из подобных людей карточные долги выбивают кулуарно, а тут почти налет. Да и парочка эта, судя по всему, не из простых. Не иначе дворянство, на службе у кого-то титулованного. Во всяком случае, манеры не подвальные».
– Я же сказал, все верну, – прокряхтел граф, медленно поднимаясь.
– У вас очаровательная супруга и еще более очаровательная дочка, так что не советую вам нас обманывать. Уж поверьте, в противном случае, они отработают все, до последней копейки, – с нескрываемой угрозой произнес вскочивший мужчина, стоя перед графом с видом, ясно говорившим, что он не шутит.
– Похоже, отсидеться не получилось, – мрачно вздохнул Егор, заметив испуганные взгляды Веры Ильиничны и юной Татьяны, обращенные к нему.
– Господа, угрожать женщинам из-за вины мужчины невежливо, – произнес парень, отставляя чашку и слегка разворачиваясь так, чтобы иметь возможность быстро выхватить револьвер.
– Юноша, ваше мнение здесь вообще никого не интересует. Сидите молча, – огрызнулся стоявший.
– Если вас, сударь, воспитывали в свинарнике, то не стоит это так открыто демонстрировать всем вокруг. Поверьте, это и без того прекрасно видно, – усмехнулся Егор в ответ.
– Вы ищете ссоры, юноша? – развернулся к нему мужчина, вздергивая подбородок.
– Ну, честь драться со мной на дуэли еще заслужить надо, – ехидно отозвался Егор. – Боюсь, вам это недоступно. Слово честь, боюсь, вам практически не известно.
– Да я тебя без всякой дуэли пришибу, сопляк! – взвыл доведенный до белого каления вышибала, бросаясь к парню.
Этого Егор и добивался. И пока непонятный катала преодолевал разделявшее их расстояние, в руке парня возник револьвер, а следом грохнул выстрел. Стрелял Егор в ногу, не желая убивать в деле, которого пока толком не понял. А вот обездвижить и получить хоть какие-то объяснения, будет в самый раз. Да и слава любителя раскидывать трупы на пустом месте ему тоже была не нужна. Пуля подбила мужику ногу, и он с воем рухнул на пол кофейни.
– Не советую, – жестко произнес парень, чуть смещая ствол револьвера и беря на прицел второго каталу. Для себя он решил пока именовать их так. – Как видите, стреляю я быстро и метко.
– Вы ведь Вяземский, – всмотревшись ему в лицо, вдруг произнес мужчина.
– Не знал, что я столь известен в определенных кругах, – удивленно хмыкнул Егор, зло, усмехаясь.
– Уж поверьте, о вас знают, – кивнул мужчина, плавно опуская обе руки на стол. – Но уверяю, вы вмешались совершенно зря.
– До проблем между графом и вами, мне и дела нет. А вот публично оскорблять дам не позволю. В любом случае, это лишнее. Так что забирайте вашего приятеля и уходите. Так будет лучше для всех, – предложил Егор.
– Пожалуй, – оценив обстановку, кивнул мужчина. – Я могу встать?
– Сделайте одолжение. Только, ради бога, не вздумайте делать глупостей. Уж поверьте, я все равно буду быстрее, – добавил парень на всякий случай.
– И не собирался, – кивнул мужчина, вставая. – Слышал, как вы на спор в летящий пятак попадаете, – добавил он, склоняясь над приятелем.
Поставив его на ноги, он потащил пострадавшего к выходу, даже не делая попытки оглянуться. Выйдя из заведения, мужчина свистом подозвал извозчика и, погрузив в пролетку приятеля, уселся сам. Извозчик, услышав адрес, кивнул и, тряхнув поводьями, погнал пролетку рысью. Убрав оружие, Егор с сожалением оглядел недоеденный десерт и, вздохнув, мрачно проворчал:
– Попил, называется, кофе спокойно.
– Егор Матвеевич, я и не знаю, как вас благодарить, – вскочив, произнесла Вера Ильинична, быстро подходя к его столику.
– Господь с вами, ваше сиятельство, – едва заметно улыбнулся парень. – Я лишь сделал то, что был должен.
– Я слышала о смерти вашего дедушки. Примите мои самые искренние соболезнования, – не унималась графиня.
– Благодарю, – кивнул Егор, жестом подзывая официанта.
– О его похоронах вся Москва почти седмицу говорила, – одобрительно улыбнулась Вера Ильинична. – Может, вы присоединитесь к нам?
– Весьма признателен, ваше сиятельство, но думаю, это будет лишним, – качнул Егор головой, заметив недовольный взгляд графа, брошенный на жену. – Вам нужно еще многое обсудить с его сиятельством. Я тут буду лишним.
* * *
Занимаясь расширением производства и постройкой мельницы, Егор постоянно прокручивал в голове события в кофейне и никак не мог понять, что же там все-таки произошло и почему та парочка вела себя столь нагло? Ни о чем подобном он никогда прежде не слышал и не читал. Понятно, что сами участники этих событий ни о чем подобном распространяться не станут, как и свидетели. Но шила в мешке не утаишь, а значит, информация все равно должна была бы просочиться.