Страница 74 из 88
Глава 25
Тем вечером мы всё-таки притащили матрас в нашу башню. Не стали никому приказывать, просто мы с Рошером сходили в комнату, которую приготовили для меня, и сняли там матрас с постели — здоровенный и тяжеленный, просто перина какая-то. И долго его вкорячивали наверх по лестнице. Лэрик сначала сверху давал советы, потом спустился и стал нам снизу мешать, потом мы его шуганули — и он над нами издевался и показывал пальцем, пока не вышла Глейза и не начала хихикать уже над ним.
В том смысле, что некоторые августейшие особы даже командовать не умеют толком.
Короче, мы больше ржали и толкались, но матрас всё-таки затащили.
И Лэрик очень скептически на него посмотрел.
— И не делай такое лицо, — сказал я. — Сегодня мы спим здесь, точка. Я не могу снова блоки ставить, второй раз мне просто не поверят. А нам надо уехать завтра.
— Здраво, — задумчиво сказал Лэрик. — А эти? — и кивнул на Глейзу с Рошером.
— Им, может, ничего и не грозит, — сказал я и, уже сказав, сообразил, что могу сильно ошибиться. — А может, и грозит. Если гадам опять будет нечего жрать ночью, они могут и к Глейзе пойти.
— Гадам⁈ — поразился Рошер.
И я им тогда рассказал, что видел и слышал ночью.
— Поэтому я тогда и нарисовал на тебе защиту кровью, — сказал я Лэрику.
— Тебе надо посмотреть и наше с Рошером зеркало, — сказала Глейза. — Не может быть, чтобы меня не контролировали.. эти..
— А эти — это кто? — спросил Рошер. — Ребята, я убей не понимаю, что это за твари и откуда они лезут! И что это за баба с нежным голоском.. кошмар какой-то.. как из какой-то дурацкой книжки про привидений..
Августейшие переглянулись — устало.
— И нечего переглядываться, — сказал я. — Я тоже таким был. Ничего не знал, вообще ничего — а ведь я не простец, я хоть чувствовал! А вы ещё упырём его называли.. Да Рошер просто попал ко двору, как цыплёнок в суп — и всё это время его шпыняют со всех сторон. Вот, родители им кормятся, государыня им кормится.. Ильсора, кажется, тоже не прочь кусочек отгрызть. А он даже не понимает, что происходит, просто — плохо, тоска, куда ни повернётся — всё не в ту сторону..
— Ну вот, — огорчилась Глейза, притянула Рошера к себе и потёрлась щекой о его щёку. — Так больше не будет, не думай..
Рошера тронуло, он взглянул благодарно и нежно. Он и не думал злиться или что-то в этом роде. И в этот момент я особенно остро понял, что за Рошера тоже отвечаю.
Он белый и он наш.
— Надо всё время следить, чтобы больше никогда не было, — сказал я. — Вся беда в том, что вы его не понимаете. Вы же другие, вы чувствуете по-другому.. он не просекает, а вы его дураком считаете..
Лэрик вздохнул.
— Ладно, сюпруг, — сказал он с грустной улыбкой. — Прости, если что. Так больше точно не будет, мы присмотрим.
Он протянул руку Рошеру — и мы с Глейзой тоже потянулись, или нас потянуло. И ещё раз, когда мы соприкоснулись ладонями, я ощутил этот фейерверк внутри, эту весёлую вспышку Дара, только ещё сильнее и ярче! Словно встала на место важная деталька — и цепь замкнулась, и всё теперь по-настоящему работает!
У Рошера щёки вспыхнули.
— Ого! — удивился он и хихикнул. — Слушайте, фокусники, как вы это делаете? Я как бокал с шипучкой: радость поднимается пузырьками! Это ты, конфетка?
Глейза обняла его за шею и покачала головой.
— Это мы все, — сказал я. — Мы сейчас закончили обряд. Теперь мы впрямь Четверо.. такие дела..
— Правда⁈ — обрадовался Лэрик.
— Как Эральд и его друзья? — поражённо спросил Рошер.
У него лицо осветилось изнутри. И Глейза захлопала в ладоши.
— А что вы радуетесь-то? — спросил я и сам улыбнулся. — Ребята, это же клятва. Думаете, нас просто так судьба свела, что ли? У нас ведь есть.. цель есть, я думаю. Нам надо что-то важное сделать. Может, Святую Землю спасти, корону или весь мир.. а по факту мы себя спасти не очень можем.
— Главное, непонятно, как! — выдал Лэрик так возмущённо, будто судьба ему нарочно не говорит, из вредности.
— Ну, для начала, мессиры, нам как-то надо не угробиться, — сказала Глейза несколько даже кокетливо. И вдруг вздрогнула. — Слушай, Валиен, а ведь Даурин, когда к тебе пристал и проповедовал, что дворец не место для оккультных упражнений.. Он ведь про зеркало говорил же! Ты защиту нарисовал. Это и есть оккультное упражнение, да? Я тогда как-то пропустила, а сейчас..
— Да, — сказал я. — Первое, что я подумал, если честно. А потом.. вдруг у них кто-то по-настоящему чувствительный есть? Тогда я уже наупражнялся достаточно, чтобы заметили. Смотри: принца Эскеля упокоил. С вампиром разговаривал. С Оуэром.. между прочим, мой отец здорово испугался за нас задним числом, когда я ему рассказал про Оуэра. Это очень опасное существо.. нам просто повезло, что с нами оно стало играть.
— Ничего так.. — протянул Лэрик. — Знаете, что? Мы сегодня останемся здесь. Не пойдём к вам, Глейза. Не надо. Может, мы с сюпругом что-нибудь пожрать раздобудем — и сюда принесём, чтоб вам не спускаться. Ну или уж надо всем идти вниз, в подвале до завтра сидеть.. но это ведь уже малость перебор, да?
— У меня такое чувство, что сейчас за нами будут присматривать, — сказал я. — Внимательно. И если мы пойдём в подвал, то всем им сообщим: вот, у нас штаб-квартира в подвале, где зеркало и прямая возможность творить всякие оккультные упражнения. И вообще.. они запросто решат, что мы слишком умные. И опасные.
— Ну и всё, — сказал Рошер. — Останемся, значит.
— Вы — на диване, — распорядился Лэрик. — А мы с Валиеном на этом матрасе как-нибудь одну ночь промучаемся.. Принц и принцесса крови, бездна! Во дворце своих предков! Воззри, Господи, на этот идиотизм и издевательство!
— Если мы вообще будем спать в эту ночь, — вдруг ляпнул я.
И они все посмотрели на меня.
— Вы приготовьтесь, — сказал я. — К чему угодно. Есть у меня ощущение, что мы все очень сильно провинились. И как дальше пойдёт.. вообще не представляю. Может, государь прикроет, конечно..
— Скорее бы уже уехать, — вздохнула Глейза.
Никто не стал спорить. При том, что у меня было ощущение, будто бойцы из нас — как из веника винтовка..
А почему казалось, что тут, в башне, безопасно — это я не понимал. Но казалось — и башня очень нравилась Дару. А я уже хорошо понимал, что на него полагаться можно, даже нужно. И положился.
Тем более что было невероятно уютно с моими августейшими и Рошером. Будто своих братьев и сестру нашёл.. незнакомое чувство, я ж у мамы один был.. а сестрички, дочери Шельда, почему-то.. ну, в общем, они очень славные, но с ними и близко ничего подобного я не чувствовал.