Спящее пламя Ферверна. Книга 2

Какие проблемы могут быть у девушки, у которой с детства было все?

Оказаться в центре мирового скандала? Тебя готовили к этому с детства.

Нежелание самых близких принять твой выбор? Ты справишься, ты же сильная.

Провалы в памяти и жаркие сны о том, кого вспоминать не стоит? И это тоже можно взять под контроль.

Не оборачивайся и не оглядывайся, иди вперед и знай, что у тебя все получится. Даже если для мира драконов ты никогда не станешь своей, а мир людей пристально наблюдает за каждым твоим шагом.

Потому что ты - Ятта Хеллирия Ландерстерг, и ты обещала себе быть счастливой. Несмотря ни на что.

Марина Индиви, Марина Эльденберт

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Конец ознакомительного фрагмента.

Марина Индиви, Марина Эльденберт

Спящее пламя Ферверна. Книга 2

Глава 1

Зингсприд, Аронгара

Ятта

Мне надо что-то сделать.

Мне придется что-то сказать.

Я это понимаю, но все равно не могу пошевелиться или даже вдохнуть, потому что сердце гулко бухает в ушах в ритме только что звучащей в ушах музыки и голоса Вэйда.

— Замечательно, — Роа обошел Вэйда и облокотился на бортик. — Чудесный танец, Ятта.

Только что я летала над сценой, а сейчас внутри меня почему-то такая тяжесть, как будто я снова под толщей льда, на глубине в океане, из которого Роа меня вытащил.

Эта мысль становится еще более тяжелой, когда Вэйд начинает:

— Вайдхэн…

— А ты лучше заткнись, — Роа оборачивается к нему. — Вот просто заткнись сейчас, хорошо?

— Нормально поговорить — это не к тебе?

— Нормально? Нормально поговорить?!

Черное пламя самое тяжелое изо всех, и, возможно, я бы ощущала его по-другому, если бы оно было во мне. Но его нет, я даже смутно не представляю, как это было, когда оно было.

Зато я отлично представляю, каково это, когда оно набирает силу, именно это сейчас происходит с Роа. Его ладони окутывает черная дымка, и я бросаюсь к ним.

Громыхнув дверцей, переключаю внимание Роа на себя и надеваю защиту на лезвия.

— Мы уходим, Ятта, — говорит он, раздувая ноздри.

Его зрачки все еще вертикальные, а по ладоням пробегают искры.

— Нет.

— Нет?!

— Я здесь не просто так, и я не уйду, пока не закрою важную для себя тему.

— Закроешь. Тему, — произносит Роа. А потом просто хватает меня за руку, его пальцы сжимаются с такой силой, что боль пронзает чуть ли не до костей. Он тащит меня за собой, под рычание Вэйда:

— Стой, мать твою! Вайдхэн! Пусти ее!

Я оборачиваюсь: его коляска адаптируется, она может двигаться как на аэроподушке, так и на колесах, и в данный момент она движется с помощью первого.

«Не надо», — шепчу я. Но он вряд ли умеет читать по губам.

В проходе между трибунами Вэйд почти нас догоняет, но в этот момент Роа резко оборачивается. С его пальцев срывается черное пламя, ударяя в коляску, и ее вместе с Вэйдом относит к бортикам. Которые с хрустом проламываются, Вэйда швыряет на лед в одну сторону, коляску — в другую.

Крик застывает у меня в груди, а потом я со всей силы сжимаю кулак свободной руки и бью Роа в лицо. Раздается хруст, и я не уверена, это мои пальцы или его нос, но мне плевать. От неожиданности его рука разжимается, а я бегу назад под грохот собственного сердца.

Мне кажется, что время, которое у меня осталось… его не осталось вовсе, но я не успеваю даже добежать до разломанного борта. Роа хватает меня сзади, разворачивает к себе, а следом мне в сознание бьет приказ иртхана:

— Иди за мной, Ятта.

Не может быть.

Этого просто не может быть.

Роа просто не мог так со мной поступить…

Но сознание становится вязким и липким, как пластилин, и во мне нет сил, чтобы от этого защититься, чтобы ему противостоять. Из-за острого излома бортика я не вижу, что с Вэйдом, но вижу, что стало с коляской. Она валяется на льду перевернутая и исковерканная.

Судя по тому, как искрит механизм, это теперь куча бесполезного металлолома.

— Иди за мной молча. Без вопросов, — пробивает сознание новый приказ. — Мы выйдем вместе и сядем во флайс.

И мы выходим вместе, и садимся, внутри творится какой-то раздирающий на части кошмар. Я пытаюсь сопротивляться приказу иртхана, но это невозможно. Флайс взмывает ввысь, Роа поднимает перегородку, отделяющую нас от водителя, и смотрит на меня в упор.

Ну что я хочу сказать, нос я ему все-таки разбила. Правда, сейчас это слабое утешение.

Мне хочется спросить «Ты больной?», но в голове все крутится и крутится, и крутится приказ: «Без вопросов», и я не могу ничего сделать с тем, чтобы это исправить. Тем временем Роа запускает пальцы в волосы и смотрит на меня с такой яростью, как будто я виновата во всем плохом, что происходит в этом мире.

— Набла твоего за ногу, Ятта! — рычит он. — Какого тебе понадобилось все усложнять?!

— Ты больной! — озвучиваю я, наконец. То ли это не вопрос, то ли приказ начинает ослабевать, я не знаю. — Ты…

— Ладно, — он смотрит мне в глаза. — Один раз у нас с тобой это уже сработало. Сработает и снова.

Что? О чем он сейчас говорит?

— Забудь все, что произошло на катке. Твоя память оборвется на моменте, когда ты пришла в номер и легла спать. Когда ты проснешься, ты будешь помнить только Риа и спа, и будешь очень сильно хотеть меня, Ятта. Ты будешь хотеть только меня.

Мое сознание треснуло и раскололось. И я на миг вспомнила, что произошло, начиная от нашего с Роа разговора в загородной резиденции отца и заканчивая тем, что я устремилась за Вэйдом, когда была драконессой. И даже слова Роа, склоняющегося надо мной на берегу сразу после оборота:

— Забудь все, что было с той минуты, когда ты вошла ко мне в комнату, Ятта.

Это было как включить свет в комнате и обнаружить, что ты стоишь не в уютной гостиной пентхауса, а на краю бездны за мгновение до порыва ураганного ветра. Но длилось это секунды, потому что потом свет снова погас, и я упала в эту самую бездну и на руки Роа.

Роа

Ятта врезала ему из-за Гранхарсена.

Из-за этого ублюдочного Гранхарсена, который и раньше был ни на что не способен, кроме как трахать все, что шевелится, а сейчас в принципе не способен даже на это.

Но все-таки она шла к нему.