Страница 62 из 174
Глава 14
Так вышло, что мы выбрали очень удачный момент. Вернее, момент образовался сам.
Я думаю, если бы Норфин чувствовал себя лучше, приступ ярости у него случился бы гораздо серьёзнее. Я видел его в бешенстве — сильное зрелище.
Но после атаки у него сил не было. Он только взглянул на меня укоризненно:
— Это ж та вот самая паскуда! Шавка Хаэлы, королевский прихвостень. Говорили же, что его на фронте шлёпнули.
Индар вдребезги светски и вдребезги иронически раскланялся. Тарл глухо зарычал, но у него тоже не было сил немедленно дать Индару по морде — хоть явно ужасно хотелось. Барн, устроившийся в широком кресле в обнимку с принцем, даже напрягся: не понадобится ли кого-нибудь спасать. Я кивнул ему, что с некоторых пор означало у нас, что всё в порядке, и сказал Норфину:
— Положим, его впрямь шлёпнули. А леди Карла взяла духа в плен.. ну или спасла от адских гончих. И он даже тогда помог ей, а теперь очень помогает мне. Вы помните, мессир маршал, как я сказал, что раздобуду вельможу с огромным опытом, образованного, того, кто разбирается в политике и дипломатии? Так вот — перед вами этот вельможа. Перелесец. В курсе всех интриг перелесского двора. Наш союзник. Помните, как вы обещали, что будете общаться с таким человеком любезно?
— Но мне и в голову не могло прийти, что ты.. Индар, гадюка, как у тебя наглости-то хватило?
Мне даже показалось, что к злости Норфина примешалась изрядная толика отчаяния.
— На что? — наивно удивился Индар. — О какой наглости мессир маршал изволит говорить?
— А и впрямь, о какой? — спросил я. — Ведь мессир Индар спас вам жизнь, ваше высокопревосходительство. Это он предсказал атаку и поднял тревогу.
— Без чинов, — буркнул Норфин. — Неужели этот?
У него впрямь в голове не укладывалось.
Индар закатил глаза и воздел руки с видом «Господи, видишь ли эти цепи?!» С его фарфоровой безмятежной маской всё это выглядело малость пародийно.
И очень, очень издевательски. Норфин аж смотреть на Индара не мог, его крючило, как от зубной боли. А Индара, если я правильно понимаю этого типа, положение страшно веселило. Опасность миновала, теперь можно слегка поразвлечься — как-то так.
— Ну вот что, — сказал я. — Давайте будем себя держать как взрослые люди. Если бы у нас с вами были другие консультанты по политике Перелесья, неужели я стал бы вас заставлять общаться с Индаром, мессир маршал, как вы думаете?
Норфин знал, что я прав. Просто ему было очень тяжело согласиться.
— Поздно дёргать лапками, Норфин, — сказал Индар. — Вы уже вляпались в политику по самые уши, у вас выхода нет. Этой ночью вас точно должны были посетить мысли о бренности, а?
— Это вот у вас считается за аристократическую любезность? — с тоской вопросил Норфин.
— Нет, — немедленно ответил Индар. — Это и у нас считается за сарказм.
— Не придавайте большого значения форме, мессир маршал, — сказал я. — Индар не умеет иначе. Он будет ломаться, сыпать оскорблениями и тыкать в больные места. Попробуйте принять это как тренировку.
— Тренировку? — Норфин так удивился, что даже беситься перестал.
— Когда унтер гоняет по плацу новобранцев, он с ними тоже не слишком любезен, — сказал я. — А вы, я бы даже сказал, мы с вами — такие же новобранцы в политике. Зато Индар в ней повоевал, у него серьёзный опыт. Мне представляется, что он правильно делает, когда нас гоняет.
Норфин мотнул головой — и ухмыльнулся:
— Ну и жох же ты, Клай!
— Приходится, — сказал я. — И у меня есть вопросы. Более важные, чем очевидная необходимость помощи Индара. Выслушаете, мессир, или вы слишком устали?
— Выслушаю, — сказал Норфин. — Куда ж деваться.. отдохнём, когда подохнем.
Индар хохотнул — и, к моему удивлению, Норфин проникся юмором ситуации и ухмыльнулся в ответ.
— Отлично, — сказал я. — Тогда скажите вот что: когда мы только что прибыли, вы определили нам для жизни покои камергера. Но спустя пару часов переиграли и отправили нас в квартиру Индара — туда же отнесли и наши вещи. Что побудило вас изменить решение?
Норфин задумался. За этот день произошла адова уйма событий, Норфин как-то упустил из виду этот момент — и я утвердился в мысли, что это не его продуманное решение. И он не помнит чьё.
— Прошу прощения, мессир маршал, — кашлянул Тарл. — Раз уж у нас такой разговор зашёл.. ведь было-то при мне.
— Говори! — напрягся Норфин.
— Это ведь Дайр распорядился, — сказал Тарл. — Он вам об этом сообщил между делом. Вы ещё удивились..
— Точно! — вспомнил Норфин. — Я спросил, почему туда, а он сказал, что так во всех смыслах безопаснее.. чтоб всё это чернокнижие было всё-таки в сторонке от Резиденции Владык. Да и потом, кроме женщин.. вдов этих самых.. все живут в кольцевом флигеле, ещё со времён короля..
— Он сказал между делом, а вы были заняты и согласились, — кивнул я.
— Так и было, — мрачнея, подтвердил Норфин.
— Вы говорили Вэгсу, что Дайр и Гилор — верные люди, которые смогут помочь вам управиться с ситуацией, — сказал я. — Но, похоже, они больше мешают. Дайр уж во всяком случае.
— Штабные мутят что-то, — согласился Тарл. Я здорово удивился, когда он явно принял мою сторону. — Зачем было личную охрану отселять в другой корпус? Какой смысл? Явно ведь неспроста.. не слушали меня, мессир..
— Есть варианты, — сказал я. — Вас ещё никто не предупредил, что трогать чужие вещи не просто неэтично, а прямо опасно? Так вот, нас ведь отправили в апартаменты чернокнижника. Если человек имеет хоть отдалённое представление о проклятиях, почему бы ему не рассчитывать на то, что мы будем прикасаться к проклятым предметам? В общем, выглядит очень нехорошо.
— Нет худа без добра, — сказал Индар. — Без нескольких полезных вещиц, которые на наше общее счастье никто не стырил из моего жилища, мы, скорее всего, прозевали бы атаку и вас, Норфин.
— Только человек, отправивший нас в твои апартаменты, ни сном ни духом не представлял, что ты будешь с нами, — сказал я. — Вдобавок он наверняка был не в курсе, что ты проклинаешь только спиртное.
— Вообще-то не только, — заметил Индар. — Но ты прав.
— Вам надо переселяться, — сказал Норфин. — В покои камергера, как мы с вами и планировали.
Барн кашлянул, привлекая к себе внимание.
— Мессир маршал, — сказал он, — а дозвольте нам с их светлостью сейчас туда пойти? Ему ведь и сидеть-то тяжело, весь день с нами пробегал, всю ночь не спал.. не заболел бы.
— Вообще-то он уже не в пелёнках дитя, — проворчал Норфин.