Страница 772 из 1047
Глава дополнительная четыреста девятнадцатая — глава четыреста двадцатая — Покорение; Интерлюдия (три)
— Главарь Пэн, главари, каковы ваши планы после того, как вы держали меня взаперти столько времени? Если вам нужны деньги, я готов написать письмо и позволить вашим людям отнести его моему главе секты, чтобы он выкупил меня.
Пэн Цзинь тут же прикрикнул:
— Не неси чепухи. Я уже подчинился брату здесь. Я больше не главарь крепости!
— А? Но ведь сегодня утром…
Лицо Линь Суна было полно удивления.
Меньше чем за полдня главарь сменился?
Неужели река Лу такое хаотичное место?
Чжоу Цзин кашлянул и медленно произнёс:
— Пока что здесь распоряжаюсь я. Просто зови меня Чэнь Фэн.
Линь Сун был ошеломлён. Он оглядел Чжоу Цзина, его голос дрогнул:
— …Король Яма, Призывающий Смерть?
— О? Ты слышал обо мне?
— Ваша светлость знамениты в округе реки Лу.
Линь Сун поспешно ответил.
«Во всей столичной области и уездном городе реки Лу расклеены ваши фотографии с розыском. Как я мог о вас не слышать…»
Он на мгновение замялся, прежде чем осторожно спросить:
— Интересно, главарь Чэнь может позволить мне спуститься с горы? Моя секта горы У обязательно отблагодарит вас за доброту!
Чжоу Цзин взглянул на него и коснулся подбородка. Он внезапно спросил:
— Ты хочешь умереть или жить?
Линь Сун был шокирован и поспешно выпалил:
— Конечно, я хочу жить!
Чжоу Цзин постучал по столу и поддразнил:
— Отдавай все секреты боевых искусств секты горы У, и я позволю тебе жить.
Выражение лица Линь Суна резко изменилось, и он подсознательно пробормотал:
— Невозможно!
— Значит, ты ищешь смерти? Проще простого!
Чжоу Цзин приподнял брови и взял стоявшее рядом железное копье, притворяясь, что собирается встать.
— Погодите!
Линь Сун тревожно закричал, призывая его остановиться. Он был так напуган, что сердце его колотилось. Его выражение лица было неуверенным, он пребывал в нерешительности.
Пэн Цзинь и остальные переглянулись, но не посмели вмешаться и наблюдали молча.
Помучившись некоторое время, Линь Сун внезапно стиснул зубы и набрался храбрости:
— Если я расскажу, вы наверняка захотите заставить меня замолчать. Иначе, если моя секта горы У узнает, что их секреты утекли, они непременно придут за вами. Боевые искусства моего главы секты — лучшие в Цзянчуне. С репутацией Лучшего Меча Цзянчуня у вас точно не будет ни единого шанса!
Чжоу Цзин приподнял брови, но не разозлился. Он медленно сказал:
— Ты разгласил секреты своей секты, так что, если вернёшься, тебя ждёт смерть. Однако я могу отпустить тебя, ты можешь сменить имя и поселиться в моей крепости. Таким образом, никто ничего не узнает. Пока ты молчишь, никто не проболтается.
Выражение лица Линь Суна слегка изменилось, когда он понял, что есть такой вариант.
Если он останется здесь и станет одним из бандитов, возможно, эта группа людей действительно позволит ему жить. Однако доказательство того, что он выдал секреты своей секты, было в руках этих людей, поэтому он не посмеет легко уйти. Даже если он уйдёт, ему придётся скрывать свою личность…
Линь Сун был в крайнем смятении. Он не сдавался и хотел изменить условия. Стиснув зубы, он произнёс:
— Мастерство главарей необычайно, особенно этого главаря Хуна. На самом деле, его боевые искусства даже лучше моих. Какой толк от боевых искусств моей секты горы У? Вы все заняли эту гору, чтобы стать главарями, потому что вам нужны деньги. Золото и серебро практичнее. Позвольте мне написать письмо и дать моему главе секты выкупить меня…
— Сколько стоит выкуп за талант? Ты всего лишь ученик, и твои боевые искусства не особо выдающиеся. Захочет ли секта горы У выложить большую сумму, чтобы выкупить тебя? Если ты ничего не стоишь, зачем тратить силы!
Чжоу Цзин намеренно поставил его под сомнение.
Линь Сун изменился в лице. Поколебавшись, он принял решение и объяснил:
— Честно говоря, у меня роман с дочерью главы секты. Глава секты до сих пор не в курсе. Если я объясню это в письме, даже если глава разозлится, он обязательно спасёт меня ради своей дочери. Деньги точно не проблема!
О, вот это горячие сплетни.
Все навострили уши.
Глаза Чжоу Цзина блеснули, он поддразнил:
— Этот глава секты горы У известен как Лучший Меч Цзянчуня, но потерял дочь из-за меча собственного ученика… Ну что ж, неудивительно. Ты такой красивый, так что неудивительно, что девушка положила на тебя глаз.
Линь Сун смутился и разозлился. Ему не нравилось, что его так дразнят, но он не смел возражать. Он мог только опустить голову и терпеть.
В этот момент Чжоу Цзин коснулся подбородка и пробормотал вслух:
— Ну, дайте подумать… Эй, заприте этого человека обратно.
Когда приспешник услышал приказ, он решительно шагнул вперёд и снова взял Линь Суна под стражу.
Видя, что тот ушёл, Го Хайшэнь с любопытством спросил:
— Второй брат, что ты делаешь? Ты действительно хочешь тайно изучить боевые искусства секты горы У? В мире боевых искусств это табу.
Чжоу Цзин рассмеялся и сказал:
— Я просто дразнил его и пытался вытянуть из него немного информации.
— В чём смысл этого? — Фан Чжэнь в недоумении почесал затылок.
Чжоу Цзин сменил позу и ответил:
— Я хочу встретиться со всеми мастерами в мире, но в районе реки Лу, похоже, нет крупных сект. Ближайшая крупная секта — это секта горы У в Цзянчуне. Естественно, мне нужно туда наведаться. Глава секты горы У — знаменитый мастер в мире боевых искусств, так что он хорошая цель.
Услышав это, Го Хайшэнь и Фан Чжэнь всё поняли.
Они знали, что Чжоу Цзин спустился с горы, чтобы бросить вызов экспертам повсюду. Было неудивительно, что он нацелился на знаменитую секту горы У.
Чжоу Цзин помолчал мгновение, а затем продолжил:
— Хотя мир боевых искусств похож на наш путь Зелёного Леса, на самом деле мы не на одной стороне. Если мы просто так заявимся к ним, боюсь, они не захотят видеть такого преступника Имперского Двора, как я. Они могут даже попытаться схватить нас, так что не будут такими дружелюбными и расслабленными, как мы.
Уголки рта Пэн Цзиня дёрнулись. Он подумал про себя: «Ты не был таким уж дружелюбным к нам».
Однако это имело смысл. Большинство людей в Зелёном Лесу были в розыске властями и получали одинаковое обращение. Естественно, они жили в гармонии, и никто не доносил на других чиновникам.