Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 8 из 54

Глава 6

Юлиана

Салон автомобиля шикарен. Кожа доминирует. И она не просто гладкая и приятная на ощупь, она живая, с естественной текстурой. Сиденье настолько удобное, что буквально обволакивает.

Мы движемся по городу, и вдруг телефон босса оживает. На экране высвечивается женское имя. Артур Евгеньевич не задумываясь берет трубку. Голос становится мягким и льстивым, он начинает любезничать, будто забыл, что я здесь, а он за рулем автомобиля.

— Привет, Элен! —произносит он, широко улыбаясь. — Как у тебя дела? Я тоже…

Внутри нарастает раздражение.

— Босс, — прерываю я его, — вы помните, что находитесь за рулем?

Он прикладывает ладонь к трубке.

— Помолчи, пожалуйста, я разговариваю. Важное дело.

Очень важное. Прямо важнее некуда. Судя по фото на экране, у этого дела светлые волосы и большая харизма. Размер третий, не меньше.

— Я не могу молчать, когда речь идет о безопасности.

Он на мгновение замолкает. Играет челюстями, затем продолжает разговор, как будто я ничего ему не сказала.

— Знаете, Артур Евгеньевич, — продолжаю я, — правила дорожного движения существуют не просто так. Они помогают избежать аварийных ситуаций и сохранить жизнь водителя и пассажиров. А вы, похоже, увлеклись и забыли об этом.

Он снова замирает, но продолжает говорить:

— Да, да, Элен, — произносит он мягче. — Я вечером буду. Нет, не на работе. Пока еще нет. Слегка задерживаюсь после обеда с родителями.

Не могу сдержать смех.

— Задерживаетесь? — переспрашиваю я. — А вы просто забыли, что везете меня в ЗАГС?

Он заканчивает разговор и кладет трубку.

— Нет, не забыл, Краснова. У нас с тобой планируется брак по расчету. Смотрит на меня с осуждением и гневом.

— Аккуратно, светофор! — указываю на дорогу и смотрю на него с таким же осуждением. — А почему бы вам не жениться на этой Элен? — вырывается у меня само собой.

Не свожу с него глаз, ожидая реакции, словно наблюдаю за шахматной партией, где каждый ход имеет значение.

— Потому что она не понравится моим родителям.

— От меня они тоже не в восторге.

— Поверь. С Элен было бы в три раза хуже.

И сует мне под нос фотографию девушки в розовом купальнике.

— Красивая фигура, — присвистнув, комментирую я, пытаясь сохранить невозмутимость. Я в купальнике выгляжу гораздо хуже. — И камушек в пупке.

— Вот именно. Как я такую отцу покажу?

— Тогда надо было брать Веру. У нее коса.

— Я уже говорил, что Верочка слишком милая.

Забавно, но в его словах звучит не только неприятие, но и скука от предсказуемости.

— Чувствую себя золотой серединой, — произношу с легкой самоиронией.

— Я, когда тебя увидел, тоже подумал, что ты ни туда ни сюда.

Его взгляд скользит по моему лицу, и я чувствую, как он оценивает меня.

— Шикарный комплимент! — с сарказмом добавляю я. — А как же вы объявите Элен, что женаты? Она же расстроится.

— Устроит истерику и вернется обратно.

Смотрю на него и качаю головой.

— Какой же вы циник, босс, женщины вас идеализируют, — вырывается у меня прежде, чем я успеваю подумать. — Моральные принципы для вас лишь средство для достижения собственных целей. Вы готовы пойти на многое ради выигрыша, не так ли? — бью точно в цель, обнажая горькую правду.

Машина резко останавливается. И я понимаю, что мы приехали. Воздух наэлектризован нашим противостоянием. Смотрим друг на друга. Мне неуютно под его темным, проницательным взглядом. Дерзкий, с его красивыми, властными глазами видит мир как поле битвы, где он, не брезгуя, хватает свое.

— А ты не такая? — его голос звучит хрипло, заставляя меня вздрогнуть. — В ЗАГС же едешь. Караул не кричишь. Мы похожи, Краснова. Тебе нужны деньги, а мне — жена.

Резко отворачиваюсь, пытаюсь унять дрожь, пробежавшую по телу. Нет. Я не такая. Я не могу быть такой.

Его слова, произнесенные с такой холодной откровенностью, бьют под дых. Вынужденная сделка с совестью. Он прав. Я еду с ним в ЗАГС, чтобы помочь родителям. Погасить их долги. Но это не его дело, пусть думает, что хочет.

Щеки заливает краской. Нет, я не такая. Его поведение — осознанный выбор, а мое — вынуждено необходимостью. Я не хочу быть ровней ему. Я бы не согласилась, если бы не родители. Я просто жертвую собой ради близких.

Он открывает для меня дверь. Подает руку. Принимаю его ладонь.

— Пойдем, Краснова. Надеюсь, у них нет перерыва на обед. Выглядишь замечательно, — говорит он, и я чувствую, как его голос окутывает меня, словно плед.

Он умеет обращаться с женщинами.

Мы оказываемся лицом к лицу. Слишком близко. Его глаза, полные уверенности, будто бы проникают в мою душу. Он делает это намеренно, старается подмять меня под себя. Чтобы я, как он выражается, слушалась его.

А я просто медлю, не желая поддаваться его природному обаянию. — У меня кольца нет, — с ухмылкой шепчу я почти в лицо боссу, но все же стараясь сохранить дистанцию. — Какого кольца? — снова смотрит на меня так, будто только что увидел впервые.

В голосе звучит насмешка. — Помолвочного, конечно! В сто карат! — отвечаю я, не сдержав улыбки.

В ответ он включает свое очарование на полную мощь. Сверлит взглядом, томно улыбается, гладит мою ладонь.

Фу! Пусть прибережет эти примочки для своих дурочек. — Сто карат, Краснова, стоят больше десяти миллионов денежных единиц Соединенных Штатов Америки. Губа не треснет? — вскидывает правую бровь. — А что, слабо? — повторяю я его же движение, и в этот момент между нами возникает напряжение, которое можно резать ножом.

Так и стоим, лицом к лицу. Уверенный в себе мужчина, привыкший получать свое, и женщина, которая не собирается ему уступать.