Страница 786 из 1047
Дополнительная глава четыреста двадцать семь — Глава четыреста двадцать восемь — Резня (три)
Каждый удар был подобен выстрелу из баллистического арбалета, поднимая яростный вихрь!
— Это ты! — Дэн Чжи был шокирован и поспешно закрылся.
Однако он не был ровней Го Хайшэню. Он был полностью подавлен парой железных кулаков и не мог применить ни одного своего копейного приема.
Дэн Чжи однажды сражался против пьяного Го Хайшэня вместе со своими коллегами, воспоминания были еще свежи. Он знал, что боевые искусства этого человека необычайны и что в поединке один на один он определенно не сможет победить.
«В этой группе слишком много экспертов!»
Дэн Чжи был в ужасе и немедленно подумал об отступлении.
Стиснув зубы, он выдержал два удара от Го Хайшэня и один от Фан Чжэня, используя этот импульс, чтобы сбежать, выплевывая кровь.
Го Хай хотел броситься в погоню, но был немедленно окружен бандитами горы Желтого Пруда и неоднократно встречал преграды.
— Старший брат, хватит преследовать. Ситуация плохая!
Фан Чжэнь поспешно отговорил его.
Го Хайшэнь огляделся и понял, что положение на поле боя очень тяжелое. Его сердце не могло не дрогнуть.
Гора Желтого Пруда обладала преимуществом в численности и родных стен, к тому же вела атаку с двух сторон. Войска горы Тигриной Головы были жестоко избиты, и их поражение было почти предрешено. Они пребывали в такой панике, что не могли даже построиться в боевые порядки.
— Черт возьми, если бы здесь был мой второй брат, разве позволили бы мы им так высокомерно себя вести!
Го Хайшэнь стиснул зубы.
Однако в этот момент среди бандитов внезапно поднялся переполох.
— Смотрите туда!
— Почему главная крепость в огне?!
Все посмотрели в ту сторону и были поражены.
Пламя взметнулось к небу, и главная крепость на утесе горы Желтого Пруда действительно ярко пылала. Она была похожа на факел, невероятно заметный в ночи.
Все больше и больше людей видели эту картину, и разбойники горы Желтого Пруда пришли в замешательство. Их боевой дух внезапно упал, и даже атаки замедлились, давая горы Тигриной Головы редкий шанс перевести дух.
В глазах Го Хайшэня блеснул огонек, и он воспользовался случаем, чтобы прокричать:
— Мы отправили войска атаковать главную крепость, и мы уже победили! Ваша база захвачена, почему вы до сих пор не сдаетесь?!
Фан Чжэнь немедленно все понял и поддержал его. Он также призвал бандитов горы Тигриной Головы кричать вместе.
Бз-з-з, бз-з-з —
Вскоре их голоса разнеслись по всему полю боя.
Когда войска горы Желтого Пруда услышали это, они не знали, правда ли это. Они паниковали, колеблясь в своих дальнейших действиях. Их боевой дух стремительно падал.
Дэн Чжи, убежавший далеко, также обнаружил, что лагерь горит. Его лицо изменилось.
«Плохо дело! Позади нас все изменилось, и людские сердца колеблются. Битва теперь может повернуться в любую сторону!»
В этот момент громоподобный удар прогремел в ночном небе!
Бум!
Под ошеломленными взглядами тысяч людей большая часть утеса обрушилась, и валуны с грохотом покатились вниз, засыпая гору.
Бах! Бах! Бах! Бах!
На глазах у всех половина филиала крепости была попросту раздавлена!
Увидев это, все бандиты застыли в оцепенении.
В этот момент они почувствовали, как их кровь заледенела, а кости стали холодными.
— Все кончено, крепости больше нет!
— Бежим скорее!
Боевой дух войск горы Желтого Пруда мгновенно рухнул!
— Убить!
Однако бандиты горы Тигриной Головы ликовали. Под восторженные призывы своих главарей они воспользовались случаем, чтобы перейти в контратаку.
Не имея выхода и возможности куда-либо скрыться, люди заволновались, и их охватила паника… Бандиты горы Желтого Пруда больше не были настроены сражаться, и их мгновенно разгромили.
Преимущество в одночасье переменилось!
Выражение лица Дэн Чжи резко изменилось: — Эта битва окончена!
Он не осмелился продолжать бой. Оттолкнув запаниковавших союзников, он бросился прочь с поля боя, вернулся в лес, где до этого засел в засаде, и без лишних слов отступил с оставшимися людьми. Он направился прямиком к тайному проходу, через который пришел, планируя быстро добраться до главного оплота, чтобы взять ситуацию под контроль.
По его мнению, пока удастся удержать главный оплот, еще остается шанс на оборону!
Что же касается бандитов, брошенных на поле боя, то они больше не могли оторваться от врага. Им оставалось лишь использовать их в качестве прикрытия для отступления и молиться о лучшем…
Дэн Чжи и остальные пробирались через лес, в то время как шум битвы постепенно затихал.
Пробежав некоторое расстояние, Дэн Чжи наконец вернулся к выходу тайного прохода.
Это была пещера, спрятанная в зарослях лиан. Внутри проходил извилистый туннель, который вел в секретное место в главной зоне. Его можно было использовать для скрытного перемещения небольших отрядов.
— Скорее внутрь!
Дэн Чжи позвал всех в тайный проход.
Пройдя некоторое время, они повернули за угол и внезапно поняли, что впереди них мерцает пламя.
Две фигуры с факелами шли навстречу с другой стороны тайного прохода, преграждая путь.
Люди горы Желтого Пруда были шокированы и остановились. Когда их глаза привыкли к свету, пред ними предстало еще более пугающее зрелище.
Одной из фигур был их главарь, Сюй Гуй.
В этот момент Сюй Гуй шел нетвердой походкой с отсутствующим выражением лица, словно пребывал в глубоком потрясении.
Другим человеком был крупный мужчина с львиной гривой волос и железным копьем на плече. Он держался с вызывающей уверенностью, а на его лице играла злая усмешка.
— Чэнь Фэн!
Глаза Дэн Чжи расширились, и он выкрикнул это имя. Он узнал его с первого взгляда.
Чжоу Цзин был немного удивлен, увидев всех этих людей. Однако, разминая шею, он проговорил:
— Я изначально хотел перехватить ваш путь к отступлению, но вы сами на него наткнулись… Забудьте, дедушка сам взыщет свои долги здесь. Считайте, что вам не повезло.
Услышав это, Дэн Чжи задрожал всем телом. Он почувствовал, что кошмар, в котором он жил долгое время, снова завладел его сердцем.
Лишь когда он действительно оказался перед Чжоу Цзином, то понял, что у него совершенно нет смелости для атаки!
Дэн Чжи не раздумывая развернулся, чтобы бежать. В то же время он во весь голос закричал:
— Бегите!
— Эй, уже слишком поздно!