Страница 44 из 88
— А ты знаешь вампира по имени Лео? Князя Лео? — спросил я.
Оуэр хихикнул:
— Как можно его не знать!
— А можешь позвать? — я обнаглел окончательно.
— Ты чего! — удивился Оуэр. — До Сумерек далеко!
— Так темно же!
— Ты псих, — сделал вывод Оуэр, мотнул головой — и струёй искр растаял в зазеркальной темноте.
И темнота потихоньку рассеялась: отражение лаборатории проступило сквозь неё. Зеркало как зеркало.
И мы все выдохнули.
— И что это было? — спросил Лэрик. — Что он вообще такое? Ты понял? Я не понял. Но мне тут разонравилось как-то..
— А я-то думал, можно уйти в зеркало, — сказал Эскель горестно. — Ничего не выйдет.. а этот свет.. он хороший. Он меня греет, он добрый. Видно, впрямь нельзя, ничего не попишешь..
И вот в этот-то момент Дар во мне ка-ак.. Я ощущение узнал!
Зеркало так осветилось золотым, будто за ним, в той другой лаборатории, зажгли десять электрических ламп. И Лео собрался из света и сиганул через раму. Каким-то образом эти типы вообще стекла не чувствовали.
Лео показался мне почти бесплотным. Если ночью он выглядел почти совсем как живой человек, то сейчас — только чуть-чуть более реально, чем Эскель. И в первый миг я подумал, что он ужасно сердится: глаза у него горели натуральным недобром.
Но тут Глейза восхищённо выдохнула:
— Ах, мессир, неужели вы настоящий вампир⁈
И Лэрик поклонился, очень серьёзно и с глубоким уважением. А я сказал:
— Лео, ты не представляешь, как я тебе благодарен! Вот всей, всей душой! Потому что я же совсем не знаю, что делать! Я тебя разбудил, да? А если ты выпьешь крови, тебе будет легче, да?
И Лео как-то вдруг легко улыбнулся.
— Пресвятой Боже, — сказал он с выражением и насмешки, и досады, которая почти отпустила уже, — как трудно с детьми!