Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 33 из 56

Виктория сидела в камере, её запястья были пристегнуты наручниками к ржавой трубе. Её дорогая шуба была запачкана, волосы растрепаны, но её глаза... её глаза всё ещё горели безумным вызовом. Увидев меня, она усмехнулась.

Злобно. Ехидно. И в этом усмешке читалось не только безумие, но и какое-то болезненное торжество.- Ну что, пришел, мой храбрый Альфа? - спросила она, её голос был хриплым от криков, но в нём всё ещё звенела насмешка, попытка задеть. - Как твоя мышка? Сдохла уже? Или еще барахтается? Не справилась с реальностью? Я молча открыл дверь камеры. Скрипнул металл. Вошёл внутрь. Кирилл хотел было последовать за мной, но я остановил его жестом. Мой взгляд, я знал, был таким, что это было равносильно приказу неподлежащему обсуждению.

- Один на один. - сказал я, мой голос был низким, спокойным, но в нем чувствовалась сталь, холодная и острая. Закройте дверь. И дайте нам... поговорить.

Глеб... - начал было Кирилл, его голос был полон беспокойства, он чувствовал предчувствие чего-то страшного. Я сказал закрыть! - рявкнул я, не оборачиваясь, и этот рык был полон такой силы, такой угрозы, что Кирилл содрогнулся, но повиновался. Он знал, что значит мой гнев.

Дверь закрылась. Лязг замка эхом прокатился по бетонному коридору, отрезая нас от мира. Мы остались вдвоем. В тишине, нарушаемой только моим тяжёлым, прерывистым дыханием и её ехидным, почти сумасшедшим смехом, который, казалось, звенел в моих ушах.

Ну что, будешь бить женщину? - Виктория запрокинула голову, её шея была тонкой, уязвимой. Она вызывающе глядела на меня. - Не ожидала от тебя такого. Или ты так сильно ослаб, что потерял всю свою честь? Неужели серая мышь так тебя изменила?

- А я не ожидал, что ты опустишься до похищения и покушения на убийство. На мою пару. На мою невесту. Моя бывшая невеста. - я присел перед ней на корточки, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. Мой утренний покой был нарушен.

Моя душевная рана, открытая её словами, зияла. - Ты была моей невестой. Я доверял тебе. Думал, что ты достойна моего имени. Моей стаи. Моего будущего.

- Доверял! - она плюнула мне в лицо, её слюна, смешавшись с кровью, которая все ещё сочилась из моих ран, была гадкой, мерзкой. - А потом бросил, как ненужную тряпку! Вышвырнул! Ради кого?! Ради этой жалкой, никчемной людишки!

Которая и мизинца моего не стоит! А я? Я была идеальной!

- Я вытер слюну тыльной стороной ладони, едва сдерживая желание сломать ей шею прямо сейчас, одним движением.

Мой зверь рвался наружу, требовал мести, требовал разорвать её на части, но я подавил его рык, оставил его в глубине своего сознания. Я должен был оставаться человеком. Ради Лизы.- Она моя пара. - спокойно, но с невероятной силой в голосе сказал я. - Ты же знаешь, что это значит. Это не

выбор. Это судьба. Это инстинкт. Это всё.

- Знаю! - голос Виктории сорвался на истеричный, надрывный крик, который, казалось, должен был разорвать её горло. - И это убивает меня! Пять лет, Глеб! Пять лет я была рядом! Ждала, когда ты сделаешь мне предложение! Когда я стану наравне с Альфой! А ты... - она всхлипнула, на её глазах выступили не поддельные слезы, а настоящие, горькие, как кровь, стекающие по её раскрашенному лицу. - Нашел себе пару и выбросил меня, как мусор! Выбросил! Меня!

Впервые я увидел настоящие, чистые эмоции на её лице. Не ярость, не презрение, не злобу. Боль. Огромную, всепоглощающую боль от потери и предательства. Она и правда любила меня. Любила по-своему, но любила. И это делало её ещё более опасной.

- Прости. - сказал я тихо, и эти слова были искренними, полными сожаления. - Я не хотел делать тебе больно. Но я не мог…. не мог противиться нашей судьбе. Это сильнее меня. Сильнее всех нас.- Не мог бороться с инстинктом! - закончила она, и в её голосе прозвучало горькое, мучительное понимание. - Я знаю! Но разве это делает боль легче?! Скажи мне! Разве это все оправдывает?! Пойми, мне некуда было деваться! Я осталась ни с чем!

Мы смотрели друг на друга. Два человека, два оборотня, которые когда-то были близки. А теперь по разные стороны. Мести, ненависти, боли, предательства.

- Что будет со мной? - спросила Виктория после долгой, мучительной паузы. Её голос был опустошён.- Совет стаи решит. - ответил я, вставая. - Но ты покушалась на пару Альфы. Была пособником убийцы. Наказание будет суровым. Очень суровым. Возможно, тебе придётся пожалеть о том, что ты сейчас жива. Изгнание? - усмехнулась она, её голос был полон презрения к такой "милости". Она знала, что изгнание для оборотня подобно смерти.

- Или смерть. - я посмотрел на неё, её улыбка тут же сползла, на лице отразился неподдельный ужас. - Это зависит от того, выживет ли Лиза. От того, как сильно ты её повредила. Я даю тебе слово. Моё слово Альфы.

Глава 30

Лиза

Я проснулась. Не очнулась, нет, проснулась. От ощущения. От тепла. От того, что кто-то держал мою руку. Сильно так, почти до боли, но эта боль была такой желанной, такой живой, такой реальной, что я цеплялась за неё, как за спасательный круг в безбрежном, темном, липком океане небытия. Силы открыть глаза не было, веки были тяжелыми, словно свинцовые гири, прикованные к вечности, тянущие меня обратно в бездну. Грудь сдавливало, каждый вдох давался с трудом, легкие жгло изнутри. Но сквозь эту пелену боли, сквозь нарастающую слабость, я чувствовала. Каждой клеточкой своего измученного, истерзанного, почти недвижимого тела. Глеб. Он был рядом. Его присутствие, его запах - виски, кедра, волчьей силы, крови и отчаяния, они окутывали меня, словно второе одеяло, единственное, что защищало от пронизывающего холода небытия, зовушего меня к себе.- … Лиза... знаю, что ты слышишь меня, моя девочка...

Его голос. Хриплый, надрывный, словно он говорил часами,

днями, без перерыва, выматывая себя до предела. Усталый. В нем звенела такая безграничная боль, такое отчаяние, такая молящая умоляющая нотка, что моё сердце, даже в этом полумертвом состоянии, сжималось от жалости, от бесконечной, обволакивающей нежности, что проникала сквозь все преграды. - Доктор сказал... сказал, что операция прошла хорошо... что ты справилась... но ты не просыпаешься... уже три дня, Лиза... Три долгих, чертовых дня, моя девочка... Я без тебя...

Три дня? Три дня я провела в этой бездне, в этой пограничной реальности между жизнью и смертью? Это так долго. Слишком долго. Так долго он ждал? Столько мучительных часов, каждую секунду ожидая моего возвращения? Каждый его нерв, каждая его клеточка кричала?

- Лиза... пожалуйста... вернись ко мне...