Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 5 из 46

— Ты, что, опять подменила Женю? — удивлялся Степан, обнаружив девушку уставшей после ночного дежурства.

— Инга, займи десятку! Во, как надо! — рубил ребром ладони себе по горлу, молодой рентгенолог, — Отдам с получки!

Женька и Степан дружно семафорили, — «Не давай!» — и потом выговаривали подруге, — Все, прощай денежки! Ты знаешь, что «Снимок» в долгах, как в шелках? Его «отдам с получки» стало притчей во языцех! С какой получки, если они расписаны на полгода вперед⁈

Инга пожимала плечами и отмахивалась: «Мне не трудно!» А друзья обижались и отдалялись, считая ее подхалимкой и выскочкой. К окончанию интернатуры Инга осталась одна, хотя внешне это, пока, оставалось незаметно.

Еще два года ординатуры и вот, молодой торакоабдоминальный хирург, с гордо поднятой головой и наполеоновскими планами спешит в областную больницу для применения своих знаний и облегчения страданий страждущих. Каково же было удивление Инги, что в эту же больницу, в хирургическое отделение был направлен и молодой хирург Степан Семенович Петренко, бывший сокурсник и почти бывший друг.

Последняя стычка, которая и проложила границу между ними, врезалась Инги в память до мельчайших подробностях.

Они тогда ассистировали при удалении полипов в толстой кишке пожилого мужчины и, при назначении послеоперационного лечения, Инга, довольно резко раскритиковала Степу, назвав его доисторическим ящером.

— Зато ты у нас «Алиса из будущего» — парировал ее выпад Степа, зыркнув в сторону, подслушивающего их перебранку, младшего медперсонала, — Где же твой миелофон? Это же с его помощью ты умудряешься знать обо всем на свете? Поделись, не будь жадиной!

— Гулять меньше надо и девочек по углам тискать! Тогда никакой миелофон не понадобиться! — огрызнулась девушка.

— Так ты ревнуешь? — ухмыльнулся парень.

— Вот еще! — гордо вздернув подбородок и резко развернувшись, так, что высоко зачесанный «конский хвост» взвился в воздух, девушка рванула на выход. Не дождется он вида ее смятения! Никогда!

* * *

Степан дулся долго. Поначалу Инга переживала и пыталась извиниться, понимая, что перегнула палку, при всех усомнившись в компетенции лечащего врача, но парень, что называется, «закусил удила» и на контакт идти не собирался. На все девичьи попытки проломить выросшую между ними стену, Степка отвечал, — Ящеры тупые, безмозглые и с будущими светилами медицины дела не имеют, извини! — разводил руками и добавлял, — Мы ж по земле ползаем, куда нам, грешным, до неба!

И девушка плюнула… На «нет» и 'суда нет". Жаль, что у Степки оказался скверный, злопамятный характер.

А ведь парень ей поначалу даже нравился. И не только внешне. Хотя, вечно торчащие «ежиком» непокорные волосы, широкие брови над умными, меняющими цвет от голубого до серо-зеленого, глазами, красивая линия губ с едва уловимой, светлой, улыбкой, делали Степку привлекательным для противоположного пола. Но не внешние данные, а его жажда к знаниям, усидчивость, умение подмечать мелкие детали и добиваться результата, открыли доступ в девичье сердце. Ведь Инга помнила, как они вместе пропадали в университетской библиотеке, как обсуждали новые способы и препараты лечения тяжелых больных, как спорили до хрипоты, защищая свою точку зрения…

Но, как открыли, так и закрыли. Два сильных характера никак не могли найти компромисс и разошлись в разные стороны, как корабли в открытом море.

Женька, конечно же, встал на сторону друга и Инга осталась одна. И вот, одна клиника, одно отделение и два хирурга, подчеркнуто вежливых друг с другом.

— Доброе утро, Степан Семенович!

— Доброе утро, Инга Денисовна!

Первое время девушка дергалась, чувствуя за собой вину, но работа отнимала все силы и она постепенно просто привыкла к холодной, отстраненной вежливости мужчины и больше не обращала на него внимания.

Операции, больные, назначения — это ее жизнь и пока не пошли метастазы от ампутированной дружбы, в виде комплекса упущенных возможностей, остальное можно просто прижечь игнором, словно раковую опухоль химиотерапией.

Она и здесь умудрилась стать первой, что неудивительно при трудоспособности Инги. Через два года упорного труда, ее кандидатуру предложили на смену, уходящему на пенсию, зав отделением. Тут то и начались неприятности. Сначала до девушки дошел шепоток, будто–бы Степана Семеновича Петренко незаслуженно игнорируют и ставят на те операции, что изначально имеют неблагоприятный исход. А вот Инге Денисовне, наоборот, достаются исключительно легкие, с позитивной картой послеоперационного периода.

Санитарочки сплетницы понимающе кивали головами, мол, знаем, знаем каким местом молодой хирург продвигается по службе. Кругом один блат. Однако всегда замолкали, стоило девушке появиться на горизонте.

Инга попыталась узнать, откуда поползли такие слухи, но так ничего и не добилась. Санитарки или опускали глаза, или наоборот, делали удивленное лицо, что ни сном, ни духом, ничего такого не слышали и девушка отступилась.

А потом решила, что на каждый роток не накинешь платок. Ну, говорят, мало ли у нее недоброжелателей. Коллектив в больнице большой, всем все равно невозможно понравиться. А со Степаном она больше не сталкивалась, работая в ночную смену, поэтому подумала, что так его воздыхательницы пытаются привлечь внимание мужчины к своей персоне. За чужой счет, разумеется, очернив потенциальную соперницу.

Но однажды, заканчивая дежурство и уже собираясь домой, Ингу остановил Степан, — Инга Денисовна, можно на пару минут? Есть разговор. — отводя взгляд в сторону, обратился он к девушке.

— Да, конечно! — улыбнулась она в ответ, обрадовавшись, что мужчина сменил гнев на милость.

— У меня сегодня по плану операция. Женщина. Онкология шейки матки, вторая стадия. — мужчина смущенно потер кончик носа, — Тут такое дело, мне сегодня край как нужен отгул, а Зав. не дает. Подмени, а? А я потом за тебя отработаю, когда скажешь?

— Историю можно посмотреть? Анализы, диагностика, назначения?

— Все в порядке. Сейчас тебе принесут.

— Хорошо. — Инга кивнула, хотя организм требовал отдыха и еще одна смена была для девушки тяжелым испытанием.

Степан просиял и тут же заторопился, сославшись на нехватку времени. А она так и не поняла, кто ей принесет историю больной, как фамилия оперируемой и что за срочность погнала коллегу прочь, толком не введя ее в курс дела. Инга пожала плечами и пошла вновь переодеваться, решив, что разберется по ходу дня.