Страница 948 из 1047
Глава пятьсот четыре (дополнительная) — Глава пятьсот пять. Прогресс; Визит (часть первая)
После посещения Бюро исследований Чжоу Цзин провёл следующие несколько дней, посещая занятия днём и совершая астральные путешествия ночью.
Чэнь Фэн и Билл, два апостола, в настоящее время находились в стабильном положении, и некоторое время никто не стал бы их провоцировать. Он по привычке поочерёдно проецировался в них и пролистывал их журналы путешествий. Он занимался лишь некоторыми повседневными делами и проверял результаты их развития, чтобы позволить своим двум братьям стабильно прогрессировать.
Вскоре исполнилось три месяца с момента их поступления в учебное заведение. Дата промежуточных соревнований становилась всё ближе и ближе.
Различные факультеты уже давно начали подготовку. По мере приближения срока атмосфера в академии постепенно становилась всё более беспокойной. Внутренняя сеть школы также разогревалась. Эксперты трёх факультетов были подробно разобраны на форумах.
Чжоу Цзин ранее присоединился к Факультету Короны и взращивался как будущий лидер, но ему не нужно было участвовать в промежуточных соревнованиях.
Президент, Дэн Юньцзе, сказал, что середина и конец семестра — это сцена для старших студентов. Первокурсники могли быть только зрителями и наблюдать за выступлениями старших из зала, поэтому Чжоу Цзин не испытывал никакого давления.
Однако по сравнению с промежуточными соревнованиями он с большим нетерпением ждал официального периода пересечения между Измерением Д-девятнадцать и Главным миром. Время совпадало с началом промежуточных соревнований.
Согласно новой информации, существовали различные возможности взаимодействия исследователей с туземцами. Ему не терпелось вступить в контакт с исследователями в качестве апостола, чтобы проверить обстановку.
Что касается того, как отличить исследователей, то помимо получения информации из Бюро исследований, он также мог использовать Великое Гадание Небесного Начала с горы Цинлян.
Чжоу Цзин начал излагать свои планы.
…
Тринадцатый год эпохи Синхэ, зима.
Династия Великая Ся, Столица.
Шёл сильный снег, и весь город был закован в серебро. Прохожие на улице были одеты в войлочные шляпы и толстые хлопчатобумажные одежды.
Дворец располагался на севере и обращался к югу. Каждый дюйм земли вокруг него стоил огромных денег, и в основном здесь находились резиденции высокопоставленных чиновников и дворян.
Среди множества особняков находился даосский храм.
У этого даосского храма была золотая табличка с написанными на ней словами «Храм Духовного Порыва Божественного Небосвода». На ней фактически стояла подпись с титулом нынешнего Императора — сокровище каллиграфии, дарованное правителем.
Каждый в столице знал об этом. Это был даосский храм, который Император специально построил для «Даоса Ветра и Духа Божественного Небосвода», «Бессмертного Секты Грома» и «Мастера Секты Небесных Тайн», Лин Фэнцзы.
За почти двести лет существования Великой Ся лишь считанные даосы смогли снискать благосклонность Императора. За последние несколько десятилетий Лин Фэнцзы был единственным, кому это удалось. Император считал его почти своим доверенным лицом.
Поэтому многие люди часто приходили сюда, чтобы выслужиться перед ним. Те, кто входил в Храм Духовного Порыва Божественного Небосвода и выходил из него, были либо высокопоставленными чиновниками, либо дворянами.
По мере того как слава Преподобного Мастера Ветродуха распространялась, иноземные дворяне постоянно прибывали в столицу только для того, чтобы нанести визит.
Всего через два года после прибытия в столицу он окончательно превратился в живого бессмертного, восхваляемого всем миром. Ходили даже слухи, что он подобен Императорскому Наставнику.
В этот момент Лин Фэнцзы стоял во дворе, глядя на сильный снег. Время от времени он протягивал руку, чтобы поймать снежинки.
Он был одет в простую даосскую мантию, а в руке держал метелку-хвостник, излучая неземную ауру.
Рядом с ним находились сопровождающие ученики. Все они были одеты в чёрно-белые даосские мантии и держали бумажные зонты, защищая его от снега.
— Мастер, снег сильный. Почему бы вам не войти в дом? — осторожно спросил ученик.
— Если я не буду на снегу, как я смогу любоваться снегом? Только пребывая в мире, я могу вернуться к природе…
Тон Лин Фэнцзы был равнодушным.
— Мастер прав, — независимо от того, поняли ученики или нет, они быстро согласились.
В этот момент глаза Лин Фэнцзы слегка изменились и стали живыми.
В это мгновение режим размещения бесшумно сменился личным проецированием Чжоу Цзина.
Чжоу Цзин взял себя в руки, посмотрел на небо и повернулся, чтобы уйти.
— Почему вы здесь стоите? Почему не входите в дом?
— А? Разве вы не говорили, что наслаждаетесь снегом этого мира?
Ученики были ошеломлены.
Чжоу Цзин повернулся и сделал вид, что он эксперт, медленно выдавая чушь: — И внутри, и снаружи дома — всё это небо и земля. Здесь с самого начала нет никаких правил. Вы, ребята, слишком манерны.
«Бабушка твоя, ты говоришь всё, что взбредёт в голову, не так ли…»
Ученики жаловались в душе, но не смели возразить. Они быстро последовал за ним, не смея ничего сказать или спросить.
Чжоу Цзин сел в комнате, и ученик обеими руками принёс пиалу с горячим чаем.
Он взял пиалу с чаем, сделал случайный глоток и принялся разглядывать присутствующих учеников.
Эти ученики подсознательно выпрямили спины, когда он окинул их взглядом.
Чжоу Цзин не мог не вспомнить прошлое. Убедившись, что Билл не устанавливал никаких правил для учеников, чтобы те оставались с ним, он почувствовал облегчение.
Билл находился в Нинтяне и последовал за Императором обратно. До сих пор он пробыл в столице два года.
За последние два года количество раз, когда Чжоу Цзин «спал» в теле Билла, было гораздо меньше, чем количество раз, когда он проецировался в Чэнь Фэна. Большую часть времени Билл находился в режиме размещения и действовал автоматически в соответствии с заданным планом.
В этот период были некоторые отклонения, но он более или менее достиг своей цели.
Самым важным было укрепление доверия Императора. Билл справился с этим очень хорошо. Он использовал лекарственные пилюли для питательных нужд тела Императора, и эффект был очевиден, что позволило завоевать его доверие.