Страница 65 из 74
На самом деле я парням не воспитатель. И ещё по академии школяров, которая выпускала будущих инквизиторов, помню: проще догнать и возглавить, чем накидывать поводок.
Впрочем, очертить границы необходимо. Поэтому всё равно добавляю:
— Кто рассчитывает вволю погулять и развлечься — валит по домам прямо сейчас. И сам объясняется со своим хранителем. Всё ясно?
Парни кивают.
— Шаха, — тычу в него пальцем, — слушаться как меня.
И вижу, как скисает довольная рожа Шаха. На самом деле он хотя и одиночка, у него отличные организаторские способности. И потихоньку подтянуть такого человека в команду я не прочь. Пусть тренируется.
— Есть, командир, — спокойно говорит Егор.
— Ясно-понятно, — кривится Палей.
И я, схватив за холку невидимого химеринга, открываю портал по координатам. В место, получившее название «Чёртово ущелье» ещё лет триста назад.
* * *
Вокруг — красивейший пейзаж, хотя ущельем я бы всё это не назвал. До гор, кажется, рукой подать. Перед нами опушка леса, а справа — ярко-зелёный луг с частыми вкраплениями типа холмиков, покрытых большими белыми цветами. Приглядываюсь к нему
Морок. Вот так сразу, на входе?
— Это болото, — предупреждаю негромко.
За лёгким мороком, рассчитанным на обычного человека, я вижу грязную коричневую топь. На кочках, правда, действительно растительность, но ни разу не цветы, а хилые кривые низкие деревца.
— А я вижу! — с восторгом откликается Палей. — Офигеть, блин, вижу через морок.
— Он на простых людей рассчитан. А ты не только одарённый, но и оборотень.
Неторопливо идём к лесу, когда окружающая действительность резко меняется. Болото сбоку предстаёт во все красе. Впереди угрожающе шумят чёрные деревья, небо застилают низкие тучи. И ветер сбивает с ног — причём не отталкивает от жуткого леса, а, наоборот, гонит к нему.
В следующую секунду в двух шагах перед нами возникает чудище величиной с большого пса: жабья морда, бурая шерсть, на голове стоят дыбом гнилые водоросли.
— Ходу нет! — орёт тварь, подпрыгивая на добрый метр в высоту.
И получает с двух правых по файерболу — от Шаха и от Егора. Но огненные шары пролетают сквозь тварь, тут же исчезнувшую.
Шах матерится, потому что перед нами опять мирный пейзаж. А на самой опушке, на краю болота, спрятанного под лужком, стоит мелкая девчонка в красном платье и машет руками будто мельница.
— Спасите-помогите! — орёт она тонким голосом. — Маги!
Хлоп! Тучи, чёрный лес, ветер, жабья харя вопит:
— Пшли вон! Пшли отсюда!
Здоровенная сосулька Палея протыкает её насквозь, тварь опять исчезает, а пейзаж проявляется. Вместе с девочкой, которая визжит:
— Родненькие, люди, спаси-и-и-ите!
Хлоп! Тучи, ветер, жабья харя:
— Ходу нет!
Шах ничего не делает, а пацанов я хватаю за синхронно поднятые руки. Нет смысла тратить эфир.
Хлоп — девочка вдали.
Хлоп — жаба рядом.
Хлоп..
На пятой перемене реальности мне надоедает. Цепляю удавкой тьмы умоляющую о спасении девчонку и резко притягиваю к себе.
И вот теперь деться ей вроде бы некуда. В моих руках бьётся чудище в красном платье, неимоверно сильное, пытается достать меня длинным раздвоенным языком. Недолго: Шах от души прикладывает чудищу по башке, и оно растворяется в воздухе..
..чтобы возникнуть сзади Палея и со всех сил толкнуть его на Егора.
Падают оба.
— Спасите-помогите! Маги пришли! Пшли отсюда! — завывает чудище, а голова у него уже девчоночья.
Я вдруг обнаруживаю, что мои парни свалились в болото, а мы с Шахом стоим на берегу. И болото глубокое, одни головы видны. Палей держит царевича за шиворот, второй рукой колотит по коричневой мути.
Шах кидается к ним, спотыкается, валится сверху — потому что болота рядом больше нет. Оно метрах в двадцати от нас. Вокруг тучи и ветер, а чёрные деревья уже перед самым носом.
А над кучей, образовавшейся из моих напарников, болтается в воздухе жабодевчонка, явно схваченная за шиворот, и исчезнуть почему-то не может. На Шахе, матерящемся сверху кучи, восседает с самым невинным видом чёрный кошак. Глаза только очень злые.
И тут до меня доходит.
Во-первых, это всё — морок. Вполне качественный, но не слишком сильный. Вон, болото не удержалось. Зато этот морок двойной: и девчонка, и чудище, и чернота с ветром. И лужок, который временами проступает за ними. Наложение реальностей. В какой-нибудь да и сгинешь.
Во-вторых, на Крайта морок не действует. Вот почему при первой моей встрече с лешим отлично его ловил — видел правду. Покусать толком не смог, леший всё же высшая нечисть, а видеть — видел.
Но будет неплохо, если и мои напарники сами поймут, что происходит. Тем более что смеяться мне не хочется: слишком бесит. Зато начинает ржать Шах, успевший подняться. Хмыкаю, потому что чудище в платье и с вытянувшейся почти по-человечески мордой очень забавно дрыгается, не понимая, чё такое происходит-то.
Морок довольно быстро спадает, в том числе с лужка. Мы наблюдаем реальность: опушка леса, болото, недалёкие горы.
— Ну и тварь! — Шах сплёвывает.
А в невидимых зубах Крайта уже покорно висит до смерти перепуганная болотная нечисть в своём истинном облике: пучеглазая морда, грязные патлы, короткие лохмотья вместо одежды, на тощих ногах — что-то вроде ботинок из водорослей. И мелкая, от силы полметра ростом.
— Шишига, — определяет Егор.
— Чё вы?! — подвывает нечисть. — Ну чё вы, я пошутил! Пустите! Спасите-помогите!
В общем-то, ничего плохого он нам пока не сделал. Пугал. Но в болото загнал бы точно, и вот там..
— Помогите, честную нечисть убиваю-у-ут! — верещит шишига.
— Отпусти, — приказываю Крайту.
Химеринг слушается, но очень неторопливо. Спускает тварь на землю медленно, покачивая в зубах.
Почуяв свободу, шишига тут же отбегает прочь и..
..останавливается.
Скалит кривые зубы, облизывается и неуверенно ноет:
— А я есть хочу! А дайте пожрать, ну чё вы! Жалко, да? Жалко?
— Может, с тобой ещё в болото сходить? — хохочет Шах. — Наглый какой, ты глянь!
— Маги! Злые! — обиженно говорит шишига. — У-у! Укушу-у! То есть это.. Хорош ржать, чё такие злые!
Мы ржём уже вчетвером, отчего шишига съёживается и просительно выпаливает:
— Ну дайте пожрать-то, раз не боитесь!
— И чем питаешься? — спрашиваю я.
— Так крови дай! — приободряется шишига. — Чё? Ну капельку. — И тут же добавляет: — Лучше две..
Щаз-з-з. Я навок-то кровью исключительно по делу кормил.
Но Егор лезет в рюкзак и кидает шишиге печенье:
— Лови!