Страница 935 из 1047
Глава дополнительная четыреста девяносто восьмая — Глава четыреста девяносто девятая — Возвращение (один)
Основной мир, планета Аквамарин, Академия Алого цвета.
Наступило очередное бодрое утро. Погода стояла ясная и безоблачная.
Студенты выходили из общежитий и, переговариваясь по двое-трое, направлялись на занятия в разные корпуса. Академия постепенно оживала.
Чжоу Цзин вышел из общежития. Почувствовав, как хороша сегодня погода, он ощутил прилив бодрости.
— Каждый раз, когда я возвращаюсь, мне кажется, что мир такой живой. Интересно, не психологический ли это фактор…
Чжоу Цзин вздохнул с облегчением, его чувства были сложными.
Хотя в астральном мире он пережил немало событий, и его воспоминания никуда не исчезали, каждый раз по возвращении впечатления из того мира начинали угасать, чтобы не перегружать его самоощущение.
Он мог разделять ситуации между своим основным телом и каждым апостолом, разграничивая их. Он не забывал повседневный опыт своего основного тела, возвращаясь из каждого путешествия. Это позволяло ему почти добиться эффекта непрерывной проекции… Такое удавалось не только благодаря поддержке самого интерфейса, но и потому, что его ментальная сила возросла.
Чжоу Цзин перекинул школьную сумку через плечо и направился в столовую, чтобы купить несколько свежих мясных булочек на завтрак. Он ел на ходу, тщательно прожевывая пищу.
Свежеприготовленные булочки в руках еще дымились. С каждым укусом нежное сладковатое тесто и сочная вкусная начинка источали аромат, заполнявший весь рот.
Теперь, когда Чжоу Цзин побывал в двух астральных мирах, с остальным все было в порядке. Но что касалось еды, то выносить ее отсутствие было действительно тяжело. Каждый раз, когда он просыпался и возвращался в основной мир, его аппетит усиливался. Он даже мог с удовольствием есть здесь самую простую пищу.
Покончив с булочками, он добрался до учебного корпуса. Немного посидел у входа, ожидая Ли Сяоинь, Сюй Линъюня и Чжан Сяо, своих друзей детства, чтобы вместе войти в аудиторию.
Этим утром была культурно-образовательная дисциплина. В ней рассказывалось о том, как сверхлюди могут правильно найти свое место в обществе и выстраивать отношения с обычными людьми. Это было нечто вроде идеологического воспитания. Многие студенты одного потока посещали это занятие вместе.
Когда они подошли, в первых рядах аудитории почти никого не было. Четверка нашла места в заднем ряду и уселась. Каждый достал учебники и другие материалы для занятий, прежде чем надеть наушники и вытащить игровые консоли.
С начала учебы прошло более двух месяцев, и новизна статуса первокурсников давно улетучилась. Помимо общих курсов по огнестрельному оружию, рукопашному бою и развитию суперспособностей, многие уже начали отлынивать от скучных предметов.
Особенно это касалось культурных дисциплин. Если бы процент среднего балла за этот предмет в каждом семестре не был довольно высоким, а в конце семестра не ждал экзамен, их бы вообще никто не слушал.
Сюй Линъюнь, прикрыв телефон книгой, небрежно заговорил с Чжоу Цзином:
— Цзин, чем ты в последнее время занимаешься? Почему постоянно не ешь с нами? Наша дружба угасла, а?
— Я спешу обратно в общежитие спать.
Чжоу Цзин сказал чистую правду.
В последнее время, чтобы как можно скорее отправиться в астральный мир, он после вечерних занятий большую часть времени мчался обратно и неоднократно отказывался от совместных ужинов.
Однако Сюй Линъюнь ему не поверил. Он скривил губы и ответил:
— Это оправдание слишком поверхностное. Просто городишь чепуху. Скажи честно, у тебя кто-то появился?
Ли Сяоинь тайком жевала закуски. Услышав это, она тут же обернулась и подняла брови:
— Какая девушка обладает таким хорошим вкусом, что запала на нашего Цзинцзина? Быстро выкладывай правду!
Выражение лица Чжоу Цзина стало серьезным, и он праведно произнес:
— Какая еще любовь? Я хочу, чтобы вы знали: учеба для меня прежде всего.
Троица закатила глаза.
Сюй Линъюнь вдруг замялся, и его тон стал ехидным. Он прошептал:
— Цзин, ты в последнее время не «фильмами» увлекся и по вечерам бегаешь в общежитие, чтобы заняться «ручным трудом»? Если есть что-то стоящее, поделись со мной!
— Это ты так развлекаешься. А я всегда веду себя прилично. Когда я иду в туалет, я даже позволяю ему свободно болтаться в воздухе. Мои руки к нему даже не прикасаются.
Чжоу Цзин смотрел прямо перед собой, неся полнейшую околесицу.
У Сюй Линъюня дернулась щека, прежде чем он сменил тему:
— Кстати говоря, с тех пор как я начал практиковать боевые искусства, у меня каждый день столько энергии, что я не знаю, куда ее деть… Как у тебя успехи? Я уже довел метод базовой закалки до третьего уровня и начал ощущать ауру Пути Бойца. К тому же я уже освоил одну школу боевых искусств.
У него был неплохой талант к боевым искусствам. Чем больше он практиковался, тем глубже вникал в суть. Среди первокурсников, выбравших этот путь, его прогресс был одним из лучших. Он не только раньше других вошел в школу, но и неплохо уловил основы.
Однако школа основ, которую выбрал Сюй Линъюнь, была не «Стилем Стремительного Ветра» Чжоу Цзина, а «Стилем Пышного Цветения», славящимся своими вычурными и сложными приемами. Его боевой стиль отличался от стиля Чжоу Цзина.
— Я лишь немного лучше тебя, — пожал плечами Чжоу Цзин.
Его основное тело тренировалось шаг за шагом, и прогресс в боевых искусствах был похож на успехи обычного человека. Однако четвертый апостол, Чэнь Фэн, довел метод базовой закалки и «Стиль Стремительного Ветра» почти до максимального уровня. Просто он еще не погиб, чтобы стать Вечным Апостолом, поэтому его способности пока нельзя было перенести.
Согласно сведениям основного мира, для вступления во вторую ступень системы «Мастер Боевых Искусств» требовалось овладеть методом базовой закалки и хотя бы одной школой боевых искусств.
Сравнив данные, Чжоу Цзин понял, что «овладение», о котором говорилось на курсе, не означало достижение максимального уровня — нужно было лишь соответствовать определенному стандарту… Если судить по интерфейсу, он, вероятно, сможет совершить прорыв, как только достигнет третьего уровня. Большинство мастеров боевых искусств продвигались именно на этой ступени.
Конечно, это было минимальное требование для повышения. Чем выше уровень, тем прочнее фундамент. Естественно, это давало дополнительные преимущества.