Страница 750 из 1047
Глава дополнительная четыреста семь — Глава четыреста восемь — Предложенное расширение (первая часть)
Они втроем закончили трапезу и отправились искать предводителей горы Красного Облака, чтобы выразить свое намерение уйти.
В главном зале твердыни собрались шесть предводителей горы Красного Облака и расселись по местам. Трое гостей заняли свои кресла.
Го Хайшэнь сложил руки перед Юй Фэном, прежде чем заговорить:
— Предводитель Юй, мы, братья, гостили здесь много дней и доставили вам беспокойство. Мы чувствуем себя очень виноватыми. Предводитель Юй, вы позволили нам, братьям, скрыться здесь, чтобы избежать неприятностей. Это поистине праведный поступок. Теперь, когда ажиотаж утих, пришло время нам попрощаться и покинуть гору.
Юй Фэн воскликнул и поспешно встал:
— О чем вы говорите, братья? Если герой в беде, мы, естественно, поможем. Не произносите таких вежливых слов. На мой взгляд, вам троим стоит просто остаться здесь. Зачем вам покидать гору вместе? Может быть, вы смотрите свысока на нашу небольшую твердыню?
Он крайне завидовал боевым искусствам Чэнь Фэна и Го Хайшэня. За последние несколько месяцев он приглашал их присоединиться к нему несколько раз, но Чжоу Цзин каждый раз отказывал. Теперь, услышав, что они уходят, он сразу забеспокоился.
Услышав это, Чжоу Цзин серьезно сложил кулаки:
— Что вы такое говорите, предводитель Юй? Мы, естественно, будем помнить о защите горы Красного Облака. Просто я хочу увидеть экспертов этого мира. Я хочу путешествовать по северу и югу и прославиться благодаря боевым искусствам. Вот почему я пока не готов оставаться в одном месте. Надеюсь, вы поймете, предводитель твердыни.
Услышав это, Юй Фэн выглядел беспомощным:
— Вздох, у каждого свои амбиции. Брат Чэнь, вы оба такие героические и уважаемые люди… Жаль только, что вы не хотите оставаться на моей горе Красного Облака.
Другие предводители также пытались уговорить их остаться. Чжоу Цзин вежливо отклонил все их просьбы. Повторив это несколько раз, все поняли, что Чжоу Цзин принял окончательное решение, поэтому могли только умолкнуть.
Ли Чунь с сожалением вздохнул про себя.
Если бы эти два эксперта Зеленого Леса присоединились к ним, гора Красного Облака определенно смогла бы стать сильнее в районе реки Лу.
Согласно обычным правилам Зеленого Леса, когда Чжоу Цзин и остальные поднимались на гору в поисках убежища, раз уж поселение было готово принять их и предоставлять хорошую еду и напитки в течение нескольких месяцев, другая сторона должна была тактично присоединиться к ним. Только тогда все были бы довольны.
Однако Чэнь Фэн и Го Хайшэнь не были обычными людьми. Они были знамениты в Зеленом Лесу.
Особенно это касалось Чэнь Фэна. Его храбрость была беспрецедентной. За последние несколько месяцев его имя разлетелось по всей стране. К этому моменту кто в Зеленом Лесу не знал о таком свирепом человеке?
Если они не хотели оставаться, гора Красного Облака не стала бы их удерживать. Они не только сохранили бы добрые отношения, но и смогли бы оставить о себе щедрую и праведную славу в преступном мире.
Видя их разочарованные лица, Чжоу Цзин моргнул, и у него внезапно возникла идея:
— Мы втроем неблагодарные люди. Мы, естественно, должны отплатить вам. Сейчас как раз есть возможность.
Услышав его слова, Юй Фэн, Ли Чунь и остальные предводители были слегка ошеломлены. Затем они с любопытством навострили уши, не зная, что задумал Чэнь Фэн.
Чжоу Цзин немного помолчал, прежде чем продолжить:
— За последние несколько месяцев на горе брат Ли Чунь упоминал ситуацию вокруг горы Красного Облака. Рядом есть две знаменитые твердыни. Одна — гора Тигриной головы, а другая — гора Желтого пруда… Я слышал, что предводитель Юй не раз упоминал о своих планах по укреплению фундамента. Что ж, мы захватим эти две твердыни от имени горы Красного Облака, прежде чем попрощаемся и уйдем.
Хотя они могли уйти прямо сейчас, было бы нехорошо, если бы поползли слухи, что гора Красного Облака была готова принять их, рискуя стать мишенью для Императорского двора.
Чжоу Цзин знал истинное намерение Юй Фэна, раз за разом приглашавшего их присоединиться, поэтому он просто взял на себя инициативу предложить помощь в расширении горы Красного Облака в качестве постороннего лица в качестве формы погашения долга.
Этому апостолу номер ноль-ноль-четыре, Чэнь Фэну, нужно было сделать себе имя. Он мог воспользоваться случаем, чтобы сделать что-то во имя благодарности. Это не только повысило бы его репутацию, но и заставило бы людей Зеленого Леса восхвалять его верность.
В любом случае он планировал достичь вехи «номер один в мире». После ухода с горы ему все равно предстояло повсюду искать экспертов. Другие горные твердыни были его целью с самого начала.
По совпадению, эти две твердыни были ближе всего друг к другу, так что он мог воспользоваться этой возможностью, чтобы проверить свои навыки, убив двух зайцев одним выстрелом.
Поскольку он не планировал создавать проблемы в краткосрочной перспективе, Чжоу Цзин не хотел вечно оставаться у реки Лу. Поэтому он был не прочь оказать услугу и помочь горе Красного Облака расшириться… Если ему удастся добиться успеха, хотя расширение будет принадлежать им, слава о зачистке твердынь достанется ему.
В то же время он также мог получить некоторое количество частиц информационного состояния.
Услышав это, все были потрясены, даже Го Хайшэнь и Фан Чжэнь.
В мире было двадцать четыре провинции, и река Лу находилась на юге. В данный момент проблема с изгоями в этом районе не была серьезной, и там не было знаменитых силачей Зеленого Леса.
На горе Красного Облака было от двух до трех тысяч человек, и масштаб считался лишь средним. Главная причина заключалась в том, что на горе было много экспертов, поэтому на юге никто не смотрел на них свысока.
Что касается горы Тигриной головы и горы Желтого пруда, то на обеих горах было почти десять тысяч человек, а их бойцов было в несколько раз больше, чем на горе Красного Облака. Это были настоящие твердыни в районе реки Лу. Даже на севере, где было больше всего изгоев, такой масштаб был неплох.
Юй Фэн обладал амбициями тигра, окопавшегося у реки Лу. Он не в первый раз зарился на людей из этих двух твердынь, но знал свои пределы и не осмеливался действовать.
Услышав хвастовство Чжоу Цзина, он поначалу подумал, что это шутка.