Страница 8 из 18
— Не поможет. — Джейдан качнул головой. — Зрение василисков устроено иначе, чем у нас. Они ориентируются на вибрации. И лучший способ избежать нападения — это замереть и не двигаться.
Я посмотрела на принца с восхищением. Он столько всего знал.
— Время истекло, — объявил зар Горрунд.
Отвечать вышел капитан команды, гном с рыжей бородкой.
— Защитное заклинание — каменная кожа, — сказал он. — Василиск будет воспринимать тебя как объект окружающей среды.
Распорядитель посмотрел вопросительно на судей.
— В ответе предложен купол тишины, гасящий вибрации, — проговорил он.
— Но ответ команды Варфер тоже принимается, — объявил один из судей.
Я бросила на сманийцев короткий взгляд. Наги стояли с недовольными лицами, но спорить не стали.
— Следующая загадка для Сманийской империи, — зар Горрунд развернул свиток с гербом Лайнарии — золотой арфой.
Ну же, ребята, не подведите! Пусть нагам достанется что-нибудь заковыристое.
— «Соната дождя» лайнарийского композитора Альберта Ферге традиционно исполняется на клавесине. Но написана она была для другого инструмента. Какого? У вас три минуты.
Я улыбнулась. Молодцы ребята, закрутили. И в Лайнарии-то не все знают. Может, и драконы не в курсе. Вон молчат.
Принц Астар не стал дожидаться окончания трех минут и вышел отвечать.
— Это ксилофон, — уверенно заявил наг. — Он напоминает звуки дождя.
Чтоб его василиск покусал!
— Все верно, — подтвердил зар Горрунд, а я скрипнула зубами.
И скорость им наверняка зачтется.
— Последний вопрос этого состязания. — Распорядитель обратился к нам. — Для команды Фрионии от Хортии.
Интересно, что там остроухие приготовили?
— Закончите строки эльфийского поэта: «Не бойся хмурых и дождливых дней, мой друг. Ибо свети нам все время солнце…». У вас три минуты.
— Ну что, кто у нас специалист по эльфийской поэзии? — Первым из ступора вышел Бернард.
Джейдан выразительно посмотрел на меня.
— Бонни? — вроде бы удивился Ксендар.
Я скрестила руки на груди.
— Я не знаю, кто это написал и тем более, что там дальше.
Принц поднял брови, а я пожала плечами. Тот факт, что мне писал стихи один конкретный эльф, еще не значит, что я разбиралась в остроухом творчестве. Я же не догадалась, что это не Андреас сочинял, а его предок.
— Раз никто не знает, будем рассуждать логически, — проговорил Джейдан, отводя от меня взгляд. — Что может быть, если все время светит солнце?
— Засуха, — предположил Бернард.
— Люди забудут, что такое дождь? — выдвинул версию Питер.
— Потеряют веру, начнут его бояться? — добавил Ксендар.
— Это должно быть что-то поэтичное. — Наш капитан задумчиво потер волевой подбородок. — Это же метафора на жизнь, на уныние…
— Дождь как слезы, — согласился Бернард. — И что будет, если никогда не плакать…
— Без дождя ничего не растет. — Я говорила мысли вслух. — Возможно, слезы нужны душе, чтобы она выросла.
— Наше время почти на исходе, — предупредил Ксендар.
— Кто пойдет отвечать? — спросил Бернард.
Джейдан уже открыл было рот, но я успела первой:
— Я пойду.
— Уверена? — уточнил принц, чем слегка разозлил.
Как будто я не понимала, какая это ответственность.
Стрельнув в Джейдана взглядом, я вышла вперед. И никто из драконов не возразил.
Заг Горрунд снова прочитал вопрос.
— Не бойся хмурых и дождливых дней, мой друг. Ибо свети нам все время солнце…
— Мир превратился бы в пустыню, — закончила я.
Это была догадка. Выстрел с закрытыми глазами. Голое чутье.
Впрочем, что нам терять? Никто из ребят не был уверен в своих вариантах. Тут повезло или не повезло.
— Все верно, — объявил зар Горрунд, и я на мгновение застыла.
Верно?
Зрители захлопали. Эльфы смотрели с удивлением, пока я возвращалась к своим парням.
— Умница, Бонни! — воскликнули они хором.
А Джейдан нагло сграбастал мою руку и, не стесняясь других, поцеловал тыльную сторону ладони.
— Моя принцесса, — прошептал он ласково, и по коже побежали игривые мурашки.
Ух!
— Это был последний вопрос, — проговорил зар Горрунд.
Судьи ушли совещаться. Игрокам предложили отдохнуть и перекусить. А после перерыва мы узнали результаты. За правильные ответы все команды получили по десять баллов. А приз за самый интересный вопрос, еще десять баллов, получили сманийцы со своим василиском. Теперь мы с нагами были вровень.
— Ничего, мы вернем себе преимущество, — успокаивал Джейдан.
Только непонятно, больше себя или команду.
Для следующего испытания зартонцы возвели в центре поля круглую арену с песком. Она была огорожена решеткой и напоминала ринг для подпольных боев, только раза в три больше.
Сражаться предстояло не нам, а созданным нами конструктам.
Каждой команде выдали по три ящика с магическими материалами. Чего здесь только не было: глина, камни, куски дерева, металлические пластины и стержни, зачарованные кристаллы и алхимические порошки. Словом, было где развернуться и из чего собрать воина. Своей магией тоже разрешали пользоваться.
А подвох был в том, что на сборку выделили всего три часа. Много ли за это время успеешь? А ведь надо еще придумать, кого строить.
Ксендар и Бернард неожиданно заспорили, брать ли за основу металл или дерево. Дерево было подвержено огню, но с ним быстрее работать. Металл могли атаковать молнией, да и строить из него дольше.
В итоге Джейдан решил, что будем сочетать и то и другое, но время на спор все равно потратили. Пришлось ускоряться.
Хоть я и нервничала из-за этого, а все равно окунулась в работу с удовольствием. С мальчишками было здорово. Кажется, меня окончательно приняли не просто как девушку Джейдана, а как члена команды. Одну из них.
Где бы я еще в своем холодном дворце такое испытала? У меня нет ни братьев, ни сестер, а тут мы как будто семья.
— Бо, не зевай, — чуть прикрикнул Ксендар, когда я едва не пересыпала укрепляющего порошка.
Он делал всю структуру устойчивее, но если переборщить, наше создание получится слишком медленным.
— Время вышло! — объявил зар Горрунд.
Мы синхронно отступили, показывая судьям нашего конструкта.
Он напоминал перевернутый пенек или ведро с руками и ногами. При известной фантазии можно было бы решить, что это детеныш дендроида, если бы не торчавшие белые кристаллы. Их мы зарядили на разные виды магии, чтобы малыш был готов ко всему.