Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 12 из 17

Я тяжело выдохнула, чувствуя, как к глазам от злости и подступающей усталости подкатывают глупые слезы.

Майор посмотрел на меня без капли своего обычного ехидства. В его серых глазах мелькнуло такое понимание и теплота, от которых мне стало неудобно за свою вспышку. Он сделал шаг вперед, мягко обнял меня за плечи и прижал к своей теплой, надежной груди, облаченной в белую теннисную рубашку. От него пахло морем и хорошим гелем для душа.

— Все, Шторм, — спокойно сказал Тифлисов, поглаживая меня по спине. — Объявляю безоговорочную капитуляцию. Майор уходит в запас без права восстановления на время отпуска. Ты абсолютно права. Вокруг просто люди. Обычные, богатые, скучные люди со своими глупыми секретами. А у нас с тобой — первый совместный отпуск. И Эштон не отправил бы нас в болото кашалотов, значит здесь действительно можно просто расслабиться.

Он чуть отстранился, заглянул мне в глаза и улыбнулся такой обезоруживающей улыбкой, что я забыла обо всех несчастьях и страхах предыдущей недели.

— И раз уж у моей любимой Дарины Сергеевны так решительно испортилось настроение от вида чужого отдыха, я знаю единственное верное средство. По крайней мере, с моими парнями из отдела всегда работало, а больше мне особо не на ком было тренироваться.

— И что ты делал, если в вашем убойном отделе портилось у всех настроение?

— Ну очевидно же, Дарина. Я предлагал перекусить. Это всегда работало с парнями. А если верить указателю, то за этими тремя виллами должен быть ресторан.

Я шмыгнула носом, чувствуя, как злость улетучивается, уступая место легкому голоду и законному женскому триумфу.

Мы пошли к возвышающемуся корпусу, расположение которого обещало потрясающий вид на воды залива и в эту минуту я искренне попыталась убедить себя, что у нас впереди только безмятежное море и полное отсутствие любых проблем. По крайней мере, мне очень хотелось в это верить.

Глава 6. Пасту и пиццу не предлагать!

Ресторан «Белых бунгало» почему-то мне отчаянно напоминал операционную, в которой вместо скальпелей использовали серебряные приборы, а вместо наркоза — ледяное шампанское, и я никак не могла отделаться от этих мыслей. Ровно четырнадцать столиков, расставленных на таком расстоянии, что любой тихий разговор тонул в шуме декоративных водопадов и мягком рокоте Персидского залива за панорамным стеклом с приоткрытыми панелями. Никаких тебе скрипачей или саксофонистов. Легкая музыка вперемешку с трелями птиц в зале, конечно, присутствовала, но источника звука не было видно — очевидно, транслировалась запись. Здесь не было случайных людей, только гости вилл и обслуживающий персонал, который тоже был практически невидимым.

— Полагаю, эта тишина стоит дороже, чем годовой бюджет небольшого европейского города, — хмыкнул мой майор, присаживаясь за столик с номером 14, где уже стояли свежайшие напитки и легкие закуски.

— Они что, следили за нами? — подала новую мысль Тифлисову я, покосившись на тарелку моего любимого слабосоленого лосося с каперсами.

— Было бы интересно увидеть их кухню... — задумчиво протянул он.

— То, что ты любишь готовить, Вадик, я помню. Твои ужины, которые ты мне таскал в офис во время следствия, я потом не раз вспоминала холодными вечерами дома.

— Но не настолько, чтобы позвонить, да? — Вадик прищурился.

— Да я не про это, — пришлось срочно прятать откуда ни возьмись появившееся смущение за новой темой. — Я просто удивлена твоим интересом к кухне на отдыхе. Полагаю, с тобой можно вообще не заморачиваться по отелям и смело брать апартаменты у моря. Тем более, что Эштон же не всегда будет у нас поблизости.

— Не ехидничай, Шторм, — широко улыбнулся Вадик. — Во время отпуска меня интересует исключительно внутренняя кухня этого чудного местечка, где напитки и салаты появляются сами собой и каким-то чудесным образом совпадают с вкусами моей девушки, а соседи нападают на вновь прибывших ради каких-то простыней. Поэтому внутренняя кухня "Белых бунгало" меня интересует точно, но полагаю, их центр управления находится не среди дымящихся сковород. А по поводу Эштона... Что-то мне не нравится, что ты постоянно восхищаешься мужиком, у которого под самым носом оттяпали пол-отеля, а он этого даже не заметил, пока мы не вмешались.

Я снисходительно хмыкнула и сделала глоток минералки.

— Между прочим, Вадик, Эштон — очень глубокий и верный человек. Я тут мимоходом выяснила, что у него есть жена, с которой они вместе еще с юности. Женаты уже лет пятнадцать, не меньше. Она из местных, из очень консервативной эмиратской семьи, но они почти не выходят из дома. У них трое детей, между прочим. И мне почему-то кажется, что он женился на ней вовсе не потому, что здесь за брак с местной девушкой государство дает приличное приданое и кучу льгот. Бывает в жизни и настоящая, большая любовь. У меня такие мужчины всегда уважение вызывали.

Вадик перестал жевать свой салат. Он удивленно приподнял бровь и уставился на меня так, словно я только что зачитала ему секретную депешу из Интерпола.

— Погоди, Шторм. Мы в Рас-эль-Хайме четыре дня. Откуда у тебя эти подробности восточного экспресса?

— Это же элементарно, майор, — победно улыбнулась я. — Просто поболтала немного с Фатимой, пока покупки утром выбирала. Женщины всегда найдут общий язык, если тема касается мужчин, даже если у этих женщин совсем разные менталитеты и взгляды на жизнь.

Тифлисов на секунду замер, а потом его лицо расплылось в широченной, понимающей ехидной улыбке. Он откинулся на спинку кресла, сложил руки на груди и покачал головой.

— Ну, теперь все понятно, — кивнул он. — Теперь абсолютно ясно, на чем именно в тот момент был сфокусирован твой мозг и почему ты даже не заметила, как выбранное тобой микро-бикини легким движением руки Фатимы превратилось в глухое буркини.

Я открыла рот, чтобы возмущенно заявить, что это была спланированная диверсия, а не моя невнимательность, но защищать свою девелоперскую честь почему-то совершенно не было сил. Усталость предыдущих дней накатывала такой же волной, как море в неспокойные времена, и мы замолчали, решив временно объявить перемирие с тайнами этого курорта и просто насладиться моментом.

Вадик подцепил вилкой ломтик какого-то запеченного деликатеса с сыром, а я отправила в рот нежнейший мусс из авокадо с креветками.

Мимо нас прошел официант с тележкой. На ней стояли два закрытых блюда, бутылка воды, два бокала и карточка с номером пятой виллы.