Страница 877 из 1047
Глава Дополнительная четыреста семьдесят четыре — Глава четыреста семьдесят пятая — Первоначальный удар (один)
После того как демон Чэнь Фэн несколько месяцев доставлял неприятности Цзянчуню, он наконец сдался и перестал бесчинствовать.
Уездные власти и школы боевых искусств Цзянчуня наконец-то смогли перевести дух.
Как раз когда они в нервном напряжении гадали, на кого Чэнь Фэн нападет следующим, из мира боевых искусств пришли новости. Кто-то видел, как Чэнь Фэн с остальными сели на корабль, направляющийся на запад, что указывало на то, что они покидают Цзянчунь.
Как только эта новость распространилась, чиновники и знать Цзянчуня облегченно вздохнули.
Этот бог чумы наконец убрался!
За последние несколько месяцев этот человек побывал в половине уездных городов Цзянчуня. Бесчисленное множество коррумпированных чиновников и помещиков погибло, из-за чего весь Цзянчунь дрожал от страха.
Однако после того, как правительство Цзянчуня оказалось бессильно против Чэнь Фэна, помещики и дворяне различных уездов не стали ждать своей участи. Все они разбежались в поисках убежища. В результате каждый раз, когда Чэнь Фэн посещал уездный город, он находил всё меньше людей, которых можно было убить, и результаты его деяний по искоренению зла постепенно снижались.
В конце концов, у Чэнь Фэна была лишь одна группа людей. Он ничего не мог поделать с тем, что они бежали.
Теперь же, только услышав, что этот человек ушел, те чиновники, которые боялись, что Чэнь Фэн придет за ними, осмелились вернуться в свои города.
Этот демон был подобен фигуральному Дамоклову мечу, висевшему над их головами. Они не знали, когда он обрушится, из-за чего многие дворяне в Цзянчуне были напряжены и не осмеливались вести себя неподобающим образом.
Хотя после ухода этого человека они могли вернуться в свои города, их действия уже не были такими показными, как раньше. Они были осторожны, и их затаившийся страх еще не рассеялся, они боялись, что Чэнь Фэн вернется.
В отличие от радости дворян Цзянчуня, знать в соседних провинциях начала паниковать.
Изначально они просто наблюдали за представлением, но теперь та область, в которую решал ступить этот демон, становилась центром всеобщего внимания!
Чиновники соседних провинций на юге нервничали больше всех. Они постоянно спрашивали о местонахождении Чэнь Фэна и тайком молились, чтобы этот субъект не пришел сюда и не доставил хлопот своим соседям.
В то же время дворяне в близлежащих провинциях заранее собрали вещи и приготовились к бегству. Как только Чэнь Фэн появлялся в их провинции, они планировали бежать в другие провинции для временного укрытия. Они действительно не хотели рисковать своими жизнями.
Если бы они не избавились от этого человека полностью, они не смогли бы спокойно есть и спать!
Однако реакция простого народа была противоположна реакции знати.
Репутация Чэнь Фэна в настоящее время была подобна солнцу в зените. Некоторые люди боялись его, но еще больше людей уважали.
Граждане соседних провинций ликовали. Они с нетерпением ждали прихода Чэнь Фэна на свою территорию, желая стать следующими бенефициарами деяний Чэнь Фэна по «Очищению от зла».
Что касается граждан Цзянчуня, то они были глубоко разочарованы.
Это особенно касалось тех районов, дворяне которых уехали в поисках убежища или которых Чэнь Фэн вообще не посещал. Горожане там чувствовали, что их ожидания не оправдались, и испытывали безмолвное отчаяние.
Когда Чэнь Фэн бродил по берегам реки, многие чувствовали, что шанс еще есть, поэтому они продолжали молиться и надеяться, что Чэнь Фэн придет и поможет им избавиться от тиранов и дворян в их родном краю.
Но теперь, прежде чем угнетатели в их родных местах были устранены, Чэнь Фэн уже ушел. Кто теперь сможет избавить их от этих людей?
Если Чэнь Фэн ушел, вернется ли он когда-нибудь?
Многие простолюдины были в растерянности.
Однако после ухода Чэнь Фэна последствия начали проявляться.
В нескольких уездах Цзянчуня фактически появились подражатели.
Некоторые разбойники из Зеленого Леса или бедные деревенские жители начали формировать свободные группы. Пока богатые и подлые дворяне в их родных краях скрывались, они организовывались и планировали найти возможность убить возвращающихся тиранов.
Пережив дни надежды, некоторые люди внезапно перестали желать прятаться. Когда они поняли, что долгое время никто не придет, чтобы «вершить правосудие во имя небес», у некоторых не хватило терпения ждать следующего «Чэнь Фэна», который появится из ниоткуда, и они решили вершить правосудие самостоятельно.
Действия Чэнь Фэна стали для них примером для подражания… Убивать коррумпированных чиновников и избавляться от тиранов. Раз Чэнь Фэн делал это, они будут делать то же самое!
В глазах чиновников Цзянчуня это происходило потому, что бедствие, вызванное Чэнь Фэном, еще не было устранено. Поэтому они связались с дворянами и подавили эти группы, которые разрастались, как бамбук после дождя. Они планировали перебить бунтовщиков и заставить остальных деревенщин, у которых не должно быть таких мыслей, снова стать послушными.
Когда Чэнь Фэн был рядом, многие простолюдины еще могли ждать в покое. Однако после его ухода начали распространяться гражданские беспорядки.
На какое-то время в районе Цзянчуня воцарился хаос.
…
Префектура Нин Тянь.
Одно из дворянских семейств, как обычно, пригласило известного повара, чтобы устроить банкет. Они пригласили важных персон из различных знатных семей в качестве гостей для налаживания связей.
Были поданы всевозможные деликатесы, изысканные вина и вода. Они даже пригласили куртизанок из публичных домов играть на цитре и танцевать для развлечения.
Это была роскошная сцена, полная богатства и великолепия.
После трех чарок вина все болтали о том, что произошло в последнее время.
— Этот демон, Чэнь Фэн, наконец покинул Цзянчунь. Это поистине хорошо. Несколько дней назад те школы боевых искусств также пострадали от его мести. Я думал, что Чэнь Фэн также придет свести с нами счеты. К счастью, этот человек не пришел в префектуру Нин Тянь.
Кто-то радостно воскликнул.
Другой человек скривил губы и упрямо сказал:
— Хм, префектура Нин Тянь — это не те деревенские уезды. Если он осмелится прийти, он определенно не сможет вернуться.