Страница 782 из 1047
Дополнительная глава четыреста двадцать пять — Глава четыреста двадцать шестая — Резня (один)
Некоторое время назад в лагере на горе Тигриной Головы.
Лунный свет ярко сиял, и горный ветер был холодным.
Хотя в лагере было довольно тихо, люди с горы Тигриной Головы не спали. Вместо этого они держали оружие и отдыхали, ожидая приказов.
В главной палатке четверо главарей горы Тигриной Головы, Го Хайшэнь и Фан Чжэнь обсуждали обстановку вполголоса вокруг жаровни.
— Перед тем как Второй Брат ушел, он дал указание, что если он преуспеет, главная крепость врага определенно будет в хаосе. Он хочет, чтобы мы были готовы принять его в любой момент. Интересно, как он там сейчас.
Го Хайшэнь протянул руки, чтобы согреться, и тускло произнес.
Хун Динсянь ответил глубоким голосом:
— Ребята отдыхают и могут атаковать в любой момент, но боюсь, они не привыкли к ночным битвам.
В плане, который все утвердили, Чжоу Цзинь должен был проникнуть внутрь и обезглавить врага. Как только он устранит вражеского лидера, гора Желтого Пруда останется без предводителя. В то время произойдут перемены в районе главной крепости, и люди определенно будут в панике.
Что касается их более чем двух тысяч человек, они будут ждать этого момента, чтобы двинуться. Когда враг будет в хаосе, они немедленно атакуют нижнюю базу. Им не обязательно прорываться. До тех пор, пока они сдерживают или блокируют ворота, они могут сделать так, чтобы у филиала не было времени заботиться о чем-то другом, например, об ограничении движений Чжоу Цзиня. Когда сторона Чжоу Цзиня будет полностью улажена, они смогут захватить Желтую гору без потерь.
Пэн Цзинь коснулся своей рыжей бороды и улыбнулся:
— Брат Чэнь Фэн владеет боевыми искусствами, так что в этот раз ему будет естественно легко. Сюй Гуй недооценил меня днем. Когда его схватят, я обязательно поиздеваюсь над ним.
— Не недооценивай врага. Мы много раз сражались с горой Желтого Пруда, и этот Сюй Гуй заставил нас немало пострадать. Возможно, у него есть какой-то план на уме. — Хун Динсянь нахмурился.
Пэн Цзинь небрежно махнул рукой:
— Брат Хун, не поднимай боевой дух других. Какой план может быть у Сюй Гуя сейчас? Мы попросили ребят подготовиться и следить за входом в его крепость. Мы сможем немедленно заметить любые передвижения. Неужели он может напасть на нас исподтишка, чтобы никто не узнал?
Свист! Свист!
Однако, как только он закончил говорить, снаружи палатки поднялась суматоха.
— Кто-то прорывается с тыла!
— Атака врага! Атака врага!
— Кто это? Сколько там людей?!
Выражения лиц у всех изменились, они поспешно вышли из палатки.
Волна врагов ворвалась с их тыла без всякого предупреждения и металась по лагерю, поджигая палатки.
Часовые в задней части лагеря были бесшумно устранены без всякого предупреждения.
Поскольку большинство приспешников горы Тигриной Головы были сосредоточены на передней части, они были немедленно застигнуты врасплох, когда подверглись атаке со спины.
К счастью, чтобы атаковать в любой момент, люди с горы Тигриной Головы не спали. Их оружие было при них, так что они не были беззащитны и не допустили мгновенного разгрома.
Однако целью «Тигриной Головы» было напасть и поддержать Чжоу Цзиня. Им не было сказано их лидером, что они должны остерегаться возможности нападения этой ночью, поэтому они не были морально готовы.
Более того, они не могли четко видеть своих противников в темноте, поэтому все запаниковали.
Их группа из более чем двух тысяч человек подверглась беспорядочному нападению. Некоторые кричали и бежали, в то время как другие отбивались. Без командования они сражались каждый сам за себя. Бандиты с горы Тигриной Головы редко тренировались, и их военная подготовка была не такой хорошей, как у регулярных войск. Как только они погружались в хаос, они были подобны безголовым мухам.
Пэн Цзинь и другие родились в дикой местности и никогда не изучали военную тактику в деталях. Их укрепления, расстановка часовых и другие военные вопросы были довольно простыми. Как только на них напали, их недостатки были обнажены, и они засуетились.
— Они с горы Желтого Пруда? Откуда они взялись?!
Выражение лица Пэн Цзиня изменилось.
Го Хайшэнь решительно закричал:
— Должно быть, они срезали путь! Забудьте обо всем остальном. Давайте соберем наши войска и сначала уменьшим хаос. Не позволяйте этим людям продолжать убивать наших людей!
Услышав это, все поспешно принялись за дело. Они громко кричали и собирали хаотичные отряды.
Однако прежде чем люди с горы Тигриной Головы успели приспособиться, ворота филиала Желтой горы перед ними со скрипом отворились.
Грохот…
Раздались плотные шаги, и еще две-три тысячи бандитов Желтой горы хлынули наружу, направляясь к лагерю горы Тигриной Головы.
— В атаку со мной!
Юй Чжэнь взволнованно закричал. В руке у него была сабля, и он бросился вперед.
Он был одним из главарей горы Желтого Пруда, мясником по профессии. Его прозвище было «Бычий Метатель», и он специализировался на силе.
Увидев это, бандиты с горы Тигриной Головы немедленно вышли из себя.
— Не паниковать! Построиться и встретить атаку!
Видя, что ситуация складывается не лучшим образом, Пэн Цзинь и другие главари были вынуждены переключить свое внимание, чтобы справиться с этим. После серии криков им наконец удалось организовать небольшое число людей посреди хаоса, чтобы противостоять атаке врага.
Вскоре после этого две-три тысячи бандитов Желтой горы ворвались в лагерь горы Тигриной Головы с фронта.
— Убить!
Боевые кличи сотрясали небо.
Обе стороны внезапно сошлись в ожесточенной схватке.
Войска горы Тигриной Головы оказались окружены двумя волнами вражеских сил. Хотя они не были разгромлены сразу, их положение стало плачевным. Столкнувшись с врагом в лоб, они подсознательно сжались в плотный строй. Судя по всему, ситуация была критической.
— Ха-ха-ха, ребятишки, за мной!
Юй Чжэнь безумно расхохотался и, радостно выкрикивая, рубанул двух приспешников.
Фан Чжэнь находился ближе всех к нему. Заметив вражеского главаря, он тут же закричал:
— Мерзавец, я проучу тебя!
С этими словами он взмыл в воздух, разбросал нескольких врагов своим посохом с железным навершием и устремился прямо на Юй Чжэня.
— Хорошо! — Юй Чжэнь не узнал Фан Чжэня. Он был бесстрашен и принял бой.